Российским учителям и воспитателям детских садов предлагают провести следующий учебный год на оккупированных территориях в Украине, а чиновникам из системы образования — русифицировать украинские учебные программы. Мы поговорили с педагогами, воспитателями и методистами, которые вызвались поехать в захваченные регионы, — о том, зачем они это делают.
Об оказании «помощи по широкому набору образовательных нужд» на украинских территориях, где в этом есть «острая необходимость», в Минпросвещения заявили в конце июня в ответ на публикации об отправке учителей в ДНР. На сегодня известно о 230 педагогах из 33 регионов, которые составили базу добровольцев, изъявивших желание преподавать на оккупированных территориях. В начале июля база, которую нам предоставил «Альянс учителей», по ошибке появилась на государственном сайте Дагестана. Среди добровольцев — учителя, директоры школ, методисты, воспитатели детских садов, водители и региональные чиновники.
В июле министр просвещения Сергей Кравцов вручил аттестаты школьникам из Запорожской и Херсонской областей Украины, а к 1 сентября пообещал привести всю систему образования на захваченных территориях к российским стандартам.
В Херсонской области помогать русифицировать учебные программы будут 20 учителей и чиновников из Краснодарского края. «Наша основная задача — выяснить, какие школам нужны методички, программы обучения, — объясняет Виталий Павленко, заместитель начальника отдела образования Министерства молодежной политики края. — Также мы уже организуем выездные экскурсии детям из нескольких школ в наш край».
Детские сады на оккупированных территориях тоже получат «методическую поддержку». В нее входят тренинги и семинары с воспитателями, а также переход работы дошкольных учреждений на российское законодательство и язык. «Меня ждут длительные командировки в ЛНР, где я буду оказывать управленческую поддержку местным воспитателям, — рассказывает заведующая Маньковского детского сада в Ростовской области Татьяна Таратынова. — Суть в том, чтобы прекратить все попытки гнуть украинскую программу и привести систему к российскому формату. Моя задача — сделать этот переход менее болезненным».
Обломки школы после обстрела Харькова российскими войсками. Фото: Abdullah Unver / Anadolu Agency / Getty Images
«Если надо преподавать — буду учить истории, если надо воевать — буду стрелком»
Константин Матюхов, заместитель директора и учитель истории из школы № 97 в Омске, едет в ЛНР:
— Я не просто хочу быть в ряду первых, кто готов помочь своей родине, но и реально могу быть полезным. Сейчас я работаю завучем в школе, преподаю историю, у меня три высших образования: историческое и два менеджерских. Если понадобится, могу даже взять в руки оружие и вполне рассматриваю такой вариант. По военной специальности я снайпер, подполковник в запасе. Если надо преподавать — буду учить истории, работать завучем, если надо воевать — буду стрелком.
К тому же в казачестве я заместитель омского областного атамана по организации военно-патриотического воспитания и подготовки молодежи к службе в армии. Также активно развиваю кадетское движение, стоял у его истоков: мои воспитанники-кадеты занимали первые места на конференциях в России и даже в Казахстане. Дома лежат грамоты и награды от Минобразования Омской области.
В ЛНР я собираюсь не только учить детей, но и проводить патриотическую внеклассную работу, а также помогать нашим народам сблизиться. Ведь не может быть никакого деления на россиян и украинцев, потому что мы один русский народ.
При царе как было: великороссы, белороссы и малороссы — мы все русские. И нет никакого украинского и белорусского языка, есть два наречия русского языка.
Учителей не хватает везде, и в России в том числе. Еду я не по этой причине. У меня четверо внуков, и я просто хочу, чтобы они мной гордились. А бояться — я уже ничего не боюсь. Когда от меня ушла жена, я потерял свою семью и как будто сам себя потерял. Сейчас я ничем не обременен, к тому же хочу разыскать своих родных. Из Киргизии они перебрались на Чукотку, а потом уехали на Украину и сейчас живут в Красном Партизане — это Луганская область. Хоть я знаю только фамилию, но надеюсь, смогу их найти.
«Жена хочет свой садик у дома»
Юрий Баранов, учитель истории из гимназии города Чусового в Пермском крае, едет в Запорожскую область:
— В Запорожской области нам с женой, возможно, дадут участок. Мы пенсионеры, нам 60 лет, поэтому надеемся, что заявку одобрят. Жена хочет свой садик у дома.
До 2014 года я бывал на Украине и понимаю отношение местных к россиянам — велика озлобленность, ненависть. И если меня направят в город, то еще можно надеяться на терпимость, но если в сельскую местность, то жить придется в полуизоляции. Без русскоязычной среды нам будет очень трудно.
К Украине у меня личная неприязнь. Не к людям, а к государству, которое 30 лет промывает мозги своим гражданам и воспитывает ненависть к русским. Несмотря на заявления Путина о суде над фашизмом, мы не сможем уничтожить всех украинских нацистов, это нереально, поэтому надо решать проблему другими методами.
Территорию, куда я, надеюсь, перееду, — как историк считаю российской. Как белорус я считаю так же. Ее так и называли — Новороссия. Мне 60 лет, и было очень обидно наблюдать, как великая страна сдает свои позиции. Но, как говорил Николай I, там, где было поднято российское знамя, опускать его недопустимо. Может быть, я шовинист и империалист, но вырос в Советском Союзе — у меня те еще взгляды. Я уверен, что пожилые люди на Украине придерживаются того же мнения.
Разрушенная обстрелом школа в городе Бахмут, Украина. Фото: Diego Herrera Carcedo / Anadolu Agency / Getty Images
«В Мелитополе хорошая экологическая обстановка, море»
Дарья Ганиева, учитель английского и русского языка из Почетненского учебно-воспитательный комплекса в Крыму, едет в Мелитополь:
— Я приехала в Крым из Сибири и постоянным местом жительства пока не обзавелась. Конечно, мне страшно переезжать, но я надеюсь на жилье и достойную зарплату. К тому же в Мелитополе хорошая экологическая обстановка, море.
Бояться можно везде. Только от человека зависит, затронет ли его конфликт. Я враждебно ни к какой нации не отношусь, мне абсолютно все равно на политику. Человек должен оставаться человеком в любых условиях.
Где бы я ни работала, я всегда нацелена на результат. Мне важно, чтобы дети побеждали на конкурсах, достойно учились. Без хороших преподавателей это невозможно, а учителей сейчас не хватает везде. На территориях, охваченных конфликтом, из-за страха перед военной операцией тем более.
Как и в Крыму, в Мелитополе будет свой референдум, и народ решит присоединиться к России. Но даже если Украина вернет контроль над Запорожской областью, люди брошенными не останутся. В крайнем случае нас эвакуируют или как-то поддержат.
«Люди плачут, обнимают, целуют наших солдат»
Андрей Четверков, учитель музыки из школы № 4 в Элисте, едет в ДНР или ЛНР:
— Заявку я подал из патриотических чувств. Надо помогать людям, братьям славянам, нашим соотечественникам, хоть и официально пока живущим в другой стране. Детям надо учиться, не отставать от жизни, а учителей не хватает. Не только же им от бомб прятаться.
Ехать мне не страшно. Сейчас везде нестабильно: коронавирус, экология, аварии.
А программа, по которой я преподавать буду, от российской ничем не отличается — если ДНР хочет присоединиться к России, то и пример пусть с нас берет.
Ведь испокон веков Малороссия входила в состав Российской империи, единой державы. За Западную Украину я не говорю, пусть они сами определяются — это дело политиков, а Донбасс всегда был русским и уже никогда не будет украинским. Хоть во время революции, перестройки ДНР и ЛНР откололись, они остаются исторически российскими территориями. То есть народ там русский, который думает и говорит на русском. По этой причине 99% жителей проголосовали за воссоединение с Россией.
Только если дело дойдет до конфликта мирового масштаба, Украина сможет забрать эти земли. В любом другом случае ни под каким предлогом, ни под какими угрозами русских людей мы не отдадим в обиду. Каждый день по телевизору показывают, как там люди плачут, обнимают, целуют наших солдат. Я понимаю, что украинские СМИ показывают совсем другие вещи, но больше доверяю своим корреспондентам и своим телеканалам, другие не смотрю.
