Безвиз под вопросом

Переэкзаменовка для отстающих

Безвизовый режим с Евросоюзом Грузия получила восемь лет назад, в марте 2017 года, на два месяца раньше Украины. Свобода передвижения — наверное, самый дорогой подарок для современного человека — стала наградой для страны-отличницы по проведению реформ, успешно выполнявшей условия подписанной в 2014 году Ассоциации с Евросоюзом.

Грузины быстро привыкли ездить в Европу без заморочек с документами: на концерты мировых звезд, на матчи европейских футбольных клубов, за лечением в хорошую клинику, на учебу в европейские вузы, да и просто проветриться на выходные, тем более, что билеты по 30–40 евро на лоукостере из Грузии — не такая уж и редкость. Конечно же, гораздо больше, чем туризм, грузин интересует в Европе работа. Чаще всего на заработки ездят в Италию, Грецию, Германию, Польшу, Францию и Бельгию.

Теперь все это может закончиться, так как из отличницы Грузия превратилась в европейского аутсайдера. Брюссель недоволен последними выборами в парламент, итоги которых отказывается признавать не только грузинская оппозиция, но и Европарламент. Постоянные нарекания вызывают репрессивные законы, подавление оппозиции, заигрывания с Россией и общая тенденция скатывания в авторитаризм.

Домашнее задание на лето

В итоге в середине июля Брюссель решил устроить Тбилиси переэкзаменовку. Так, 14 июля МИД Грузии получил письмо, в котором объяснялось, что именно страна должна исправить для сохранения безвиза. Документ подписала глава Генерального управления Еврокомиссии по вопросам миграции и внутренних дел Беате Гминдер.

Первым в списке рекомендаций Еврокомиссии идет пункт, предполагающий освобождение нескольких десятков человек, задержанных в Грузии на проевропейских протестах, то есть «обеспечение основных прав граждан на свободу объединений, собраний, выражения мнений, право на частную жизнь и участие в общественных делах».

Также Еврокомиссия требует от Тбилиси отменить новый закон об «иноагентах». Кроме того, в Брюсселе повторяют: если Грузия идет в Европу, ей не пристало принимать законодательный пакет, ущемляющий права ЛГБТК-персон.

«В случае продолжающегося несоблюдения Комиссия может принять соответствующие меры на основании статьи 8 Визового регламента, в частности, активировать механизм приостановки действия безвизового режима», — подчеркнули в Еврокомиссии.

Такие же рекомендации Грузия получала еще в конце 2024-го, но и тогда никакого ответа от властей не последовало. Поэтому в начале 2025-го Брюссель уже отменял безвизовый режим — но не для всех, а только для грузинских чиновников, владельцев дипломатических и служебных паспортов. Тогда в «Грузинской мечте» вооружились лозунгом «Санкции — это награда за защиту национальных интересов и суверенитета» и публично на лишение привилегий не жаловались.

На этот раз дедлайн по возвращению Грузии к демократии поставили на 31 августа. Верховный представитель ЕС по иностранным делам Кая Каллас озвучила дату на брифинге после встречи министров иностранных дел ЕС 15 июля. Там же Каллас пригрозила приостановкой соглашения об Ассоциации Грузия — ЕС и введением «персональных санкций».

«До сих пор мы держались позиции, что не хотим отменой визовой либерализации причинять боль грузинскому народу, это действительно скажется на людях. Но это также вопрос доверия к Европейскому союзу… Если страна не выполняет условия, это должно иметь последствия, чтобы общество увидело: правительство не идет по европейскому пути и не относится серьезно к статусу кандидата в члены ЕС», — заявила Каллас.

Через несколько дней с резким в адрес «Грузинской мечты» заявлением выступил Европейский парламент: «Грузия не может вступить в ЕС, пока ее правительство не откажется от авторитарного курса. Европейский парламент поддерживает грузинский народ». Европарламент также напомнил, что не признает нынешнее правительство Грузии и призывает к проведению новых выборов.

В ответ власти Грузии много раз и на всех уровнях назвали требования Еврокомиссии шантажом, на который они поддаваться не собираются. Поэтому

Нельзя сказать, что Запад никак на это не реагирует, — уже девять стран за последний год ввели персональные санкции против нескольких десятков действующих или бывших чиновников Грузии: это США, Великобритания, Литва, Латвия, Эстония, Польша, Чехия, Украина и Германия. Чиновники обвиняются в фактах насилия во время разгона митингов, в препятствовании евроинтеграции, давлении на гражданское общество, коррупции, в продвижении интересов России, фальсификации выборов. Санкции — визовые запреты, заморозка активов, в том числе и запрет на использование банковских счетов и карт.

Депутат Европарламента от Испании Начо Санчес Амор считает, что даже такие санкции все же действуют. Выступая в июне на заседании Парламентской ассамблеи «Евронест» Санчес сообщил, что представители грузинской правящей партии используют личные связи, чтобы найти способы выхода из санкционных списков.

«Единственное, на что они отреагировали, — это вот что: люди звонят и спрашивают: «Что случилось с моим имуществом? С домом в Испании? С ребенком, который учится в Бельгии?» И эти [подсанкционные] лица теперь сами звонят в ЕС, обращаются к неправительственным организациям, пытаются узнать, как можно выйти из [санкционного] списка», — сказал Санчес.

По примеру Вануату

Согласно действующим правилам, ЕС может задействовать механизм приостановки безвизового режима с какой-либо страной в случае серьезных нарушений прав человека и международного права.

Инициировать процедуру может либо сама Еврокомиссия, либо даже одно из 27 государств-членов ЕС. Чтобы утвердить решение о приостановке безвиза, достаточно голосов квалифицированного большинства, то есть 15 стран Евросоюза.

Если все пойдет по такому сценарию, то возможность пользоваться безвизом Грузии приостановят сначала на 12 месяцев, а затем — еще на два года. И если через три года стороны все еще ни о чем не договорятся, то ЕС может принять решение об окончательной отмене безвизового режима.

Более того, Евросоюз еще не отбирал безвизовый режим ни у одной страны, для которой он был установлен, за исключением Вануату — микроскопического островного государства в Тихом океане.

В декабре 2024-го Совет ЕС принял окончательное решение отказаться от безвизового режима с Вануату, так как там стала слишком популярной программа торговли собственным гражданством за инвестиции — 130 тысяч долларов за одного человека, семьям — скидка.

В докладе Европарламента отмечалось, что продолжающаяся выдача паспортов гражданам России со стороны Вануату «подрывает постоянные международные усилия ЕС по экономической изоляции России». Также, по мнению Брюсселя, это повышало риски безопасности, так как власти Вануату были не в состоянии обеспечить должную проверку кандидатов.

Однополые браки и Джордано Бруно

Когда Грузии предоставили безвиз, нынешний премьер Ираклий Кобахидзе говорил, что сближение с Европой принесет Грузии «мир, стабильность и благополучие». Сегодня Кобахидзе утверждает, что нахождение рядом с Брюсселем означает втягивание Грузии в войну и посягательство на традиционные грузинские ценности.

Несмотря на то, что освобождение гражданских активистов и оппозиционных лидеров идет в списке европейских рекомендаций первым пунктом, «Грузинской мечте» больше нравится апеллировать к другому — теме защиты прав меньшинств.

С тех пор как «Грузинской мечте» разонравилась идея следовать критериям Ассоциации с ЕС, вся идеологическая дискуссия с Брюсселем, начиная от премьер-министра и спикера парламента и заканчивая рядовым ботом на страницах правительства в соцсетях, построена вокруг того, что Брюссель якобы требует взамен визалиберализации уступить «традиционные ценности».

Чтобы заступиться за закон «О семейных ценностях», Кобахидзе не поскупился на самые сильные метафоры. Для этого он сравнил «Грузинскую мечту» с мыслителем 16 века Джордано Бруно.

«От нас требуют отменить закон “О семейных ценностях”, согласно которому мужчина должен оставаться мужчиной. Помню, когда мы изучали историю Средневековья в Европе, там была инквизиция, и людей сжигали за инакомыслие. Джордано Бруно сожгли за то, что он подтвердил вращение Земли, а сегодня людей сжигают за то, что они считают, что мужчина — это мужчина, а женщина — это женщина. 

Давайте посмотрим, что написано в этом законе и почему это требование [Еврокомиссии] инквизиторское по своему содержанию. История Джордано Бруно повторяется… Мы упрямо заявляем, что мужчина — это мужчина, что “и все-таки она вертится” (грузинский премьер решил позаимствовать крылатую фразу, приписываемую другому итальянскому астроному, ставшему жертвой инквизиции, — Галилео Галилею. — Прим. авт.), а европейская бюрократия говорит нам, что из-за этого нашу визовую либерализацию следует отменить. Так сказать, сжечь нашу визалиберализацию на костре, потому что мы верим, что мужчина — это мужчина, а женщина — это женщина». 

Премьер также предложил журналистам бриф-анализ закона и своего возмущения:

«Давайте посмотрим. В законе, например, говорится, что мужчина не может обратиться в Гражданский реестр с просьбой записать его пол как женский в удостоверении личности. Нам говорят, что это нарушение прав человека… Венецианская комиссия тоже считает это нарушением прав человека. Разве это не позор?! Разве это не катастрофа хуже инквизиции?! Разве это не катастрофа, постигшая Европу?!

Итак, что еще они от нас требуют? Легализацию однополых партнерств, однополых браков. Вот до чего дошло мышление европейской бюрократии, они говорят вам, что если это запрещено в вашей стране, то права человека грубо нарушаются. 

Наш закон гласит, что однополая пара не должна усыновлять несовершеннолетних. Они же говорят, что это вопиющее нарушение прав человека. Я просто хочу показать, до какого уровня опустилось мышление европейской бюрократии, именно под влиянием “глубинного государства”, глобальной партии войны», — возмущался Кобахидзе.

При этом именно «Мечта» в 2014 году, через два года прихода к власти, приняла очень прогрессивный для страны «Антидискриминационный закон», защищающий от ущемления прав, в том числе и по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности.

Антидискриминационный закон так положительно отразился на рейтинге ILGA, что Грузия еще несколько лет занимала лучшее место среди стран региона с точки зрения защиты ЛГБТК и даже опережала некоторые европейские страны.

В то же время законодательство Грузии никогда не допускало заключения однополых браков. Однополым парам не разрешалось усыновлять детей, а в Гражданском реестре не было процедуры изменения гендерного маркера в личных документах.

Однако никаких претензий к Грузии у ЕС тогда не было. От страны лишь требовали оставить в покое ЛГБТК-активистов и правозащитников и не избивать их на акциях в центре Тбилиси.

Зачем «Грузинской мечте» в 2024-м понадобилось срочно принимать закон «О защите семейных ценностей и несовершеннолетних», да еще и провозглашать борьбу с «однополым партнерством» одним из главных обещаний, — осталось не до конца ясным. Самое разумное объяснение — перед выборами в парламент решено было сделать ставку на радикально консервативную часть электората.

Так, закон запрещает проведение собраний, которые могут быть истолкованы как «ЛГБТ-пропаганда». Из-за размытости понятия правозащитники опасаются, что любая акция или митинг с участием представителей ЛГБТ-сообщества может стать «пропагандой», особенно если требовать проведения новых выборов.

Подход, при котором гражданские однополые союзы разрешены, а брак допускается только между мужчиной и женщиной, все еще сохраняется в Италии, Польше, Венгрии, Румынии, Словакии, Болгарии, Литве и Латвии. В Эстонии однополые браки узаконили только в 2024-м. Эти страны остаются в Евросоюзе, что наводит на мысли, что причина конфликта с Грузией лежит в другой плоскости.

«Иностранное влияние» против стабильности

Еще один принятый «Мечтой» закон, вызывавший нарекания Евросоюза и массовые протесты в грузинском обществе, — об «иноагентах». Его грузинские власти сравнивают с американским FARA (Foreign Agents Registration Act, «О прозрачности иностранного влияния»).

Совет экспертов Совета Европы на этой неделе опубликовал оценку, назвав закон несовместимым с обязательствами Грузии как государства-члена Совета Европы.

— сказано в заключении экспертов Совета Европы.

Новый закон об «иноагентах» вступил в силу 31 мая и стал более жестким вариантом принятого раньше и прозванного на акциях протеста «русским законом». Необходимость принимать новый закон возникла после того, как большая часть грузинских неправительственных организаций решила его игнорировать и отказалась регистрироваться.

Не собираются грузинские НПО регистрироваться и в новом списке, указывая на то, что если это, как обещали власти, аналог американского закона, то он не должен касаться неправительственных организаций. Между тем закон предусматривает ответственность и юридических, и физических лиц, а за отказ в регистрации можно получить не только крупный штраф, но и наказание в виде лишения свободы сроком до пяти лет.

В итоге власти за лето кое-чего добились: авторитетная неправительственная организация «Международное общество за справедливые выборы и демократию» (ISFED) решила, что не будет наблюдать за предстоящими 4 октября муниципальными выборами по стандартной методологии и впервые за 30 лет работы в Грузии ограничится только отслеживанием текущих политических процессов.

В ISFED пожаловались на отсутствие базовых условий для проведения свободных, честных и конкурентных выборов и отметили, что Грузия вступает в избирательный процесс на фоне политического кризиса, репрессивного законодательства и давления на оппозицию, СМИ и гражданское общество. Организация также указала, что внесенные «Мечтой» поправки ослабили баланс в избирательных комиссиях, повысили барьер для малых партий и изменили формулу распределения мандатов в ее пользу.

Более того, отходя от практики последних двух десятилетий, власти не пригласили для оценки международную наблюдательную миссию Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ.

Однако, как подчеркнул Кобахидзе, «Мечта» не будет отказываться от закона об иноагентах, так как он направлен на «поддержание стабильности». «А если стабильности нет, то неважно, как ездить в Европу, — с визой или без», — сказал премьер.

«Мечта», таким образом, настаивает на своих обвинениях Запада в том, что «руками НПО и радикальной оппозиции» в стране осуществляются попытки сменить власть, а затем втянуть Грузию в войну России против Украины.

Чтобы подтвердить серьезность своих намерений, «Грузинская мечта» сделала еще один вызывающий шаг буквально за несколько дней до конца европейского ультиматума: арестовала счета крупных НПО.

Так, 27 августа по требованию прокуратуры Грузии суд заморозил активы крупных неправительственных организаций: ISFED, «Фонда гражданского общества», Института развития свободы информации, «Защитников демократии», «Грузинской демократической инициативы», «Сапари» и «Центра социальной справедливости».

Следствие обвиняет их в «действиях против конституционного строя», так как организации обеспечивали экипировкой участников проевропейских протестов в конце 2024 года: покупали для них противогазы, каски, защитные очки, бинты и перцовый спрей. Также эти организации оплачивали задержанным административные штрафы.

Прокуратура начала вести следствие по «делу о саботаже» еще зимой, в разгар протестов. До этого в интересах следствия прокуратура добилась заморозки счетов еще пяти фондов, помогавших протестующим, у их сотрудников прошли обыски.

Такой шаг властей Грузии осудили сразу несколько европейских стран.

• •МИД Норвегии назвал произошедшее «очередным шагом по демонтажу демократии в Грузии», указав на негативные последствия для граждан Грузии — бенефициаров этих организаций.
• •МИД Эстонии назвал заморозку счетов НПО «огромным шагом назад» для демократии в Грузии: «НПО играют важную роль в защите прав, поддержке сообществ и предоставлении людям возможности высказаться».
• •МИД Чехии призвал власти Грузии прекратить расследование, объектом которого стали организации гражданского общества, и разморозить их счета.
• •Посольство Великобритании в Грузии: «Закрытие [организаций] навредит грузинскому народу и еще больше подорвет демократические гарантии и подотчетность в стране. Мы призываем власти Грузии отменить репрессивное законодательство, прекратить атаки на гражданское общество и начать диалог со всеми заинтересованными сторонами для поиска выхода из текущего кризиса».

Грузинский безвиз и европейский консенсус

План ЕС по возвращению Грузии на путь демократии через приостановку безвиза далек от идеала. На встрече в Брюсселе 15 июля главы МИД стран ЕС не смогли принять значимых решений по ситуации в Грузии, после чего Еврокомиссия просто направила Тбилиси письмо с предупреждением, без конкретного плана действий на случай, если власти проигнорируют рекомендации.

Кроме того, около восьми стран ЕС выступили против приостановки безвиза, считая такую меру «непропорциональной» и способной навредить всему населению страны. Среди этих стран — Италия, Венгрия и Словакия. Тем не менее, для принятия решения необходимо согласие 15 стран из 27-ми, так что группа из восьми стран на этот расклад пока не повлияла.

Поскольку для введения санкций требуется единогласие, было решено продолжить работу над этим вопросом в Брюсселе на более низком уровне.

«Как видно, “Мечта” уже решила, что потеряет безвиз, и они готовы заплатить эту цену», — размышляет в интервью телеканалу Formula Наталия Сабанадзе, бывший посол Грузии в ЕС, при которой была получена визалиберализация, аналитик-исследователь Chatham House (британского Королевского института международных отношений). Пост посла она занимала восемь лет до отставки в 2021 году, связанной с разногласиями между властями «Грузинской мечты» и руководством ЕС.

«Интересно, в какой момент “Мечта” поняла, что Антидискриминационный закон, Евросоюз, безвизовый режим — все это является для Грузии потерей суверенитета, традиций, самобытности? Когда поездки в Европу стали для нас риском? Когда “Мечта” обманывала — когда боролась за безвиз и в 2017 году объявила это своим главным достижением или сейчас, когда говорит, что это ничего не значит, их это не интересует и это “просто шоппинг”. Конечно же, это не шоппинг, это напрямую связано с Договором об ассоциации и углублением торговых отношений и вообще того, что Грузия стала частью европейского пространства, и имело огромное символическое значение», — обращает внимание Сабанадзе.

Сабанадзе отмечает, что отдаление Грузии от ЕС началось после начала войны в Украине. Она добавляет, что не видела никаких прямых указаний из России, но считает, что сейчас поведение «Мечты» служит интересам России и антизападных сил.

«Сегодня руководство “Мечты” решило, что в их интересах только делать деньги и сохранить власть. И она гораздо легче достигнет своих целей, если будет стоять рядом с антизападной коалицией, чем если вступит в ЕС. Они же не впервые слышат о тех требованиях, которые выдвигает ЕС», — подчеркнула бывший посол Грузии в ЕС.

Разговоры о том, что ЕС требует от Грузии отказаться от традиционных ценностей, она считает «дословной российской пропагандой».

Перед выборами 2024 года «Мечта» ставила граждан перед выбором между миром и стабильностью или отношениями с Европой и безвизом, напоминает Сабанадзе: «Это надуманная дилемма, но такая пропаганда работает очень интенсивно».

По мнению аналитика-исследователя, ЕС на самом деле стремится к демократической стабильности. Отмена виз для Грузии произошла, поскольку Евросоюз «не сумел достичь консенсуса» по санкциям против конкретных грузинских чиновников, чему мешают позиции Венгрии и Словакии, считает она: «Я думаю, что это проблема ЕС».

Отмена безвиза серьезно повредит имиджу Грузии и замедлит положительные процессы во всех сферах — от экономики и инвестиций до международных отношений, в разговоре с телеканалом Formula подчеркивает Гиги Церетели, член партии «Европейская Грузия», бывший президент Парламентской ассамблеи ОБСЕ и один из лидеров ранее правящей партии Грузии «Единое национальное движение».

, — размышляет Церетели.

Курс на евроинтеграцию закреплен в конституции Грузии, но реализуется ли он, зависит от желания правительства, обращает внимание политик.

«Да, процесс отмены безвиза может затянуться, но что изменится к лучшему? Если это просто попытка выиграть время, как это бывает в авторитарных режимах, как в России, то это против интересов страны. Никто не хочет отпускать Грузию, тем более, когда сейчас происходит такой геополитический поворот в регионе Южного Кавказа, когда две страны примирились ради перспективы будущего. И это наш шанс на то, чтобы, как раньше, быть чемпионами в демократическом развитии и на пути к Западу. Но сейчас это не так, и мы проваливаемся», — заключает он.