«Люди любят мучеников»
Словакия выходит из состояния шока после покушения на Фицо. Теперь часть граждан опасается потери демократии. Мы поговорили с этими людьми
15 мая после выездного заседания правительства в небольшом городе Гандлова был тяжело ранен 59-летний премьер-министр Словакии Роберт Фицо. Нападавший выстрелил в него несколько раз, попав в голову и живот. По данным словацких СМИ, в первые часы Фицо был в тяжелом состоянии. Спустя пять дней он всё еще находится в реанимации, но без «непосредственной опасности для жизни».
По подозрению в покушении задержали 71-летнего писателя и поэта Юрая Цинтулу, который признал вину. Стрелок заявил, что совершил атаку из-за несогласия с политикой правительства. Сразу же после стрельбы в соцсетях распространился слух о связях Цинтулы с оппозиционной партией «Прогрессивная Словакия». Однако, по данным журналистов, он скорее связан с пророссийской радикальной группировкой «Словацкие призывники» и не поддерживал отношения с оппозицией. По последней информации, следствие рассматривает версию, что Цинтула мог действовать не в одиночку, как предполагалось ранее.
Несмотря на то, что угроза жизни Фицо миновала, проевропейски настроенные жители Словакии чувствуют тревогу: они опасаются ужесточения политического режима и закручивания гаек в стране. Это связано с тем, что после победы на выборах в 2023 году Фицо провел ряд антидемократических реформ, вызвавших массовые протесты: в частности, ликвидировал специальную прокуратуру, которая занималась расследованием коррупционных преступлений, а также закрыл общественный телеканал RTVS, заменив его структурой, которая будет подчиняться правительству.
Об этих и других своих опасениях жители страны рассказали корреспондентке «Новой-Европа» Юлии Ахмедовой.
Мартин, 29 лет
[Когда это произошло,] я просто не поверил. У нас никогда не было ничего подобного. Последний акт политического насилия, который помнит большинство, это похищение в 1994 году сына тогдашнего президента Михала Ковача.
В моем окружении люди в основном желают Фицо скорейшего выздоровления и требуют [справедливого наказания для] стрелка. Я сильно сомневаюсь, что кто-то желает премьер-министру смерти. Тем не менее, это событие воспринимается как ситуация «что посеешь, то и пожнешь». Его кампания на президентских выборах была построена на ненависти к оппонентам. Поэтому часть людей считает, что Фицо произошедшее с ним заслужил.
Думаю, теперь политическая ситуация в Словакии станет еще более напряженной, а люди — еще более разделенными. Спустя всего час после покушения вице-спикер парламента прямо заявил, что «это работа» либералов. Но это не новость, [представители правящей партии] уже обвиняли оппозицию в том, что она якобы продалась США. Тем не менее, мне кажется, эта ситуация не приведет к фундаментальным изменениям. Пострадает только оппозиция, но она настолько раздроблена и неэффективна, что мало на что может повлиять.
Я не считаю, что за покушением последуют какие-либо репрессии со стороны государства. Да, некоторые политики призывают, например, к роспуску главной оппозиционной партии, но это в основном пропагандисты, а не те, кто принимает реальные решения.
Говорить, что сам Фицо — угроза демократии, не совсем верно. Он не собирается отменять голосование или репрессировать своих политических соперников.
Я думаю, что Фицо пойдет по пути Виктора Орбана, который использует свое влияние на СМИ, чтобы погрузить страну в пропагандистский пузырь. Я подозреваю, что государственное телевидение в Словакии тоже скоро превратится в пропагандистскую машину.
Эмоциональный накал среди людей в Словакии очень велик. Это может дать Фицо «право» подавлять некоторые виды свободы, например, право на собрания. И он сможет оправдать это тем, что это якобы поможет предотвратить дальнейшее насилие
С моей точки зрения, Фицо и его партнеры медленно разрушают демократию. Даже другие страны уже заметили это и официально дистанцируются от действий нашего премьер-министра и его людей. Всё, что мы можем, — протестовать.
В моем окружении люди против политического насилия, но при этом вряд ли найдется кто-то, кто симпатизирует Фицо или поддерживает его. Это [покушение] — последствия его же действий.
В течение многих лет его партия распространяла ложную информацию о своих политических оппонентах, [намеренно] подрывая авторитет оппозиции.
Пока что я бы сказал, что modus operandi Фицо — это злоупотребление демократией, а не ее разрушение. Но в будущем это может измениться.
Алексей Кажарский, 38 лет
Многие люди в Словакии сейчас опасаются усиления власти Фицо, считая, что «лучшего повода не найти» для того, чтобы в чрезвычайном режиме свернуть словацкую демократию и принять репрессивные законы, ограничивающие деятельность медиа и гражданского общества.
Очень нехороший симптом — то, что многие члены правящей коалиции немедленно кинулись обвинять оппозицию и независимых журналистов в происходящем: мол, они нагнетали ненависть, и вот результат, теперь пусть пощады не ждут. В социальных сетях сразу начали распространять дезинформацию о том, что подозреваемый в покушении связан с проевропейской партией «Прогрессивная Словакия». Однако, по имеющимся сейчас сведениям, он, наоборот, был связан с пророссийскими парамилитарными группами и писал книжки с расистским оттенком.
