«Унылые люди войны не останавливают»

«Я думаю, что главное, что людей останавливает от того, чтобы пойти — это апатия и неверие, что можно что-то изменить. Мне это очень хорошо понятно. Я вижу это апатию, она иногда пытается и мне в душу пробраться. Но уныние — это смертный грех и нужно из себя это уныние выдавливать.

Я, кстати, в письмах людям об этом много писал, когда в тюрьме сидел. И главное, к чему я призывал — это сохранять оптимизм и выдавливать из себя уныние.

И как бы не было тяжело, сложно и уныло, необходимо находить в себе силы, чтобы вставать перед лицом зла и делать что-то полезное. Вот так я к этому отношусь.

Надо выходить на марш, потому что почти 3 года продолжается война, потому что Путин уже 25 лет у власти, потому что в России остается огромное число политзаключенных. Для того, чтобы со всеми этими проблемами начинать хотя бы как-то разбираться, нужна консолидация, нужно формировать политическую силу и использовать ее во благо.

Для того, чтобы мы стали политической силой, нам нужно не сидеть по своим норам, а выходить, консолидироваться и договариваться и форкусироваться на тех темах, которые нас всех волнуют. Для того, чтобы из отдельных хороших (или не очень хороших людей) превращаться в полноценное политическое антивоенное движение.

За пределами твиттер-срачей, в которые погрузились люди, есть много чего вокруг. Красота в глазах смотрящего. Эта акция инициирована тремя довольно разными автономными политиками: Юлия Навальная, Владимир Кара-Мурза — мы очень разные, у нас разный жизненный опыт, во многом разная тактика. Но мы договорились, сформулировали общие тезисы и мы инициировали эту акцию вместе, Какая-никакая консолидация оппозиции. Я позвонил Ходорковскому, попросил эту акцию поддержать. Антивоенный комитет обсудил эту инциативу и призвал людей присоединиться.

В России множество людей, которые думают как мы, которые мечтают о том же, о чем и мы — о свободной, мирной, цивилизованной России. Эти люди лишены права голоса. Причем, даже не просто на выборах, они лишены права даже в частных разговорах говорить то, что они думают. Потому что сейчас сажают даже за частные разговоры. Я таких людей часто встречал в тюрьме.

Кроме того, эта акция — акт солидарности с политзаключенными в России. Когда она пройдет, сотни тысяч писем полетят в российские тюрьмы. И волонтеры будут рассказывать политзэкам о том, что проходит эта акция, о том, что к ним привлекли внимание, о том, что их портреты были на этой акции. О том, что оппозиция начала как-то консолидироваться. Я могу сказать по своему опыту. Это именно то, чего я ждал, когда сам сидел в тюрьме.

Да, значение этого митинга — во многом символическое, Мы должны продемонстрировать свою силу и сами в себя поверить. Потому что обстановка такая, что никто не верит в то, что мы являемся силой, даже мы сами. Для того, чтобы двигаться вперед, надо ощутить себя силой.

Я сейчас провожу встречи в разных европейских городах, ко мне приходят сотни людей, я вижу, с каким настроением люди выходят, какой энтузиазм появляется просто от того, что они вырываются из твиттерских разборок, приходят на встречи, видят перед собой нормальных людей. Оказываются в нормальной абсолютно цивилизованной атмосфере и у них появляется желание что-то делать.

Война не закончится сама собой. Для того, чтобы добиться перемен, надо их не ждать, а стараться приближать всеми силами. Для этого требуется взять себя в руки, прилагать усилия. Каждый день делать хоть что-то: участвовать в марше, написать что-то в социальных сетях, позвонить кому-то и переубедить.

Это нужно нам всем, это в общих интересах. Вылезайте из своего пузыря уныния и пожалуйста давайте двигаться вперед».