Тюремный дневник адвоката Дмитрия Талантова, арестованного по делу о «фейках». Он передал его редакции «Новой газеты. Европа» из московского ИВС
6 июля, 15:59
Дмитрий Талантов. Фото: Андрей Карев
29.06.22 г.
Россия — страна тюремная.
Кто это сказал первым? И то обстоятельство, что мне и вообще людям моего поколения довелось пожить в более-менее человеческих условиях, этого не отменяет.
Было бы невежливым перед Богом драматизировать то, что сейчас со мной происходит. Ну да, мой личный контраст между до и после — 10:40 28 июня 2022 года, когда на моих руках защёлкнулись наручники — ощутим. Но будем справедливы: этот контраст определён моей очень счастливой личной судьбой. И контраст этот ничтожен перед тем, что испытывает великий украинский народ после 24 февраля.
Уже несколько месяцев меня преследует — в малейших деталях, в выражении её лица! — преследует, всплывает в памяти фотография молодой очень красивой украинской девушки, почти девочки, которой врачи обрабатывают культю ноги. Если посмотреть только на одно её лицо, закрыть всё остальное, кажется, что она смеётся.
30.06.22 г.
Власть нуждается в нелепых приговорах.
Я арестован. Арестован за «распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об использовании ВС РФ в целях защиты интересов РФ и её граждан, поддержании международного мира и безопасности, по мотивам политической ненависти». Если не прихлопнули мою страницу в фейсбуке — посмотрите, это мой пост от 13 часов 06 минут 3 апреля 2022 года. Вы видите тут хотя бы какую-то информацию, не говоря о заведомо ложной, о действиях ВС РФ? Тут только о сострадании. О людях, его лишённых. Тут о моей ненависти к войне, в которой гибнут хорошие мирные люди, маленькие дети. Если это политическая ненависть — окей, пусть так, признаю!
В постановлении об аресте судья написал, что я могу продолжить заниматься преступной деятельностью и даже бежать из-под следствия, «поскольку на протяжении длительного периода времени успешно осуществляю адвокатскую деятельность».
Я поздравляю себя, я поздравляю коллег. Наконец, адвокатская деятельность приравнена к курсам повышения преступной квалификации.
Прокурор говорила в процессе, что я должен быть арестован, поскольку у меня в Москве нет социальных связей. Ну, тоже ок. Забудем о том, что в коридоре суда стоял мой сын, живущий в Москве. Пропустим мимо ушей глубоко тронувшие меня слова Дмитрия Лапина, моего защитника, который сказал, указав на себя и шестерых других моих адвокатов: «Вот его социальная связь». И чтобы лишить меня этой самой «социальной связи», а попросту попытаться меня сломать, меня привезли из родного города, где и стены помогают, и бросили в московский ИВС. При себе — очки и нательная иконка. Всё. Сделано это с нарушением элементарных норм права. Фигня, выдержим.
Доктор скорой медицинской помощи Ижевска Александр Юрьевич Стрелков, спасибо вам! Вы до последнего момента сопротивлялись возможности моего этапирования. 240/120 артериального давления — не шутка. Вы требовали моей срочной госпитализации. Вас едва ли не насильно выгнали. По требованию вашего главного врача, которого я доктором теперь не считаю, на вашу замену был прислан другой врач. Этот человек сказал, что составленные вами документы будут уничтожены. А судья сказал, когда я попросил вызвать врачей, что он не видит у меня признаков заболевания.
Фото: Yousef Salhamoud / Unsplash
Всем бог судья.
Теперь главное. Что происходит.
Власть остро нуждается в заведомо нелепых, абсурдных, недоказанных приговорах. Чем нелепей — тем лучше. Это способ запугивания людей. А «засекречивание» моего процесса, удаление журналистов и слушателей — лишь средство нагнетания беспросвета. Но — справимся!
Четвёртый день моего пребывания в новом правовом статусе, но прежнем человеческом облике. Когда я подписываю бумаги следствия, рука тянется к графе «защитник». Перед подписью начинаю выводить «адвокат», но вовремя спохватываюсь. Забавная метаморфоза. Подозреваемый. Наверное, скоро — обвиняемый. Но в человеческом смысле я ощущаю себя довольно органично и неизменно.
В эпоху развитого (и, как видится из сегодня — довольно безобидного) социализма был такой журналистский штамп передовиц — «человек на своем месте». Место мое теперь — в ИВС Юго-Западного округа Москвы. Я его заслужил.
Для того, чтобы не оказаться в изоляторе, мне было нужно проявить, в общем-то, очень малое усилие. Когда в Ижевске оформлялся протокол моего задержания, я сделал глупую попытку объяснить молодому, почти юному следователю причину моего преступного поведения:
— Хотите посмотреть на фотографии убитых и изувеченных украинских детей?
— Нет, я не готов это видеть.
Но я до сих пор не думаю, что мне стоило прилагать небольшое усилие, чтобы «не видеть этого» и, следовательно, не оказаться на своем новом месте. Хотя вру. Это усилие было мне не по плечу. Так что все хорошо.
Большая радость в том, что практически все сотрудники конвоя и изолятора относятся ко мне с сочувствием. Я все же думаю, что большая часть россиян — хорошие люди. Поэтому может статься так, что украинские дети скоро не будут погибать.
Фото: Sigmund / Unsplash
02.07.2022 г.
В плену Бандеры.
Нашёл в себе силы бегло прочитать врученное мне постановление о привлечении в качестве обвиняемого. Отшибло даже мысль о сне.
Последний абзац страницы 2, плавно переходящий в первый абзац страницы 3:
«Не позднее… Талантов Д. Н…. принял решение о публичном распространении под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности».
Следствие признаёт информацию об использовании российских Вооружённых Сил для защиты интересов России и её граждан заведомой ложью?!! Не говоря уже о мире и безопасности.
