Бросили

Сирия продолжает оставаться в фокусе внимания Кремля. На прошлой неделе заместитель министра иностранных дел России Сергей Вершинин заявил о том, что Москва ведет с новым сирийским руководством диалог по целому ряду вопросов, «в котором учитываются интересы обеих сторон».

А Лавров пригласил в Москву нового главу сирийского МИДа.

Интерес Москвы более или менее очевиден: ее волнует судьба военных баз. Особенно теперь, когда управление портом Тартус передано Эмиратам (вопреки договору, заключенному прежним сирийским руководством с Россией на 49 лет). Но что хотят сирийцы?

Сирийцы хотят возмездия.

Известно, что свергнутый президент Сирии Башар Асад после победы оппозиции вместе со своей семьей и ближайшим окружением укрылся в России и личным указом Путина получил политическое убежище. Убежище получили и некоторые асадовские чиновники и военные. Между тем в марте переходное сирийское правительство обратилось к России с официальным запросом об экстрадиции Асада. Он обвиняется в организации массовых расправ, применении химического оружия и преступлениях против человечности, ему грозит суд в рамках новой системы переходного правосудия.

Россия ответила на это обращение сирийского правительства отказом.

Очевидно, что в случае выдачи Асада, ближайшего союзника России на Ближнем Востоке, ждет самая страшная участь.

Кажется очевидным, что Москва никогда не пойдет на выдачу свергнутого диктатора: в конце концов, слишком много договоренностей в нынешнем воюющем мире держатся на гарантиях личной безопасности, данных Россией. Но насколько широк круг лиц, на которых распространяются эти гарантии?

Этот вопрос в данную минуту остро волнует бывшего сирийского посла в России Башара аль-Джаафари.

Башар аль-Джаафари родился в 1956 году в Дамаске. Как и многие представители сирийской элиты тех лет, он получил образование в Европе, во Франции, где защитил докторскую диссертацию. Уверенно владеет французским, английским и арабским языками. С начала 1990-х аль-Джафаари прошел путь от советника сирийской миссии при ООН до одного из наиболее узнаваемых представителей Сирии на международной арене.

В 2006 году аль-Джаафари стал постоянным представителем Сирии при ООН, оставаясь на этом посту вплоть до середины 2020-х годов.

Во время сирийской гражданской войны, начавшейся в 2011 году и спровоцировавшей массовые нарушения прав человека и беженский кризис в Европе, аль-Джаафари фактически стал лицом режима на международной арене. Его выступления были жесткими, обвинительными, он открыто обвинял Запад и соседние арабские государства в разжигании войны, а внутреннюю сирийскую оппозицию — в терроризме.

Многие считали его не просто дипломатом, а идеологическим фронтменом — он не просто транслировал директивы, но формировал и с изощренностью отстаивал риторику режима, совершавшего преступления против мирного населения.

В январе 2022 года, когда Башар Асад считал гражданскую войну в своей стране фактически завершенной, а оппозицию поверженной, аль-Джаафари был переведен в дружественную Москву, на покой.

Но прошло всего три года — и все увидели, насколько обманчиво было спокойствие в Сирии и как жестоко заблуждался Асад: в считанные дни джихадистские подразделения захватили страну. Сирийский диктатор и его приближенные вынуждены были бежать. Но аль-Джаафари был в более выигрышном положении: он уже находился за пределами Сирии.

После смены власти дипломатические отношения между Москвой и Дамаском переживают этап перезагрузки. Новое сирийское руководство до сих пор не назначило нового посла в Россию, а официальные контакты осуществляются преимущественно через временную сирийскую миссию в Вене, где аккредитован представитель Совета национального перехода.

В январе 2022 года ТАСС, ссылаясь на анонимный источник, сообщило о том, что аль-Джаафари запросил убежище в России. Сам он эту информацию спешно опроверг, к тому же, в отличие от кейса Башара Асада и сирийских военных, никакой реакции со стороны российских официальных лиц не последовало.

Зато последовала реакция с другой стороны. В апреле появилась информация о том, что в Сирии была арестована недвижимость, принадлежавшая бывшему послу.

Аль-Джаафари со всей очевидностью застрял между юрисдикциями: Россия не спешит заступаться за него, при этом сирийское правительство открыто на него скалится. Не помогло даже то, что он перешел к разоблачению прежнего режима, называя его «коррумпированной мафиозной системой».

В мае последовало заявление МИД переходного правительства Сирии о вызове аль-Джаафари в Дамаск «в рамках реорганизации дипломатического корпуса». Министр иностранных дел нового правительства Сирии Асад аш-Шибани подписал указ о переводе Джаафари в центральный аппарат в Дамаске — однако в свете всех событий вряд ли речь идет о назначении на реальную должность.