Алёхина и Штейн о России, эмиграции, активизме, искусстве и любви
Подкаст «Поживем — увидим»

Героини нового выпуска подкаста «Поживем — увидим» Маша Алёхина и Люся Штейн.
Маша и Люся — участницы Pussy Riot, а Люся ещё и муниципальный депутат Басманного района. За последнее время в сумме на двоих Маша и Люся отсидели в спецприемниках 9 раз.
Поводы для административных арестов всегда были разными: пост в инстаграме за 2015 год, выход на митинг в поддержку Алексея Навального, активистская деятельность. Раз за разом им давали «люфт» в один-два дня, чтобы уехать (как это часто случалось до войны), а потом снова задерживали и сажали.
В итоге девушки уехали из России (крайне интересным способом) и теперь ездят по Европе с туром Pussy Riot, собирают деньги на помощь политзаключенным и украинцам. Тем временем в России им заменили условные сроки по «санитарному делу» на реальные и объявили девушек в розыск.
Мы поговорили с ними про войну, заключение, домашний арест, коллективную ответственность, гражданскую позицию, тур и, конечно, любовь.

Telegram под угрозой полной блокировки
Как оставаться на связи? «Новая-Европа» собрала списки проверенных VPN и альтернативных мессенджеров

«Пропаганда в России не пытается убеждать. Она хочет тебя сломать»
Режиссер фильма «Господин Никто против Путина» Дэвид Боренштейн — о съемках в школе в Карабаше, об этике работы и о том, чем Россия отличается от Китая

В Риге на лекции задержали корееведа Андрея Ланькова
Его объявили персоной нон-грата и вывезли из Латвии в Эстонию

Акции в поддержку Украины прошли по всему миру
«Новая-Европа» публикует фотогалерею

Трансгендерную девушку из Челябинска приговорили к четырем годам в мужской колонии

«Старшие больше боятся. А молодым нечего терять»
Война глазами 55-летнего добровольца и 19-летнего контрактника из одной бригады ВСУ. Материал издания hromadske

Мужчина совершил самоподрыв у машины ДПС на Савеловском вокзале в Москве

Война и свидетели
20 фильмов и книг о вторжении в Украину, которые помогут понять катастрофу, случившуюся после 24 февраля

ЛГБТ-организации начали признавать «экстремистами»
Как Россия двадцать лет строила машину государственной гомофобии и почему это касается всех


