Лягушка на огне

В последние дни, в преддверии очередного саммита глав МИД стран НАТО в Брюсселе, стало появляться все больше идей, предложений и планов о достижении мирного соглашения в Украине.

В конце ноября в интервью Sky News президент Владимир Зеленский впервые заявил, что Украина готова к прекращению «горячей фазы войны», если при этом страна станет членом НАТО, пусть даже Россия продолжит контролировать часть ее территории. В дальнейшем, по словам Зеленского, членство НАТО в альянсе должно распространиться на всю Украину в международно признанных границах.

С аналогичной идеей ранее, в октябре, выступил также бывший генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг. Распространение пятой статьи НАТО о взаимной обороне в случае агрессии на часть территорий страны, сказал он, вполне реально — «было бы желание, а возможность найдется».

Параллельно с визитом в Киев прибыл канцлер Германии Олаф Шольц. Идею Зеленского канцлер не поддержал, опасаясь, что членство в НАТО страны, находящейся в состоянии войны, втянет в конфликт весь альянс. Зато пообещал новый крупный пакет военной помощи от Германии объемом в 650 млн долларов. И заверил союзников, что о переговорах и соглашениях с Россией без согласия Украины и речи идти не может.

На протяжении последних недель также звучит идея, что в случае достижения режима прекращения огня в Украине будет создана демилитаризованная зона с вероятным участием миротворцев из Европы. В ходе визита Шольц заявил, что обсуждать участие немецких сил пока преждевременно, хотя несколько дней спустя глава минобороны Германии Борис Писториус уточнил, что такой вариант все же не исключается.

За всеми этими развернувшимися дискуссиями стало понятно, что переговоры об урегулировании могут начаться достаточно скоро, и европейские политики к ним готовятся.

Однако саммит глав МИД НАТО 2–4 декабря не добавил ощущения, что Запад будет выступать по этому вопросу консолидированно. Пока что альянс застыл в нерешительности. Слишком многое в НАТО по вопросам мира и безопасности зависит от позиции США и слишком мало о ней пока что, до вступления Трампа в должность, известно.

В ожидании Трампа

Размышления о том, что принесет НАТО президентство Трампа, в целом на саммите стали чем-то вроде фигуры умолчания. Вопросы о будущей администрации Белого дома и изменениях, которые она может привнести, звучали от журналистов при каждой возможности — и каждый раз получали одинаковые, осторожные, формальные ответы. Не обсуждались ни планы, ни возможная подготовка альянса к новому президентству. По сути, чиновники готовы были говорить обо всем, кроме Трампа.

Поднимался вопрос о попытке военного переворота в Южной Корее. Несколько раз обсуждали повреждение интернет-кабеля между Швецией и Финляндией и возможный саботаж — хотя в итоге оказалось, что никакого саботажа не было и виной всему строительные работы. Несколько раз обратили внимание на почетный визит в НАТО короля Иордании Абдуллы II.

Пока что известно, что Дональд Трамп обещал закончить войну «за один день», но конкретных планов не раскрыл. Его команда готовит разные предложения, и ни в одном из них членство НАТО для Украины не рассматривается. Вместо этого обсуждаются заморозка нынешних границ, сооружение демилитаризованной линии и создание так называемых «автономных зон» на востоке Украины. Помимо этого, Трамп озвучил намерение назначить специальным послом в Киев Кита Келлогга — отставного генерала, который ранее заявлял, что «если Украина не согласится на переговоры, поддержка от США рано или поздно прекратится».

Украинская дипломатия пытается активно подготовиться к смене администраций. Так, 4 декабря делегация из Киева во главе с Андреем Ермаком прибыла на встречу с Трампом и Келлоггом — но детали и содержание встречи не разглашались.

Публичная позиция европейских членов НАТО по вопросу Украины не изменилась: чиновники по-прежнему заявляли о безусловной поддержке Киева и идее его членства в альянсе. Генеральный секретарь Марк Рютте на открытии саммита напомнил принятую в 2024 году формулу, что страна находится на «необратимом пути» в альянс. Но в обсуждении деталей Рютте смысла не видит: «Меньше разговоров, больше военной помощи», — кратко описал он свою позицию.

Каким бы ни был формат переговоров в будущем и к какому бы решению ни пришла Украина и члены НАТО, эти потенциальные переговоры должны вестись страной «с позиции силы», считает Рютте. Однако как именно НАТО планирует поддерживать Украину на ее пути к этой «позиции силы», генсек тоже не уточнил.

На фоне опасений и неопределенности, связанных с Трампом, чиновники НАТО явно не готовы планировать что-то на долгий срок. Тем не менее, очевидно, что и игнорировать возможные последствия новой политики США они уже не могут. Поэтому при почти отсутствующем прогрессе по текущей поддержке Украины европейские лидеры явно начали думать в направлении того, как альянс будет существовать в новой реальности.

Страховка на худшее

Один из проектов, обсуждавшихся на этом саммите, во многом должен стать страховкой именно на случай худших возможных сценариев. Речь идет о NSATU — центре НАТО по содействию безопасности и тренировке военных подразделений для Украины.

Впервые идея NSATU была представлена в рамках саммита лидеров НАТО этим летом в Вашингтоне.

Например, если одна страна будет готова дать Украине ракеты ATACMS, центр свяжется с другими, чтобы найти и добавить в пакет подходящие пусковые установки, артиллерийские комплексы и так далее.

На первый взгляд, NSATU можно сравнить или даже перепутать с форматом «Рамштайн», однако официальные лица НАТО пояснили, что эти два формата служат разным целям и не будут конфликтовать. Если «Рамштайн» способствует принятию обязательств по оказанию помощи, то NSATU фокусируется на том, чтобы обеспечить более эффективное выполнение этих обязательств.

Еще одной целью NSATU является поддержка долгосрочных усилий — с планированием до 24 месяцев — по развитию военных сил Украины и их совместимости с другими армиями альянса. Проще говоря, таким образом планируется привести армию Украины в соответствие со стандартами НАТО. Причем эта функция не зависит от ситуации на фронте и перспектив войны.

Помимо этого, NSATU призван оптимизировать распределение нагрузки на участников альянса. В сочетании с долгосрочным планированием это может оказаться критичным в случае, если администрация Трампа решит значительно сократить объемы помощи. Тогда лучшее планирование поможет смягчить удар от потери американской поддержки.

Лягушка в кипятке

Впрочем, победа Трампа ставит под вопрос безопасность не только Украины, но и европейских членов НАТО, которым придется научиться самостоятельно справляться с угрозами, в том числе гибридными атаками.

«Против стран НАТО и их союзников ведется постоянная, ежедневная гибридная кампания», — подчеркнул высокопоставленный представитель НАТО. Под этим термином в альянсе понимают сочетание кибератак, политического вмешательства, саботажа критической инфраструктуры и кампаний по дезинформации, которые ведутся со стороны, например, России, Китая и Ирана.

Причем, считают в НАТО, положение альянса незавидное — для его описания на саммите использовали известную метафору про медленно варящуюся лягушку.

Проще говоря, то, что сейчас воспринимается как новая нормальность, еще пять лет назад казалось бы невообразимым уровнем эскалации.

Как полагают в НАТО, с 2015 года ландшафт гибридных угроз значительно изменился: в гибридной войне теперь применяют гораздо более широкий набор технологий, сами они более детально проработаны, а количество атак значительно возросло.

Прежде всего, это кибератаки. Так, Россия с их помощью осуществляет шпионаж и слежку, а также распространяет вредоносные программы, направленные на критическую инфраструктуру, — чаще всего в «спящем режиме», создавая платформу и возможности для неожиданных атак огромного масштаба. Китай также занимается предварительным размещением вредоносных программ для шпионажа и организации системных сбоев, но фокусируется на портах и транспортной инфраструктуре и уже произвел несколько подобных атак. Кибератака Ирана против Албании в 2022 году обрушила систему пограничного контроля и привела к массовой утечке государственных документов. Остается постоянным источником беспокойства и КНДР, хотя ее влияние и значительно менее заметно.

Говорили представители НАТО и о влиянии российских гибридных операций на демократические процессы по всему миру — в частности, был приведен пример недавних выборов в Молдове. Российская стратегия в этой области, считают в НАТО, сложная, хорошо разработанная, а атаки тщательно готовятся заранее. Приемы варьируются от вербовки местных прокси и распространения дезинформации до организации кибератак. «Цель — дестабилизировать институты и посеять недоверие», — отметил один из чиновников.

Все больше тревоги у НАТО вызывает и саботаж — количество подобных инцидентов растет наиболее активно. Именно поэтому немалую часть времени на саммите посвятили обсуждению ситуации с поврежденным интернет-кабелем между Швецией и Финляндией. «Мы наблюдаем все больший “аппетит” и готовность идти на риски со стороны России», — поделился представитель альянса. Так, в ноябре 2024 года были повреждены два оптоволоконных кабеля между Германией и Финляндией. Предполагается, что в инциденте был замешан китайский грузовой корабль.

В основном усилия по саботажу на данный момент сосредоточены «под водой».

В рамках нее под предлогом «исследовательской деятельности» создаются подробные подводные карты инфраструктуры НАТО для саботажа.

Вне зависимости от Белого дома

В силу этого другим важным вопросом, который участники НАТО должны были решить для себя, была разработка и принятие новой стратегии НАТО по противостоянию гибридной войне — с поддержкой США или без нее.

Новая стратегия НАТО в отношении гибридных угроз будет включать в себя три главных аспекта. Во-первых, классическое сдерживание «через недопуск» (deterrence through denial), то есть укрепление устойчивости систем к атакам и саботажу, чтобы не допустить установок вредоносного ПО, шпионского оборудования и так далее. Во-вторых, менеджмент эскалации, то есть определение «авторства» атак и решение о том, нужно ли сообщать информацию о виновнике, даже если она достоверно известна. «России выгодно, чтобы мы постоянно говорили о ее силе и длинных руках, — иногда лучше промолчать», — было сказано на брифинге. И в-третьих, углубление сотрудничества с частным сектором.

Так, немалая доля инфраструктуры, находящейся под угрозой, принадлежит частному капиталу и корпорациям. Они, в свою очередь, не уверены в том, как на эти угрозы реагировать, — их инфраструктура и системы поддержки были разработаны в относительно мирные времена. Теперь все изменилось — и им приходится сотрудничать с НАТО, чтобы более эффективно обеспечивать собственную защиту. Альянсу это тоже выгодно — частная или нет, такая инфраструктура позволяет обществу, политике и экономике нормально функционировать. К тому же, хотя НАТО отдельно акцентирует, что стремится избегать любого политического влияния на корпорации, с которыми работает, частным компаниям тоже есть что предложить — в основном это, конечно, данные.

И хотя прошедший саммит нельзя назвать активным и полным новых решений, возможно, что так постепенно европейские члены НАТО научатся жить в новой реальности. Самостоятельно обеспечивать себе безопасность, принимать решения о поддержке союзников и противостоять гибридным атакам России и Китая — вне зависимости от настроений американского избирателя и администрации Белого дома.

В каком-то смысле это могло бы стать главным достижением Дональда Трампа — пусть и косвенным — и началом новой, более стабильной и предсказуемой системы безопасности в Европе.