«Перестройка» для Европы

Каждый исторический период определяется уникальными проблемами, стоящими перед государством и обществом.

После Второй мировой войны Европа должна была найти способ покончить с повторяющимися кризисами рыночных циклов и великодержавной конкуренцией, терзавшей ее десятилетиями. На этот вызов она ответила созданием стабильных национальных государств и эффективных систем социальной защиты на фоне сильных европейских и международных структур.

Перейдя рубеж XX—XXI веков, Европа наткнулась на новый вызов: необходимость бороться с крайне сложным поликризисом, включающим широкий ряд взаимосвязанных проблем. Многие из них сами по себе могут оказаться катастрофическими из-за того, что накапливаются и усиливают друг друга.

Например, демографический кризис в Европе дестабилизирует систему соцобеспечения, подрывая экономическое благополучие, что, в свою очередь, приводит к социальным и политическим потрясениям. Значительное и длительное ослабление социально-политической сплоченности на континенте может способствовать началу других кризисов (включая нынешний кризис либеральной демократии) и сковывать возможности государств реагировать на остальные угрозы, например, изменение климата.

Общая неспособность дать эффективный ответ на развитие поликризиса усиливает у европейской публики чувство надвигающегося апокалипсиса и ощущение нарастающего бессилия. Но с экзистенциальными угрозами, которые над нами нависли — от вооруженных конфликтов до катастрофического изменения климата, — можно справиться, не «вернув контроль», как обещают политические лидеры-популисты, а научившись контролировать то, что пока не контролируется.

Наши политические, финансовые и международные организации обычно привязаны к циклическому антикризисному управлению прошлого. Из-за этого они плохо подготовлены к борьбе с нынешним поликризисом, которая требует упорства и гибкости. У Европы имеется дополнительная проблема: ее организациям, которые зависят от консенсуса, согласованности и компромиссов, трудно примирять между собой узкие, запутанные и разнообразные интересы.

Ключом станет разработка четкой концепции будущего, углубление сотрудничества на важнейших направлениях, разработка новой организационной структуры.

Стратегия на перспективу 2045

Начнем с концепции. Европе нужна открыто заявленная стратегия борьбы с поликризисом. Этот документ должен синхронизировать временные горизонты и улучшать таким образом краткосрочное антикризисное управление — это позволит сломать механизмы самоусиления кризисов и одновременно определить общие долгосрочные цели.

Небольшие, автономные и гибкие подразделения должны отвечать за реализацию этой стратегии в сотрудничестве с независимыми игроками из гражданского общества, которые специализируются на формировании консенсуса, разработке долгосрочных решений, мониторинге их эффекта. В этом процессе крайне важна будет культура решительности и подотчетности.

Долгосрочный компонент этой концепции должен отражать цели молодых поколений. У Индии есть дорожная карта, как стать развитой страной к 2047 году, то есть к столетию независимости. Китай планирует достичь «национального омоложения» к 2049 году, то есть к столетию Китайской Народной Республики.

Европа должна привязать свою стратегию к 2045 году, когда пройдет 100 лет с тех пор, как она начала всё заново после ужасов Второй мировой войны.

Безопасность на трех китах

Вторая задача — создать новые надежные структуры для трех критически важных элементов европейской безопасности: финансов, обороны и соцобеспечения.

Целью новой финансовой архитектуры должно стать увеличение инвестиций в Европу, чтобы повысить производительность и поддержать технологические инновации в важнейших отраслях. Поскольку Европа структурно фрагментирована и у нее меньше база инвесторов, ей придется научиться более эффективно распределять капиталы и мобилизовать сбережения. Главной задачей новой Еврокомиссии должно стать завершение создания союза рынков капитала.

Что касается обороны, то здесь война России в Украине показала шаткость и медлительность существующей европейской архитектуры.

Наконец, новая система социальной защиты должна быть слаженной, бюджетно обоснованной, соответствующей нуждам современных обществ. В последние десятилетия Европа допускала накопление обязательств и дефицита финансирования во многих сферах, включая здравоохранение, жилье, образование и энергетику, из-за отсутствия консенсуса по поводу того, как именно должно выглядеть современное социальное государство. Поскольку защита европейского образа жизни необходима для сохранения долгосрочной социальной солидарности, ситуация не может оставаться неизменной.

От цепи к сети

Третий ключевой императив Европы, столкнувшейся с поликризисом: разработать новую организационную модель, основанную на гибкости, адаптируемости и субсидиарности. Проблемы должны решаться на том уровне, на котором они возникают.

Глобальные проблемы, такие как изменение климата, распространение ядерного оружия, искусственный интеллект, финансовая стабильность, требуют более структурированного международного сотрудничества и регулирования.

Проблемы, которые должны решаться на уровне ЕС, включают обновление экономической модели Европы, повышение производительности и конкурентоспособности, управление торговой политикой.

На уровне отдельных стран ЕС необходимо развивать солидарность и, вместе с локальными сообществами, заниматься реализацией конкретных решений. Важно также частно-государственное сотрудничество, позволяющее использовать опыт бизнеса, его знания и институциональную способность к адаптации, управлению рисками и реагированию на кризисы.

Новая организационная модель ЕС должна быть похожей на сеть, а не цепь. Потому что сила сети — в сумме ее узлов, а цепь сильна лишь настолько, насколько прочно ее слабейшее звено.

Европа не может себе позволить откладывать действия до следующего шока. Если мы хотим выдержать поликризис, нам понадобятся стратегическое мышление, коллективное лидерство и нестандартные подходы в рамках общей амбициозной концепции «перестройки» Европы к 2045 году.