Дуршлаг над сверхдержавой

По состоянию на февраль территория России уже подвергалась обстрелам и ударам беспилотников более 350 раз. Убито и ранено уже более 160 человек, подсчитывал дата-отдел «Новой газеты Европа». Наиболее опасные для Кремля атаки — повреждение самолетов на аэродроме стратегической авиации в Энгельсе (около 730 км до Москвы) и удар по рязанскому аэродрому (около 200 км до Москвы) в декабре, а также взрыв беспилотника над Калугой (160 км до Москвы) в начале февраля.

Сейчас полеты украинских БПЛА осуществляются еще ближе к важным для российской власти точкам и часто остаются вне поля зрения ПВО. Так, например, в ночь на 28 февраля в Туапсе раздались два взрыва — удар беспилотников, по данным Astra, пришелся по нефтебазе «Роснефти», в 30 метрах от которой находятся казармы Минобороны РФ. Присутствие БПЛА над Туапсе подтвердили и в МЧС. Рядом обнаружены две воронки глубиной 1,5 метра. По данным Baza, дроны повредили здание бойлерной рядом с нефтехранилищем. От места взрыва до резиденции Владимира Путина «Бочаров ручей» — примерно 70 километров вдоль берега.

При этом провоенные Z-каналы опубликовали снимки, как утверждается, обломков беспилотника, сбитого в Туапсе. На них четко видна маркировка израильского тактического БПЛА Aerostar компании Aeronautics Defense Systems Ltd. Израильский дрон на снимках опознал и американский OSINT-исследователь Генри Шлоттман, пишет «Агентство».

Такой аппарат предназначен для разведки и был в планах закупок Украины у Израиля, однако МИД еврейского государства остановил сделку еще в прошлом году. Помимо Израиля, дронами Aerostar располагают еще несколько стран, включая Нидерланды, Польшу, Грузию и Азербайджан.

«Aerostar не продавался Украине, об этом и близко ничего неизвестно. Если действительно там есть обломки Aerostar — это было бы сенсацией и поразительным фактом. Это серьезная машина, но ее просто не должно быть у Украины», — говорит в беседе с «Новой-Европа» израильский военный аналитик Давид Шарп.

Ветеран армии США и OSINT-аналитик Генри Шлоттман в комментарии для «Новой газеты Европа» усомнился в том, что Aerostar мог поступить в ВСУ напрямую от Израиля. «Куда более вероятно, что они [БПЛА] поступили из одной из стран НАТО, имеющих эти дроны на вооружении и уже снабжающих Украину», — говорит он. Однако официально поставок таких дронов никто из союзников Украины не анонсировал.

Запас хода израильского дрона — всего 200 км. Прокремлевский телеграм-канал «Образ будущего» утверждает, что некоторые дроны взлетали с территории РФ, а семь БПЛА якобы и вовсе были запущены с азербайджанской части Каспия.

«Для любого из этих ударов, кроме удара по Туапсе, достаточно было запустить дроны с подконтрольной Украине территории. Дальность работы немодифицированного дрона Aerostar — примерно 250 километров. Значит, можно предположить, что он и был запущен из неожиданной точки», — делает вывод Шлоттман.

Также в ночь с понедельника на вторник беспилотники упали в Краснодарском крае и Адыгее, подтвердили в Минобороны РФ. К ночи 28 февраля взрывы раздались в Ейске вблизи военного аэродрома — прокремлевские военкоры утверждают, что это была атака дронов; местные власти объясняют произошедшее учениями.

Утром 28 февраля рядом с газо-компрессорной станцией «Газпрома» «Воскресенск» в деревне Губастово Московской области упал украинский ударный дрон UJ-22 Airborne компании «Укрджет». По данным Shot, БПЛА не сбили — он зацепился за деревья и потерял высоту. Была ли станция целью атаки — неизвестно. Вблизи деревни есть военный городок Луховицы-3, это радиоузел руководства Вооруженных сил России.

По мнению Шлоттмана, запуск дрона в Подмосковье — больше психологическая акция: удары ВСУ едва ли нанесут значительный ущерб российской военной машине, но зато явно продемонстрируют, что Украина «по-прежнему может атаковать российскую энергетическую и военную инфраструктуру в тылу, в частности, объект в Луховицах».

Дрон UJ-22 — относительно новая разработка, которую «Укрджет» представили незадолго до начала войны, в сентябре 2021 года. Он может нести модернизированные 82-миллиметровые мины для поражения бронетехники и личного состава, а также фототехнику. Такой БПЛА разгоняется до 200 км/ч и имеет запас хода в 800 км.

Давид Шарп называет аппарат «Укрджета» «улучшенной версией »Шахеда«» — иранского дрона-камикадзе Shahed-136, который Россия использует под названием «Герань-2» для атак на украинские города.

«Радиус действия этой машины 800 километров, она может улететь гораздо дальше в одном направлении, если нет цели ее вернуть. Есть килограмм 20 полезного груза, но если дрон идет в режиме камикадзе, то к нему не подвешивают груз, меняют конструкцию и вставляют боеголовку. Понятно, что далеко не все цели можно повредить такой машиной, но кое-какие слабо защищенные места — вполне. Для таких дел он очень годится: может отвлекать силы ПВО, чтобы вызвать серьезное беспокойство у российского командования», — описывает Шарп возможности украинского беспилотника.

Утром 28 февраля над Санкт-Петербургом и Ленобластью и вовсе на несколько часов закрыли небо — в Северной столице, как сперва сообщали СМИ, из-за неопознанного летающего объекта подняли в небо истребители (их слышали местные жители) и ввели план «Ковер», который применяется при незаконном пересечении границы.

Незадолго до этого в российских городах, включая Москву и Питер, по радио и ТВ была объявлена воздушная тревога. МЧС назвало это результатом взлома серверов.

По данным «Фонтанки», Минобороны РФ передало в аэропорт «Пулково» информацию об НЛО в 160-200 км от города. Лишь через два часа военное ведомство сообщило, что происходящее якобы было «тренировкой ПВО».

«Министерство обороны вполне может соврать, это более чем допустимо, — говорит Шарп.

По его словам, в большом мегаполисе должно происходить раннее обнаружение таких целей, но практика показывает, что в России ПВО не работает на таком уровне.

Сейчас украинский военно-промышленный комплекс действительно работает над массовым производством собственных БПЛА. Так, например, конструкторское бюро «Луч» еще с 2020 года разрабатывает боевой дрон «Сокол-300» с максимальной дальностью работы до 3300 км (вылет и возврат), радиусом управления 150-300 км и полезной нагрузкой в 300 кг. Когда он будет готов — неизвестно: стоимость единицы такого БПЛА может превышать 1,25 млн долларов, а производство усложняется ракетными ударами России.

«Скорее всего, »знакомство« с такими дронами будет происходить по мере их применения на практике. Пока оружие не применено массово, мы ничего о нем не узнаем, но доставить [снаряд] на такую дистанцию [как до Питера или Москвы] возможности есть, и они будут расширяться, потому что это нечто фантастическое, это не по Новосибирску ударить», — продолжает эксперт.

После последних «подлетов» украинских беспилотников к центрам экономической жизни России в новгородской резиденции Путина, а также в Подмосковье и в центре Москвы появились зенитно-ракетные комплексы «Панцирь-С1», однако такие меры вряд ли помогут закрыть бреши Вооруженных сил РФ в противовоздушной обороне — мешает огромная протяженность общей границы с Украиной, а оттягивание систем ПВО от зоны боевых действий к крупным городам наносит ущерб фронту.

«У России есть преимущество в наличии дальнобойного оружия, способного регулярно поражать цели в глубине территории противника. У Украины такие возможности с начала войны очень ограничены. Сократить разрыв полностью невозможно, во время войны украинский ВПК не способен на это. Но, тем не менее, создать возможности для нанесения ударов в глубине России — это очень важный козырь, который [ВСУ] важно иметь с точки зрения уничтожения целей военных и экономических.

— говорит Давид Шарп.

У Киева также могут быть сугубо психологические и медийные цели в таких акциях, считает аналитик. «Принести войну в дома россиян, чтобы они почувствовали, что такое специальная военная операция, чтобы поняли, что это обоюдоострое оружие», — добавляет он.

«Сейчас произошел первый массовый удар по широкому спектру целей на разных глубинах и по двум большим географическим разбросам. Небольшой беспилотник вроде того, что упал вблизи Коломны, это очень сложная цель для обнаружения на небольшой высоте. На протяженной границе России и Украины можно найти много мертвых зон, через которые малоразмерные аппараты могут проникать легко, так как сделаны они из пластика или композитных материалов. Это не идеально отражается радаром. Тенденция в том, что чем дольше идет война, тем больше усилий украинцы будут предпринимать для создания машин, способных проникать вглубь России», — считает Шарп.

По его словам, если ВСУ получат или произведут достаточно легких боеприпасов из композитных материалов, способных поражать цели в глубоком тылу, Россия может начать остерегаться активно бить по гражданской инфраструктуре в Украине.

При этом в крупных городах защититься от беспилотников традиционными средствами ПВО почти невозможно, это показывают атаки иранских «Шахедов» на Киев, Днепр и другие города Украины. Киев, например, закупает для этих целей так называемые «Ловцы Шахедов» — американские автономные контр-дроны Fortem DroneHunter F700 с искусственным интеллектом, которые могут на высокой скорости перехватывать и приземлять БПЛА противника, а также снаряжает мобильные группы бойцов с переносными зенитно-ракетными комплексами и малокалиберным оружием.

«Безусловно, Россия тоже может пойти по такому пути, — говорит Шарп. — Нельзя забывать, что беспилотнику можно задать такой маршрут, что он обойдет зоны обнаружения. Украинский опыт — это опыт применения дешевых средств, потому что сбить истребителем машину, летящую на скорости 140 километров в час и на высоте 50-100 метров, очень сложно. Но зато ее можно сбить из зенитного пулемета. Организация подобной охоты — это тоже непростая задача, требующая кадровых и материальных ресурсов. Надо вычислять пути пролета БПЛА, иначе пулеметчик, если он окажется в 500 метрах левее, уже никуда не попадет.

В Москве есть противовоздушная и противоракетная оборона, для многих целей этого достаточно. Но Москва — огромный город, и цели, идущие на небольших высотах, становятся проблемой даже для хорошо организованной ПВО, так как все равно взрываются на небольшой высоте. Не исключены и нештатные срабатывания систем».

Эксперт убежден, что Москва столкнется с теми же проблемами ПВО, что и в Киев, включая психологический эффект от действий противника: БПЛА, которые проникают в город, создают панику даже при сбитии, звучит воздушная тревога, жители не спят и слышат взрывы.

Американский аналитик Генри Шлоттман же убежден, что Москва сделает ставку на классические системы «Панцирь».

«Это лучше, чем остальные варианты, которые есть в их [армии России] распоряжении. Большая часть дронов не особо быстрые, проблема только в том, чтобы отследить их. Система ПВО должна быстро откликаться на такие цели, прямо как «Панцирь», — говорит он. Эксперт напоминает, что 30-милиметровые зенитные пушки «Панцирей», которыми эти системы вооружены вдобавок к ракетам, уже хорошо зарекомендовали себя в Сирии, где отражали атаки дронов на авиабазу ВКС РФ Хмеймим.

Кроме того, сейчас на вооружении у ВС РФ стоят около девяти самолетов дальнего радиолокационного обнаружения A-50. Шлоттман полагает, что для защиты городов от атак дронов их также могут поднять в воздух.

Накануне ударов БПЛА по территории России, 26 февраля, белорусские партизаны утверждали, что один из таких самолетов был подорван на аэродроме Мачулищи близ Минска.

По данным правозащитного движения «Весна», белорусские силовики уже задержали шесть человек в связи с инцидентом. Телеграм-канал NEXTA заявляет, что силовики также ищут некоего уроженца Крыма, подозреваемого в совершении «особо тяжкого преступления» вблизи аэродрома.

Однако на свежих спутниковых снимках, опубликованных компанией Maxar 28 февраля, российский самолет A-50 по-прежнему стоит на белорусском аэродроме без каких-либо видимых повреждений.

С учетом всех факторов несовершенства систем ПВО в борьбе с беспилотниками, американский аналитик ожидает, что Украина будет избегать создания ситуаций, в которых могут погибнуть гражданские.

«Наличие жертв среди мирных жителей повысит уровень поддержки войны среди населения России, а Украина наоборот заинтересована подорвать такие настроения. Но если до этого и дойдет, Россия, как мне кажется, сфокусируется на обороне критически важной военной инфраструктуры, а не на защите гражданских в широком смысле слова», — заключает эксперт.

***

Пока что единственный заметный шаг, который Россия предприняла в реформе ПВО — это переподчинение войсковых средств обороны. По данным источников ТАСС, теперь войсковая ПВО, призванная обеспечить прикрытие наземных сил в боевых действиях, перешла из подчинения Сухопутных войск к Воздушно-космическим силам (ВКС), то есть напрямую к генералу Сергею Суровикину. Суровикин командовал войсками России в Украине с октября по январь.

Давид Шарп полагает, что на такой шаг Минобороны РФ подтолкнула несогласованность действий на поле боя:

«Решили сделать для ПВО одного хозяина. Это немного удивительный шаг, потому что всю жизнь Россия придерживалась двойственности сухопутных и воздушных сил в этом отношении. Я не думаю, что все это имеет отношение к угрозам со стороны беспилотников-камикадзе в глубоком тылу. Этот шаг относится к взаимодействию на фронте. Возможно, несогласованность приводила к дружественному огню (огню по своим — прим. ред.), но эту проблему нельзя решить простым переподчинением».