«Нам от этого больно, плохо и стыдно»

Назвал войну войной

Судебный процесс над Ройзманом развивался очень быстро. В течение четырех заседаний по пять часов, с 11 до 16, все участники, журналисты и слушатели по видеотрансляции смотрели полную запись стрима от 1 июля 2022 года, который стал предметом разбирательства, и слушали показания десяти свидетелей.

Обвинение представляли два прокурора. Прокурор Соколов отмечал в прениях, что Ройзман, уже трижды оштрафованный на 50 тысяч рублей за «дискредитацию армии», в очередном пятничном эфире 1 июля 2022 года из помещения фонда имени себя, «имел преступный умысел на дискредитацию вооруженных сил РФ».

Как это было возможно, решительно непонятно: это был прямой эфир, и Ройзман не мог знать заранее, какие вопросы ему зададут подписчики. Более того: из общего хронометража стрима, запись которого до сих пор доступна на ютуб-канале политика, тема Украины и войны, отмечали в своем выступлении адвокаты, обсуждалась чуть больше четырех минут.

Так, в стриме, который участники судебного процесса полностью посмотрели еще на первом заседании 26 апреля, Ройзман отвечал одному из подписчиков, почему забросил канал. «После 24 февраля я не понимаю, о чём разговаривать. Потому что, когда идет война и когда гибнут люди, — не о чем, ну не о чем, кроме этого, говорить вообще. Мне нечего сказать людям, чтобы это было искренне», — так ответил Ройзман на вопрос.

В целом всё обвинение сводилось к тому, что в пяти ответах на вопросы Ройзман употребил по отношению к «спецоперации» слова «война», «вторжение», а символ Z назвал «зигой»: «Потому что людям могут вот так вот [у виска] пальцем показать, вот так [средний палец] показать. Конечно, зига — первый признак д******а [матерный синоним идиота]». Так Ройзман объяснил подписчику на стриме, почему в Екатеринбурге мало машин с этими наклейками.

Обвинение посчитало, что сравнением Z с «зигой» Ройзман охарактеризовал действия российской армии как фашистские. И хотя еще в мае 2022 года на запрос депутата Мосгордумы Евгения Ступина Минобороны отвечало, что эти символы не являются официальными обозначениями «спецоперации», во внимание этот довод судья Тараненко не принял. Защита Ройзмана попыталась приобщить к делу копию ответа Минобороны Ступину, но судья отклонил ходатойство.

В вину Ройзману поставили еще и его фразу «Нам от этого больно, плохо и стыдно». Так политик ответил подписчице на стриме на вопрос: «Зачем россияне бомбят мирных украинцев? Вам от этого как?» Речь шла об ударе ракетой по жилому дому в поселке Сергеевка под Одессой, где погиб 21 человек. Гособвинению не понравилось, что Ройзман не стал отрицать, что Сергеевку бомбили ВС РФ.

Фантастически неравнодушный человек

Из восьми свидетелей со стороны обвинения, которые явились в суд, только двое оскорбились «негативом» по отношению к армии. Это водитель автобуса из местного гортранса Олег Лобов — щуплый немолодой мужчина, воевавший в Чечне в 90-е. И его друг, пенсионер Юрий Нетимиров, воевавший в Афганистане. Оба плохо помнили, что конкретно говорил Ройзман, но его высказываниями возмущались.

Лобов — то ли от волнения, то ли чтобы не путаться, — даже распечатал на листок шпаргалку с собственными показаниями, которые давал следователю. Когда его на этом поймали — он свернул бумажку в трубочку и больше туда не подглядывал.

Остальные свидетели, которых выслушали, — сотрудники фонда Ройзмана, гражданская жена Ройзмана Юлия Крутеева и основатель фонда помощи хосписам «Вера» Нюта Федермессер, — все характеризовали политика с наилучшей стороны. Например, местному жителю Дмитрию Бахтину, фонд Ройзмана помог спасти сына Мишу, больного СМА. Благодаря самому политику удалось собрать необходимые 160 млн рублей для лечения ребенка. Евгений Вадимович, вспоминал Бахтин, позвонил ему лично и просто сказал: «Здоров, Дима, мы включаемся и будем помогать».

Другие свидетели — сотрудники фонда Ройзмана —рассказывали суду его еженедельных личных приемах, которые он ведет еще со времен, когда был депутатом Госдумы, с 2003 года. Именно к нему за помощью шли и до сих пор продолжают идти люди, будь он депутатом, мэром или «иноагентом», как сейчас. И фонд им очень помогает.

По данным отчета, поданного в Минюст, за 2022 год фонд Ройзмана оказал материальную помощь обратившимся на сумму около 100 млн рублей или по 500 тысяч на каждый рабочий день. Стараниями фонда и без единой копейки государственных денег было оплачено лечение троих детей с диагнозом «спинальная мышечная атрофия» (СМА). Об этом на суде говорила директор фонда Светлана Косолапова.

Жена Ройзмана Юлия Крутеева рассказала суду, что знает Ройзмана 40 лет и он «совершенно не умеет врать». А человека, который сделал для России больше Евгения Вадимовича, еще стоит хорошо поискать. Его заслуги — от музея Невьянской иконы, коллекция которой «охватывает всё явление и это признано во всём мире», до ранее принадлежавшего Ройзману фонда «Город без наркотиков». В фонде, хоть и небесспорными методами, но избавляли людей от наркозависимости.

Помимо откликов свидетелей, защита Ройзмана предоставила суду около трех десятков характеристик: от преподавателей УрФУ, екатеринбургских поэтов, писателей, докторов наук и директоров музеев, от главного редактора «Новой» Дмитрия Муратова, от бывшего главреда «Эха Москвы» Алексея Венедиктова, от вдовы первого президента РФ Бориса Ельцина Наины, от народной артистки Аллы Пугачёвой, от знаменитого артиста Вениамина Смехова.

В характеристике Пугачёва оценила Ройзмана так: «Будущее нашей Родины за такими людьми, как Ройзман Е. В., живущими интересами граждан не только своего региона, но и интересами граждан всей страны. Да! Защищает, как может, как велит его душа, настоящего патриота. Вам предстоит принять трудное решение не побояться оправдать Ройзмана Евгения Вадимовича и оставить его на свободе». Суд примадонну не послушал.

«Да я в рамочку на стену повешу это письмо, внукам буду показывать», — сказал на это Ройзман.

«Это как стихи читать. Это можно было слушать бесконечно. Наина Ельцина, Алла Борисовна, Вениамин Смехов. Мне больше всего приятно, что наши не остались в стороне: Коля Коляда, Федорченко, поэты Женя Касимов, Леонид Петрович Быков и все другие. Там такое созвездие историков и докторов наук. Это, конечно, ко многому обязывает. Вроде как понимаю, что пора сбросить темп жизни, но понимаю, что люди не дадут мне этого сделать», — с благодарностью высказался Ройзман на заседании в четверг.

На заседании суде 18 мая, присутствовал также главный редактор «Новой газеты», Нобелевский лауреат премии мира 2021 года Дмитрий Муратов. Он сравнил список фамилий тех, кто поручился за Ройзмана, с «большой серьезной пьесой, которую можно читать хорошим артистам со сцены, и каждая фамилия будет сопровождаться бесконечными аплодисментами».

— Прислушается ли суд? — спрашивает Муратова в перерыве местный журналист.

— А как не прислушаться? К кому не прислушаться?

— Давайте. Будем считать, что задал, — не растерялся журналист.

— Суд обязательно будет уважать мнение народа., ­— заключил Муратов.

«Никто не сможет отнять у меня право говорить то, что я думаю»

В своем последнем слове Ройзман поблагодарил всех тех, кто его поддержал, в том числе коллег-иноагентов музыканта Андрея Макаревича и писателя Дмитрия Быкова:

— Все эти люди отсекают мне любые пути для отступления и заставляют соответствовать. Я вынужден соответствовать тому образу, который вы создали. А что касается меня, то я прожил хорошую жизнь и ни о чём не жалею.

В этот момент судья Тараненко перебивает его и просит высказываться ближе к делу, но Ройзман парирует, что только начал выступать по сути обвинения. И продолжает:

— Я ни о чем не жалею, ничего не боюсь и никто не может отнять у меня право говорить то, что я думаю. Спасибо, — закончил Ройзман и сел на скамейку.

За весомые слова поддержки и за благотворительную деятельность, а также потому, что на иждивении у Ройзмана двое детей восьми и девяти лет, гособвинитель попросил лишь оштрафовать на 280 тысяч рублей. Но и этот штраф обвинение решило снизить еще на 20 тысяч: всё-таки Ройзмана задержали на 48 часов после обыска в его квартире 24 августа 2022 года. Компенсация!

В приговоре, мотивационную часть которого судья Тараненко зачитывать не стал, он точь-в-точь повторил всё то, что просило обвинение. Вплоть до того, что в отношении Ройзмана сохраняется мера пресечения — запрет определенных действий, в том числе и запрет пользоваться интернетом до вступления приговора в силу. А также требование уничтожить «бесхозный» ноутбук марки Dell, с которого 1 июля 2022 года и велся злополучный стрим. В ходе следствия и на суде никто так и не признался, чей это ноутбук.

После оглашения приговора, уже на крыльце суда Ройзмана обступили журналисты и сочувствующие, встретив его аплодисментами.

— Вы все видели блестящую работу адвокатов Владислава Идамжапова и Тимофея Гриднева…

В этот момент кто-то из толпы выкрикивает: «Давайте им поаплодируем!» и овации прерывают Ройзмана на полуслове.

— Моя задача была не сесть, не наговорить себе на новый срок, остаться на своих позициях, что, в общем, я считаю, сделать удалось.

После того как приговор вступит в силу (через десять дней, если его не обжалует прокуратура), Ройзман обещал возобновить свои пятничные стримы. Но из-за этого уголовного дела и статуса «иноагента» обещал быть аккуратнее.

Его долго не отпускала толпа, с ним фотографировались как с рок-звездой. Ройзман никому не отказывал. В какой-то момент, остановившись для очередного фото, он обратился к приставам у входа в суд: «Ребят, всё хорошо, но в суде даже пандусов нет. Колясочница не смогла подняться».

Те заверили, что передали замечание руководству. Пандус обещают сделать.