«Старлинки» для «СВО»
Маск говорит, что не продает Путину терминалы спутниковой связи. Эксперимент «Новой-Европа» показал: это не совсем так

SpaceX Илона Маска продает «Старлинки» через официальных поставщиков. «Новая газета Европа» выяснила, что некоторые из них готовы торговать с анонимными компаниями из Казахстана, несмотря на все рекомендации по экспортному контролю. Только один дилер отказал нам по той причине, что терминалы могут уйти в российскую армию. Рассказываем, как устроен «черный рынок», который Маск не контролирует.
Понятно, что мы не можем здесь раскрывать засекреченную информацию, но, думаю, понятен широкий общественный интерес к вопросу, как Министерство обороны купирует утечки».
Эксперимент показал, что даже в первом звене цепочки поставок компании не выполняют простейших рекомендаций, которые должны затруднить путь товаров двойного назначения в Россию.
Я не могу ничего утверждать, но я уверен, что вы хотите закупить терминалы для России. Я думаю, что это незаконно, у меня нет никакого интереса к тому, чтобы вести бизнес с такими партнерами».

Telegram под угрозой полной блокировки
Как оставаться на связи? «Новая-Европа» собрала списки проверенных VPN и альтернативных мессенджеров

«Пропаганда в России не пытается убеждать. Она хочет тебя сломать»
Режиссер фильма «Господин Никто против Путина» Дэвид Боренштейн — о съемках в школе в Карабаше, об этике работы и о том, чем Россия отличается от Китая

В Риге на лекции задержали корееведа Андрея Ланькова
Его объявили персоной нон-грата и вывезли из Латвии в Эстонию

Акции в поддержку Украины прошли по всему миру
«Новая-Европа» публикует фотогалерею

Трансгендерную девушку из Челябинска приговорили к четырем годам в мужской колонии

«Старшие больше боятся. А молодым нечего терять»
Война глазами 55-летнего добровольца и 19-летнего контрактника из одной бригады ВСУ. Материал издания hromadske

Мужчина совершил самоподрыв у машины ДПС на Савеловском вокзале в Москве

Война и свидетели
20 фильмов и книг о вторжении в Украину, которые помогут понять катастрофу, случившуюся после 24 февраля

ЛГБТ-организации начали признавать «экстремистами»
Как Россия двадцать лет строила машину государственной гомофобии и почему это касается всех


