«Тут каждый сидит за свое, а ты — за общее»

Как закалили сталь

Афанасьев — двукратный обладатель премии Сахарова «За журналистику как поступок», первый иностранный лауреат премии Клуба публицистов Швеции. И Афанасьев же — безусловный рекордсмен отечественной журналистики по искам и уголовным делам («клевета»). Административных уж не сосчитать: одни выигрывал, другие проигрывал. Уголовных дел — все связаны с профессиональной деятельностью — было 14 (!), судили 10 лет, в итоге — оправдали. Всего, с учетом всех инстанций, ему вынесли 74 приговора. В журналистике Михаил со второй половины 90-х, так что чуть не половину времени он писал, находясь под следствием.

Ему давали за «клевету» условное и обещали заменить на реальную колонию за то, что он, как кому-то показалось, слишком громко слушал музыку в машине. За то, что работал над сайтом без регистрации его в качестве СМИ. Или вот милиционеры дважды зафиксировали, что при осмотрах в его автомобиле не горела одна из трех лампочек освещения заднего номера. А еще он бампером прикоснулся к другой машине. А еще он, публикуя обращения родственников пропавших без вести сотрудников Саяно-Шушенской ГЭС, использовал «скрытые вставки, воздействующие на подсознание людей и (или) оказывающие вредное влияние на их здоровье» и его текст «негативно влияет на психическое здоровье граждан».

А еще — конфискация сайта. А еще — зверские избиения.

Вот как Михаил рассказывал об одном этапном для него случае:

Сильней судьбы

Вот только одна веха трудного пути Афанасьева, один сюжет 2016-2017 годов: что-то вроде сибирской Кущевки — бандиты ломали битами кости женщинам, чтобы выдрать из ушей сережки, убивали, но несмотря на серийные уголовные дела против них, продолжали гулять на свободе, а Афанасьеву, расследующему преступления этой ОПГ, открыто угрожали убийством. Этим делом Афанасьев снова подтвердил свою уникальность в российской журналистике: он добился, что из 18 лет и двух месяцев колонии, к которым суд приговорил главаря ОПГ Ащеулова, два года и два месяца ему дали как раз по 144-й статье — воспрепятствование профессиональной деятельности журналистов. Нет, конечно, в случае федеральных провластных телеканалов эта статья не спящая, но чтобы она защищала в глухой провинции независимого журналиста — такого не бывало.

Его корни — в 2016-м, когда он взялся спорить с уркаганами, с бандитствующей гопотой о том, чей Крым. И сам не заметил, как провалился в дыру с другими физическими законами и всего одним измерением. Теперь уже вот и государство вслед за социально близким элементом спрашивает с Афанасьева за то же.

Тогда, шесть лет назад, Афанасьеву пообещали вынести приговор как «предателю Родины». И — закопать. Собеседник — местный «нормальный пацан» (так он себя идентифицировал) Николай Волков. Рассказывал, что занимается ловлей на обширной межрегиональной территории таких вот изменников Родины и их наказанием. Идет война, говорил Волков. А предателя определить легко. Это тот, кто дает неправильный ответ на вопрос, чей Крым. И тот, кто хочет уклониться от ответа на главный вопрос российской современности.

Уже тогда было ясно — государство становится инструментом в руках всей этой патриотической общественности. А ее крайне заинтересовала поездка Афанасьева в Киев. Он еще ничего оттуда не написал, только разместил свое фото под заголовком «Украина. Киев. Увидеть своими глазами» в соцсети, как получил тонны комментариев. И главный вопрос, рефреном: «Миша, ты вот скажи, как на духу, Крым наш?».

В нынешнем деле, на суде, заключившем Афанасьева под стражу, эта поездка 2016-го вновь всплыла, теперь его оппоненты полагают, что он под видом журналистской деятельности встречался с членом националистического батальона «Донбасс».

И что? Даже если так? А вот не спешите с вопросами.

Понеслось по трубам

При одном из обысков в квартире Афанасьевых сейчас изъяли «15 тыс. долларов США и более 1200 евро», — так написал региональный Следком. Любому, кто хоть немного знаком с семьей Афанасьевых, абсолютно ясно, откуда эти деньги — это сбережения Елены, его жены (свадьба у них состоялась не так давно). И она это подтвердила нашему изданию. Почему они хранились дома, тоже вроде для всех в этой стране ясней ясного. Однако сейчас благодаря умело организованному сливу неполной информации об этой валюте — без упоминания, что она принадлежит жене — все региональные провластные СМИ полны намеков, что эти деньги получены Афанасьевым преступным путем от врагов России, и это, дескать, исчерпывающее объяснение позиции журналиста и гражданина.

Вот яркие образцы:

Чего стоит вся эта провинциальная конспирология насчет тайных замыслов вражеского агента Афанасьева, явствует хотя бы из того факта, что одновременно с ним задержали, а потом также поместили в СИЗО Сергея Михайлова, основателя газеты «Листок» (Горно-Алтайск). У него та же статья. Они вообще с Афанасьевым почти двойники — родились летом 1976 года с разницей в две недели, оба в своих регионах — республиках Алтай и Хакасия — единственная независимая пресса, оба без журналистского образования (потому, вероятно, для них это аксиома — фраза Андрея Васильева «Менее ссыкливо, товарищ Панюшкин, нужно заниматься журналистикой»), оба ненадолго сходили во власть и потом вернулись к делу своей жизни, характеры идентичные, стойкость к давлению близка к идеальной. Начнешь так верить в гороскопы. Но сейчас не о них, а о главном — цене заведенных на них дел. Какова стоимость конкретных обвинений конкретным живым людям в конкретных обстоятельствах, если налицо кампанейщина, если очевидна зачистка государством умонастроения в регионах?

Кстати, из-за того, что были изъяты все сбережения Елены, она с маленькими детьми (младшему, Марку, лишь два года) оказалась в непростой материальной ситуации. Если кто захочет помочь: карты Елены Афанасьевой (ВТБ, Сбера, Газпромбанка) привязаны к ее телефону +79504285956. На всех картах подключена СБП.