«Этой скотине не стыдно»
Как политики и бизнесмены в России уходят от ответственности за домашнее насилие

В июне прошлого года Инна Яковлева, бывшая супруга зампреда законодательного собрания Красноярского края, депутата от КПРФ Андрея Новака, обвинила его в избиении и угрозах убийством. Женщина обратилась в полицию. Почти сразу в СМИ появились ее фотографии с признаками побоев, а также кадры, на которых Новак запечатлен выходящим из автозака. Депутат отрицал обвинения, заявляя, что с женщиной он даже не знаком. Несмотря на это, Следственный комитет возбудил уголовное дело. Однако спустя год дело было прекращено «в связи с примирением сторон».
17 мая бывший министр Подмосковья Михаил Хубутия признался в нападении с топором на свою бывшую возлюбленную Юлию Ван. Девушке пришлось притвориться мертвой, в надежде, что это остановит нападавшего. Несмотря на то, что уголовное дело было возбуждено по статье о покушении на убийство, суд в качестве меры пресечения назначил Хубутии домашний арест.
«Новая-Европа» рассказывает о том, как представители российского истеблишмента уходят от ответственности за преступления против близких.
В защиту Новака выступили и его коллеги — однако заступничество лишь добавило вопросов.
— Угрожать, вымаливать, предлагать деньги — это не «примирение». Это загнать человека в угол, говоря, что она сама не справится с воспитанием детей, потому что богатый в их паре был он.
— Как ходил тут, так и ходит. Ему даже сочувствуют: «Бедный Андрей, попалась сумасшедшая дура». Это даже повод для шуток тут, используют слово «сгноить» и начинают смеяться. «Мы сгноим украинцев», «сгноим Запад»,
— Он сказал через время: «Мне жить не хочется, роди мне ребенка. Это даст мне второе дыхание». Я ответила: «Хорошо, рожу». Мы серьезно задумались об этом, даже препараты принимали, чтобы активность появилась,
— Я кричала: «Помогите, спасите, меня убивают!» Он кричал, что убьет меня. Он бил меня по голове, по локтям, по коленям. В этот момент я увидела, что вся в крови, начинаю терять сознание.
— В случае Новака тот не признался в нападении и вышел сухим из воды. Хубутия же признался, но его даже не посадили в СИЗО. Он под домашним арестом в одном из своих замков,

ЛГБТ-организации начали признавать «экстремистами»
Как Россия двадцать лет строила машину государственной гомофобии и почему это касается всех

«Мама теперь считает Путина мудаком»
Некоторым россиянам удалось изменить взгляды своих родственников на войну. Рассказываем их истории

«Они мне 33 раза сказали, чтобы я не смел обращаться никуда, что семью порежут на куски»
Почему Россия отказывается платить по решениям ЕСПЧ жертвам пыток и похищений

«А теперь к насущным новостям. Инет верните!»
Какие российские регионы отключали интернет в конце недели

Худшие из убийц
На счету австралийских маньяков Джона Бантинга и Роберта Вагнера больше десяти убийств. И больше десяти пожизненных сроков каждому без права на УДО

Мусорный поток
В России продлевают срок жизни старых свалок: вывозить отходы как минимум в 30 регионах больше некуда

Монашеский «респект» как «акт терроризма»
На Урале арестован отец Никандр (Пинчук) — иеромонах одной из православных юрисдикций, не признающих РПЦ

Чеченка, сбежавшая от домашнего насилия, найдена мертвой в Армении
История Айшат Баймурадовой

Глубинные поборы
В России обсуждают повышение страховых взносов для самозанятых, ИП и даже безработных. Это может принести властям до 1,6 трлн рублей


