Таблетка от популизма

В начале февраля министр здравоохранения Южной Кореи Чо Ге Хонг объявил, что правительство намерено радикально увеличить квоту на поступление в медицинские вузы. Согласно планам, со следующего учебного года число студентов-первокурсников должно вырасти с нынешних 3000 до 5000 человек. «Правительство принимает решительные меры в связи с тяжелой ситуацией, когда основные отрасли медицины находятся на краю пропасти», — заявил чиновник журналистам.

Его выступлению предшествовал круглый стол с эмоциональным названием «Комплекс мер, призванных спасти систему здравоохранения от краха», на котором представители южнокорейской общественности, врачи и чиновники Минздрава обсуждали, как повысить доступность и качество медицинской помощи в одном из самых быстро стареющих обществ в мире. В частности, было отмечено, что к 2035 году Корея столкнется с нехваткой 15 000 медицинских работников. Для решения этой проблемы правительство предложило увеличить набор в медицинские вузы, усовершенствовать систему медицинского обучения и лицензирования и укрепить систему местного здравоохранения. Отдельно было отмечено, что проект медицинской реформы находится на контроле у президента страны Юн Сок Ёля.

Однако значительная часть врачей — главным образом, молодые интерны и ординаторы — не оценили акцент на дополнительный набор студентов-медиков. 6 февраля, в один день с выступлением министра здравоохранения, Корейская медицинская ассоциация предупредила, что начнет забастовку, если правительство в одностороннем порядке будет настаивать на увеличении квот для поступления в медицинские вузы.

— заявил глава Ассоциации Ли Пил-су в ходе экстренной пресс-конференции. Намерения были подтверждены делом: через две недели в стране началась всеобщая забастовка интернов и ординаторов.

Я устал, я ухожу

Формально у южнокорейского правительства, действительно, есть все основания расширить подготовку медицинского персонала. По данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в стране на каждую тысячу жителей приходится лишь 2,6 врача при среднем показателе по странам-членам 3,7. Для сравнения, в Норвегии, Австрии и Португалии этот показатель вдвое превышает южнокорейский. К тому же корейские врачи могут уделить на первичный прием лишь 4,3 минуты при среднем показателе по ОЭСР 16,4. Проблему усугубляет тот факт, что, согласно прогнозам, в перспективе 20 лет Корея станет самой пожилой страной в мире, где почти 40% населения будут составлять люди старше 65 лет.

Врачебное сообщество страны в целом согласно с этими оценками, однако суть проблемы и ее решение медики видят в другом.

— говорится в официальном заявлении Корейской ассоциации интернов-резидентов (KIRA). Авторы текста отмечают, что заявленная цифра в 2000 новых студентов ничем не обоснована: для такого числа будущих медиков в вузах попросту нет преподавателей.

Но главное, при нынешней системе организации медицинской помощи само по себе увеличение числа специалистов ничего не даст. В Южной Корее действует система обязательного всеобщего медицинского страхования, за счет которой финансируется львиная доля медицинских услуг. Главным и единственным оператором системы является подконтрольная Минздраву Национальная корпорация медицинского страхования. При этом крупнейшие клиники страны находятся в частной собственности и нередко жалуются на недостаточное финансирование со стороны государства. При высоких даже по европейским и американским меркам зарплатах врачей-специалистов, в некоторых областях превышающих $190 000 в год, удержаться на плаву больницам позволяет сравнительно дешевый труд молодых врачей-интернов и ординаторов. Нередко их бросают на самые сложные участки, к примеру, в отделения неотложной помощи, и платят на уровне прожиточного минимума. При этом смены могут длиться больше десяти часов подряд, что неизбежно влечет за собой ошибки и судебные иски от пациентов и их родственников. В результате многие выпускники медицинских вузов уходят в более безопасные и денежные сферы, например, в небольшие дерматологические клиники, а крупные больницы страдают от дефицита кадров.

«Я завершаю свою практику и покидаю отделение скорой помощи. Я множество раз чувствовал радость и облегчение, спасая пациентов, но последние три года были самым депрессивным временем в моей жизни. Я больше не в силах выносить депрессию из-за череды смертей, страха медицинских исков, 80-часовой рабочей недели и минимальной почасовой зарплаты», — написал на своей странице в фейсбуке президент KIRA, сеульский педиатр Пак Дан. Вместе с ним врачебную практику приостановили около 9000 молодых врачей из 96 госпиталей по всей стране — почти 80% от общего числа интернов и ординаторов.

Они обвинили правительство в предвыборном популизме и потребовали немедленно свернуть реформу, пополнить штат больниц врачами-специалистами и привести условия работы интернов в соответствие с конституцией страны и нормативами Международной организации труда.

MPAK в здравоохранении

На бунт интернов государство отреагировало в духе южнокорейской диктатуры 1970-х, объявив их действия незаконными и пригрозив уголовным преследованием.

«На этот раз не будет ни амнистии, ни отсрочки приговора», — заявил замминистра здравоохранения Парк Мин-Су, намекая на аналогичную ситуацию, сложившуюся в 2020 году, в разгар пандемии коронавируса. Тогда государство выдвинуло обвинения против десяти зачинщиков забастовки врачей-стажеров, протестующих против негуманных условий труда и планов увеличить прием в медицинские вузы. Однако позже обвинения были сняты, а реформу на время отложили.

Изначально общество также отнеслось к инициативе государства положительно. Согласно опросу Gallup Korea, опубликованному в середине февраля, увеличение квот на поступление в медвузы поддержали 76% респондентов, вне зависимости от их политических предпочтений. На фоне заявленной реформы здравоохранения подросли и рейтинги самого президента страны Юн Сок Ёля.

Однако несколько недель спустя стало ясно, что ситуация зашла в тупик. Угрозы и даже специальный правительственный указ о немедленном возвращении врачей в клиники не подействовали, и подавляющее большинство бастующих не вернулись на рабочие места. В результате пришлось отменять сотни операций по всей стране, пациенты с тяжелыми заболеваниями сутками не могли получить помощь. Вопиющий случай произошел в городе Тэджон, научно-технологической столице страны, где расположены исследовательские центры LG, Samsung и других корпораций. 80-летнюю женщину увезли на скорой с подозрением на инфаркт, но семь городских больниц отказались ее принять из-за нехватки персонала. Через час женщина скончалась в машине парамедиков от остановки сердца. В середине марта профессора ведущих медицинских вузов, включая Сеульский национальный университет, пригрозили подать в отставку в знак солидарности с врачами-стажерами, если правительство не пойдет на уступки. Акцию поддержала Ассоциация медицинских профессоров Кореи (MPAK), представляющая сотрудников 33 вузов по всей стране. К тому же новый опрос Gallup, опубликованный 15 марта, показал, что 57% корейцев недовольны тем, как правительство справляется с ситуацией. Рейтинг одобрения президента при этом упал на 3%, составив 36%.

В результате правительство было вынуждено сменить тон. Вместо прежних угроз министр здравоохранения Чо Ге Хонг призвал медиков активно включаться в обсуждение реформы, добавив, впрочем, что планы по увеличению числа студентов медвузов не являются предметом переговоров. Глава правящей Партии народной власти Хан Дон Хун встретился с представителями профессорского сообщества, чтобы обсудить продолжающуюся забастовку. Президент страны

Юн Сок Ёль, в свою очередь, призвал премьер-министра Хан Дак Су добиться более «гибкого» решения по бастующим докторам, которым раньше грозили немедленным отзывом лицензии. Также президент поручил сформировать специальный консультативный орган для диалога с врачами.

Попытка компромисса

4 апреля Юн Сок Ёль лично встретился с лидером протестующих Пак Даном. Переговоры окончились ничем. Президент лишь повторил, что правительство открыто для обсуждения, если врачи выработают единую позицию и обоснуют необходимость снижения заявленной квоты, а Пак прокомментировал итоги встречи коротко: «У медицинской службы Корейской Республики нет будущего».

Наконец, 9 апреля Юн Сок Ёль в ходе посещения клиники сердечно-сосудистой хирургии в Пучхоне еще раз вернулся к теме, сместив акценты и заявив, что «медицинская реформа проводится для всех и не должна требовать жертв ни от пациентов, ни от врачей». Президент отдельно остановился на необходимости господдержки медиков и создания более справедливой системы вознаграждения.

На следующий день его Партия народной власти (People Power Party — PPP) провалилась на выборах в Национальную ассамблею, потеряв 6 из прежних 114 мест. Главный конкурент PPP, Демократическая партия, напротив, укрепила позиции: теперь 175 из 300 депутатов парламента являются ее представителями. Лидер «красных» (партийный цвет PPP) Хан Дон Хун уже объявил об отставке, извинившись за то, что его партии не удалось в полной мере учесть волю народа. Глава Южной Кореи Юн Сок Ёль, присоединившийся к PPP два года назад, в разгар президентской кампании, заявил через главу своей администрации, что «смиренно принимает волю народа», пообещав стабилизировать экономику и улучшить условия жизни людей. На брифинге для прессы по итогам выборов было отдельно отмечено, что высказывания Юна о реформах свидетельствуют о его приверженности сотрудничеству с оппозицией. Южнокорейская пресса отмечает, что большая часть команды Юн Сок Ёля, включая премьер-министра страны Хан Дак Су, выразила намерение подать в отставку.

Как пишут эксперты американского Центра стратегических и международных исследований (CSIS), конфликт между правительством Юн Сок Ёля и врачебным сообществом стал одним из ключевых факторов поражения правящей партии на выборах.

Один из главных таблоидов страны, Korea Times, отмечает, что прошедшие выборы — промежуточный референдум о доверии президенту, которому через три года самому предстоит участвовать в выборах.

«Из-за сокрушительного поражения своей партии Юн стал первым лидером в современной истории Кореи, который на протяжении всего президентского срока сталкивается с контролируемой оппозицией Ассамблеей», — пишет издание.