Африканская КНДР

Теплые чувства

На первый взгляд, Эритрею и Россию не связывают никакие тесные политические или экономические связи, которые могли бы объяснить такую лояльность. Однако последние десять лет Эритрея стабильно выражает поддержку абсолютно всем действиям Кремля.

Список дипломатов включал бывшего посла Эритреи в Украине Теклая Минассие Асгедома, в 2014 году ставшего представителем республики в России. Он же в 2018 году принял участие в IV Ялтинском международном экономическом форуме и заключил «договор о намерениях» между Севастополем и Массауа — портовым городом в Эритрее.

В мае 2023 года президент Эритреи Исайяс Афеверки впервые посетил Москву, где встретился с российским президентом Владимиром Путиным. Афеверки выступил с длинной речью, очень похожей на официальный российский нарратив. В ней эритрейский лидер раскритиковал «бездумную идеологию и несдержанные действия по доминированию, которые предпринимались последние тридцать лет для создания однополярного мирового порядка».

Между Эритреей и Россией налажен товарооборот, и в 2021 году он даже резко вырос почти в 20 раз за счет поставок зерна — с 427 тысяч до 9,3 млн долларов США, а в 2022-м — до 13,5 млн. Однако эти цифры несопоставимы с объемами торговли между Россией и другими важными для нее партнерами, объемы которой достигают миллиардов долларов.

В январе 2023 года Сергей Лавров пообещал удовлетворить потребности эритрейского руководства в оборонной сфере, однако о размере и характере поддержки ничего сказано не было. В официальных документах, связанных с майским визитом президента Афеверки в Москву, говорилось о заинтересованности Эритреи в покупке продукции «Урала» и КамАЗ, но вряд ли российско-эритрейское сотрудничество в области военно-промышленного комплекса ограничивается транспортными поставками. В 2018 году последний уже поставлял автомобили и автобусы на относительно скромную сумму в 5 млн долларов США. За прошедший год Эритрея также попросила Москву обучить ее военных и выразила заинтересованность в сельскохозяйственном сотрудничестве.

Однако решение было продиктовано не только интересом к русской культуре, но и теплотой чувств, которые эритрейское правительство все последние годы испытывает к России.

От демократии до изоляции

С конца XIX века территория Эритреи была итальянской колонией, после Второй мировой войны ушла под британский протекторат, а в 1952 году получила автономию в составе Федерации Эфиопии и Эритреи. Однако федерация просуществовала недолго: эфиопское руководство стало ущемлять права эритрейского населения. Вспыхнувшие в 1962 году восстания положили конец федерации и стали началом тридцатилетней жестокой войны за независимость, которую сама Эритрея обрела только в 1993 году.

В то же время в Эфиопии также произошла революция, и в 1974 году страна встала на коммунистический путь развития. В условиях холодной войны такой поворот означал поддержку, в том числе оружием, со стороны СССР. После распада советского блока от Эритреи ожидали, что она пойдет по классическому пути демократизации, охватившей многие близкие к СССР страны в этот период.

В 1990-х Асмэра действительно ориентировалась на капиталистическую модель экономики и развивала сотрудничество с США, где смотрели на Эритрею как на ключевого партнера по борьбе с терроризмом в регионе. Однако на фоне начавшегося в 1998 году пограничного конфликта с Эфиопией лидер страны Исайяс Афеверки совершил переворот внутри правящей партии и отложил выборы. Этот авторитарный шаг привел к дистанцированию от Вашингтона.

В середине 2000-х годов Эритрея оказалась в международной изоляции, так как в 2008 году на фоне территориальных споров вторглась на территорию соседней Джибути. В ответ на агрессию и отказ отпустить джибутинских военнопленных Асмэра получила оружейное эмбарго и заморозку счетов высших лиц в рамках санкций Совбеза ООН. Также Эритрею обвинили в поддержке боевиков «Харакат аш-Шабаб» (филиала «Аль-Каиды») в Сомали, а администрация Джорджа Буша рассматривала ее включение в список стран — спонсоров терроризма. В 2018 году, однако, ООН сняла санкции, не найдя свежих доказательств поддержки сомалийских террористов режимом Афеверки.

Страна бегущих граждан

Сегодня Эритрея стабильно замыкает почти все рейтинги стран по уровню развития и уважения прав человека. Например, она занимает 174-е из 191 места в индексе человеческого развития стран ООН, который складывается из показателей образования, уровня жизни и ее продолжительности.

Выборы в стране не проходили с 1993 года. Гражданские движения и собрания запрещены, а доступ к информации крайне ограничен. Согласно оценке Reporters without borders, журналистика в стране по факту запрещена: Эритрея занимает 174-е место из 180 по уровню свободы прессы. Единственные два медиа — новостное издание и телеканал Eri TV — контролируются министерством информации, а остальные, в том числе иностранные, запрещены. При этом лишь примерно у 8% населения есть доступ к интернету.

В 2022 году государство покинули 37 537 человек, что составляет более 1% населения. В результате эта восточноафриканская страна стабильно упоминается в списках самых острых кризисов беженцев на планете. В ноябре 2023 года Эритрея даже снялась с отбора на ЧМ-2026 из опасений, что игроки сборной не вернутся. Так было в 2019-м, когда семеро эритрейских футболистов пропали после международного турнира в Уганде. Похожие случаи уже происходили: например, в 2009-м игроки сборной по футболу сбежали во время четвертьфинала чемпионата Восточной и Центральной Африки, а в 2008-м шесть эритрейских легкоатлетов получили убежище в Великобритании.

Главной мотивацией для эритрейцев, бегущих из страны, остается военный призыв. Он обязателен для женщин и мужчин в возрасте от 18 до 40 лет и, хотя законодательно ограничен 18 месяцами, в реальности часто оказывается бессрочным. Именно поэтому Эритрея — второе в мире государство, сразу после Северной Кореи, по распространенности современных форм рабства. Военная и отчасти экономическая система опирается на бессрочный принудительный труд «призывников», которым платят от 450 накф (30 долларов США) до 1000 накф (67 долларов) в месяц (при средней зарплате в 100–200 долларов в месяц и минимальной в 24 доллара). Членов одной семьи могут призывать одновременно и рассылать по разным регионам страны.

Но и это не решает вопрос: власти устраивают облавы на молодежь. Особенно негативно призыв сказывается на женском доступе к образованию: ученицы школ часто вступают в ранние браки и стремятся к материнству как одному из немногих способов легально уклониться от службы.

«Мой отец был призван в армию еще до моего рождения и служит там до сих пор. Ему платят 450 накф (30 долларов США) в месяц. Моя старшая сестра отслужила три года, после чего бежала в Эфиопию. Я покинул страну незадолго до того, как меня должны были призвать, чтобы избежать этого. Мы виделись с отцом раз в шесть месяцев в течение одной-двух недель, и если он задерживался, приезжало начальство и забирало его», — цитирует рассказ восемнадцатилетнего беженца Биньямина Amnesty International в докладе 2015 года о положении дел в Эритрее.

Притеснение религии — другая область, на которую направлены репрессии эритрейского режима. Несмотря на то, что конституция Эритреи гарантирует свободу вероисповедания, законодательно в стране признаются четыре веры: православие, католицизм, лютеранство и суннизм. Чтобы открыто практиковать свою религию, ее необходимо зарегистрировать, однако с 2002 года правительство не одобрило ни одной подобной заявки. В 2017 году за практику «несанкционированного» христианства были арестованы как минимум 170 женщин, 33 из них помещены под стражу в тюрьму на острове Нокра. Это место еще со времен колониального итальянского режима известно исключительной жесткостью условий содержания и отношения надзирателей.

Союзник с выходом в Красное море

Сегодня официальная Москва всё чаще находит поддержку в странах, где за последние пару лет произошли военные перевороты и у власти оказались настроенные против Запада хунты, — Мали, Буркина-Фасо, Гвинея, Нигер.

При этом часто в своих ставках на Африку Москва опирается на советское наследие. В 1950–1960-х годах Советский Союз стал источником двух важных инструментов антиколониальной борьбы — оружия и идеологии — для стран, избравших социалистический путь. В контексте холодной войны СССР активно посылал в африканские страны военных, сельскохозяйственных и технических советников, помогал экономически и гуманитарно.

Но, несмотря на то, что у Эритреи отношения с СССР более сложные, чем у других стран региона, Асмэра всё равно готова видеть в Кремле прагматичного партнера и антитезу западному колониализму. С ползучей международной изоляцией России в 2010-х годах Кремлю стало удобнее апеллировать к этому мифу, согласно которому Владимир Путин воспринимается как независимый и сильный лидер, который не боится противостоять западной гегемонии в лице НАТО — будь то гражданская война в Сирии или полномасштабное вторжение в Украину.

Сегодня поддержка Эритреей России в целом заметна только в голосованиях на полях ООН.

Кремль пока не преуспел с открытием российской морской базы в Судане, но уже давно пытается получить доступ к одному из важнейших торговых путей в мире и расширить свое присутствие в Индо-Тихоокеанском регионе.

Потенциально Эритрея также может заинтересовать Россию своими природными ресурсами: на территории страны есть залежи золота, меди, поташа, из которого можно изготавливать фосфатные и калийные удобрения, цинка, нефти, природного газа. На сегодняшний день самый заметный игрок на этом рынке — Китай, однако австралийские и канадские компании также занимаются добычей полезных ископаемых на территории Эритреи.

Для России голос Эритреи — главным образом возможность продемонстрировать широту собственного влияния в мире, который Москве хочется видеть консолидированным на почве антиамериканизма. Однако сам факт того, что ультраавторитарная, подсанкционная и лишенная хоть какого-то международного влияния Эритрея стала чуть ли не самым лояльным союзником Кремля на полях ООН, указывает лишь на уровень изолированности России.