Страдательный заложник

«Этот выкрутится, а девочку жалко», — именно так реагировали на новость о посадке самолета Ryanair в Минске 23 мая прошлого года те, кто был знаком по работе с Романом Протасевичем. Как выяснилось спустя год, они не ошиблись. 6 мая 2022 года спутницу Романа Протасевича Софью Сапегу приговорили к шести годам лишения свободы. У Протасевича все в порядке, не волнуйтесь.

23 мая прошлого года рейс «Афины-Вильнюс» вынужден был приземлиться в Беларуси после сообщения о взрывном устройстве на борту. После того как появилась информация о задержании летевших этим рейсом бывшего главного редактора телеграм-канала NEXTA Романа Протасевича и его подруги, гражданки России Софьи Сапеги, стало понятно, что история с минированием и срочной посадкой была операцией спецслужб. В тот же день Роман Протасевич появился в эфире государственного телевидения и сообщил, что он признает свои вину и сотрудничает со следствием. О девушке в том эфире не было сказано ни слова.

В течение следующих двух месяцев Роман Протасевич стал главной звездой государственных медиа. Он щедро раздавал интервью и появлялся на пресс-конференциях вместе с авиачиновниками, рассказывавшими о героическом предотвращении возможного взрыва посредством срочной посадки самолета. Подтверждал их версию и охотно делился радостями своего пусть неожиданного, но такого чудесного возвращения на родину. Выливал тонны дерьма на тех, вместе с кем работал на канале NEXTA. Восторгался «железными яйцами» Лукашенко. Рассказывал подробности о жизни белорусских оппозиционеров за границей — у кого сколько денег, кто купил квартиру, кто злоупотребляет алкоголем, кому бесплатный офис в Литве предоставили.

Софья Сапега в это время оказалась в качестве «страдательного залога». В день задержания контролируемые государством телеграм-каналы опубликовали видео, на котором она признается в редактировании канала «Черная книга Беларуси», где публиковались личные данные силовиков. Но было очевидно, что ради Сапеги самолет сажать никто бы не стал. Это так, бонус, просто в искусно раскинутую сеть попала еще одна рыбка — грех не съесть. Но как именно, с чем подавать на стол, в качестве какого блюда — судя по всему, увлеченные арестом Протасевича силовики этого так и не придумали.

Это единственная тюрьма в Беларуси, где у арестованных отбирают наручные часы. Потом они учатся — в основном благодаря урокам «старосидящих» — определять время по карканью ворон, включению и выключению громкой радиопопсы, выдаче кипятильников и звяканью половника в кастрюле у баландера.

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в середине июня говорил, что проблем с консульским доступом к Сапеге нет, что министерство держит этот вопрос на особом контроле, что фонд защиты и поддержки соотечественников, проживающих за рубежом, помогает с оплатой услуг адвоката и что ситуация будет в скором времени разрешена. Казалось, так и будет: через месяц после задержания, 24 июня, Софью Сапегу вместе с Романом Протасевичем перевели под домашний арест — в арендованный коттедж под Минском. Там Роман давал интервью на террасе, радостно жмурясь на летнем солнышке, и рассказывал, что Софья ушла в ресторан с родителями. Потом они гуляли по парку Горького в Минске, позируя фотографам и телеоператорам. В августе Роман Протасевич начал вести собственный телеграм-канал, который анонсировал как свободный от пропаганды в любом виде. Но подписчиков на его канале — лишь 2,5 тысячи. И последний пост — от 6 марта, об информационной войне Украины с Россией, с резюме «обе стороны молодцы». Дело не слишком заладилось, в общем.

Софья в прошлом августе тоже один раз появилась в эфире государственного телеканала «Беларусь-1». Пришла в студию, где рассказала о том, что спецслужбы ни в чем не виноваты, а информацию об их с Романом перелете именно тем рейсом Афины-Вильнюс сдали люди из его окружения. После этого никакой информации о ней не было до поздней осени. Лишь тогда стало известно, что еще в октябре Софью забрали из уютного коттеджа и перевезли в Лиду Гродненской области, в квартиру ее родителей, и теперь находиться под домашним арестом она будет именно там — уже без Романа, без походов в ресторан, без доступа к интернету и телефону. В декабре ей предъявили окончательное обвинение по статье 130, часть 3, — «умышленные действия, направленные на возбуждение расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни, совершенные группой лиц». Санкция по этой статье — от 5 до 12 лет лишения свободы. Отчим Софьи тогда говорил журналистам, что она очень подавлена, поскольку рассчитывала на иной исход, поскольку заключила досудебное соглашение со следствием, признала вину, активно сотрудничала и даже написала прошение о помиловании на имя Александра Лукашенко. «Но, видимо, что-то пошло не так», — говорил отчим Софьи Сергей Дудич.

Что-то пошло не так, положим, еще в 1994 году, когда Лукашенко пришел к власти. С тех пор любые обещания и договоренности стали не более чем фигурой речи, а досудебные соглашения — всего лишь обманными маневрами. Российский паспорт Софьи не стал обстоятельством, на которое следует обращать внимание, поскольку в белорусских тюрьмах и колониях сейчас находятся более 400 россиян. Ее шансы на освобождение сожрала рутинизация репрессий.

Правда, в СИЗО КГБ ее уже не повезут — сначала будет СИЗО Гродно, потом женская колония в Гомеле. Значит, время можно будет определять по наручным часам, которые не отберут.

А еще Софья должна выплатить 167 500 белорусских рублей компенсации потерпевшим (вероятнее всего, это силовики, чьи данные появились в телеграм-канале «Черная книга Беларуси») и 7 488 рублей пошлины в доход государства. В общей сложности и в понятной валюте это 65 000 евро. Очень сомневаюсь, что фонд поддержки соотечественников, про который рассказывал в прошлом году Лавров, поможет ей выплатить эти деньги. А по белорусским законам условно-досрочное освобождение возможно лишь в случае, если иски полностью погашены, и никаких долгов у заключенного нет. Впрочем, остается открытым вопрос экстрадиции: учитывая нынешнюю полную и окончательную взаимную любовь руководства России и Беларуси, это может произойти, и Софью отправят в Россию. С другой стороны, учитывая количество белорусских политзеков с российским гражданством, этот открытый вопрос может таковым и остаться.

Что до Романа Протасевича, то он благополучен и вполне доволен жизнью. Он уже давно не под домашним арестом, работает в контролируемом государством центре «Системная правозащита». Центр этот известен разве что тем, что в прошлом году подал заявление прокурору Международного уголовного суда в Гааге с требованием возбудить уголовное дело против властей Польши и Литвы за «геноцид мигрантов» на белорусско-польской границе. В общем, правы оказались те, кто еще год назад говорил: «Этот выкрутится, а девочку жалко».