Люди и боты медной горы

Медный рудник рядом с курортной зоной

В конце марта — начале апреля стало известно, что «Русская медная компания» планирует вновь заняться разработкой Салаватского месторождения меди недалеко от горного хребта Крыктытау (на башкирском языке — «Ҡырҡты-тау») в Башкортостане. Компания, связанная с РМК, — ООО «Салаватское» — получила лицензию на проведение работ на этом участке земли еще в 2019 году. Однако из-за давления местных жителей и активистов уже осенью 2020-го ей пришлось свернуть геологоразведочные работы.

Учредителем ООО «Салаватское» изначально была «Александринская горно-рудная компания», входящая в холдинг РМК. Однако в 2024 году учредитель сменился — им стала созданная годом ранее компания «Современные управленческие решения». В 2023 году РМК попала в санкционные списки США и Великобритании, ее основатель Игорь Алтушкин также находится под санкциями ЕС. Вероятно, смена учредителя была вызвана именно стремлением избежать санкций.

Общественная кампания в защиту Крыктытау шла тогда параллельно с протестами против освоения «Башкирской содовой компанией» шихана Куштау. В августе 2020 года шихан удалось отстоять, что во многом повлияло и на исход противостояния с РМК: гражданское общество стало хорошо организованным и уверенным в собственной силе, а любые намерения добывать полезные ископаемые рядом с природными и историческими памятниками были заведомо непопулярными среди населения республики.

Как и в 2019 году, активисты и жители Абзелиловского района Башкортостана обеспокоены возможными экологическими последствиями горнодобывающей деятельности компании. Больше всего опасений вызывает судьба рек Малый и Большой Кизил, которые находятся в непосредственной близости от предполагаемого места строительства горно-обогатительного комбината (ГОК) и обеспечивают водой десятки деревень и сел вокруг, а также частично городов Магнитогорск и Сибай. Противники разработки Салаватского месторождения считают, что работы на этой территории приведут к загрязнению рек, их обмелению и, как следствие, к нарушению всей водной экосистемы региона: без воды могут остаться и местные жители, и представители локальной флоры и фауны.

При этом, по словам магнитогорского эколога Залии Бобровой, проблема с водой не ограничивается крупными реками.

В результате в радиусе нескольких десятков километров сформируется так называемая депрессионная воронка — зона, в которой будет высыхать растительность и сокращаться биоразнообразие.

Горный хребет Крыктытау находится в пяти километрах от планируемого места добычи, а в десяти километрах — озеро Банное (Яктыкуль). Оба природных объекта несут не только экологическую ценность, но также считаются главными туристическими местами в республике. Недалеко от Банного расположены санатории, гостиницы, базы отдыха, горнолыжный центр, детские лагеря и другая туристическая инфраструктура.

Горнодобыча приведет к оттоку туристов, лишит жителей Башкортостана доступного и экологичного отдыха, а кроме того — источника заработка, поскольку многие местные заняты в курортном бизнесе. «То, что они устроят тысячу человек [на ГОК], а десять тысяч потеряют работу, кому это надо?» — говорят жители деревень Бурангулово и Исхаково в коллективном видеообращении Владимиру Путину.

Кроме записи видеообращений активисты также писали коллективные письма в разные органы власти, запускали петиции и как минимум дважды пытались организовать народные сходы: первый раз заявитель по неизвестной причине сам забрал уведомление, во второй раз местные власти отказали в проведении митинга, сославшись на коронавирусные ограничения.

в результате которых под уголовным преследованием оказались более 80 жителей республики.

В защиту Крыктытау также высказались участники войны в Украине из Башкортостана и записали обращение к Путину. Правда, позже они за этот ролик извинились и сказали, что их «использовали втемную для разделения народа Башкирии».

По данным опроса, проведенного общественным комитетом «Табигат» в июле и августе, 85% жителей Башкортостана негативно относятся к планам по строительству ГОК вблизи Крыктытау и озера Яктыкуль, менее 6% оценивают проект положительно.

Позиция компании: 20 лет заботы о природе

Как только начался шум в соцсетях, с обращением к жителям Абзелиловского района выступил директор ООО «Салаватское» Тагир Бахтигареев. Как и в других комментариях, он утверждал, что в настоящий момент компания планирует только геологоразведку и в итоге может даже отказаться от добычи. Если результаты разведки окажутся успешными, то строительство ГОК и горные работы начнутся в 2027 году, а запустят комбинат не раньше 2029 года. При этом проект еще должен будет пройти согласование в Главгосэкспертизе, а после компания представит его на общественных слушаниях перед местными жителями.

— утверждает директор «Салаватского».

Если работы всё же начнутся, РМК гарантирует, что проект будет соответствовать самым строгим экологическим стандартам. По словам Бахтигареева, «компания 20 лет доказывает, что прогресс и забота о природе совместимы», а «обвинения в угрозе рекам безосновательны».

Однако на других объектах, входящих в холдинг РМК, неоднократно выявляли нарушения экологических норм и техники безопасности. В 2020 и 2023 годах «Михеевский ГОК», расположенный в Челябинской области, местные надзорные органы обвиняли в нарушении эксплуатации хвостохранилища — места, где хранятся отходы от добычи. «Кыштымский медеэлектролитный завод» (тоже в Челябинской области) штрафовали за вредные выбросы в атмосферу, заводили административные дела из-за множества технических нарушений, а июне 2024 года Роспотребнадзор выдал компании комплексное экологическое разрешение, которое предназначено для объектов первой категории негативного воздействия, то есть оказывающих наибольший вред природе, и регламентирует их деятельность.

Экологические нормы и технику безопасности нарушает и казахстанское предприятие, входящее в структуру РМК, — «Актюбинская медная компания».

В Карабаше (опять Челябинская область), который СМИ называют одним из самых грязных городов России и мира и где регулярно идут кислотные дожди, а растения желтеют из-за токсичных выбросов, градообразующее предприятие «Карабашмедь» принадлежит РМК. Хотя экология в городе была в ужасном состоянии еще в советский период, а «Карабашмедь» частично модернизировала производство, завод продолжает загрязнять воздух и почву, что подтверждает Роспотребнадзор, периодически подавая судебные иски в отношении компании.

Сам Бахтигареев еще в начале апреля в челябинском государственном СМИ был представлен как и. о. начальника Томинского ГОК — еще одного рудника в Челябинской области, принадлежащего РМК. В пиар-кампании в поддержку проекта в Крыктытау это предприятие занимает особенное место: его постоянно приводят в пример, чтобы убедить сомневающихся и недовольных в том, что добыча меди и бережное отношение к природе совместимы.

Правда, жители деревни Шумаки, расположенной в двух километрах от Томинского ГОК, сомневаются в его экологичности: в 2021 году вода в населенном пункте оказалась загрязнена ртутью, и местные обвинили в этом комбинат. Кроме того,

А восполнение, которое планируют обеспечить за счет строительства Долгобродского канала, приведет к поступлению на водохранилище загрязненной воды.

При этом защитники Крыктытау в своей группе во «ВКонтакте» указывают, что сравнение с Томинским ГОК в любом случае некорректное, потому что на нем отсутствует хвостохранилище, а отходы отправляют по трубопроводу в Коркинский разрез — гигантскую воронку, где с 1930-х годов добывали уголь. В то же время на схеме, которую представители «Салаватского» показывали на встречах с жителями, хвостохранилище площадью в 300 гектаров находится рядом с реками Большой и Малый Кизил.

Впрочем, между Томинским ГОК и будущим комбинатом на Салаватском месторождении есть другое сходство: против его строительства также в течение нескольких лет протестовали местные жители, а часть из них оказались под уголовным преследованием.

Репрессии объединяют

В 2013 году в Челябинске появилось движение «Стоп ГОК», когда стало известно, что в семи километрах от города, в окрестностях поселка Томинский, РМК планирует начать добычу меди. Общественная кампания продолжалась вплоть до окончания строительства ГОК в 2020 году. Протестные акции, которые устраивали активисты, собирали до десяти тысяч человек.

В ноябре 2017-го одному из лидеров движения, Василию Московцу, в ответ на обращение позвонил Владимир Путин — сказать, что разделяет его «озабоченность». За месяц до этого к Московцу и его соратникам приходили с обыском, а в 2021 году ему и Гамилю Асатуллину назначили условные сроки по обвинению в «покушении на поджог» объектов строящегося ГОК. Экоактивисты считают, что дело было спровоцировано Центром по противодействию экстремизму.

В итоге движение оказалось расколотым, по словам его бывших участников, активную роль в этом сыграла агентурная работа РМК: кому-то предлагали «сотрудничество», на кого-то оказывали давление.

В 2020 году активисты «Стоп ГОК» приезжали на митинг в башкортостанское село Аскарово поддержать местных жителей, выступавших против строительства ГОК РМК рядом с Крыктытау. Тогда протестующим в Башкортостане повезло больше: компания остановила геологоразведку, отказалась от строительства, и на активистов не стали оказывать давление, однако в 2025 году защитники Крыктытау столкнулись с репрессиями.

Вскоре после этого чат закрыли, и вся активность перешла в другой чат, но сейчас и там редко кто пишет, — рассказала «Новой газете Европа» одна из активисток.

5 и 6 июня полиция пришла с обыском сразу к нескольким противникам добычи меди вблизи Крыктытау. На одного из них, уфимского общественника и блогера Урала Байбулатова, завели уголовное дело «о распространении ложной информации», а в качестве временной меры пресечения суд избрал запрет определенных действий. Еще до этого участники протестных чатов писали, что их вызывали в полицию и выдавали предостережения о недопустимости экстремистской деятельности. Как сообщила собеседница «Новой-Европа», в полицию также забирали организаторов сбора подписей в защиту Крыктытау в Магнитогорске.

Кроме того, в апреле в досрочную отставку ушел глава Абзелиловского района Ильдар Нафиков. Общественники Башкортостана связывают это с его позицией по ГОК: он был против еще в 2020 году.

Боты Башкортостана за ГОК

Однако тактика РМК по подавлению протестного движения не сводилась только к репрессиям: средства вкладывались в создание позитивного имиджа компании и работу с общественностью. По словам руководителя Комитета башкирского национального движения за рубежом Руслана Габбасова, отчасти такой подход стал результатом работы над ошибками «Башкирской содовой компании» (БСК), которая планировала начать разработку на шихане Куштау.

— БСК вели себя очень агрессивно по отношению к общественности. Они безапелляционно заявляли, что разработка будет в любом случае, а против них выступают ваххабиты, проплаченные Турцией, — рассказывает активист «Новой-Европа». — Ставку сделали на силовое решение — нанимали титушек и чоповцев, которые разгоняли и избивали протестующих. Это дало обратный эффект, и народ стал выступать против еще активнее. Агрессивная риторика была и со стороны СМИ, и со стороны правительства Башкортостана во главе с Радием Хабировым.

Как отмечает Габбасов, сейчас РМК немного изменили подход: заплатили известным башкирским блогерам, которые рассказывали, что от разработки экология не ухудшится, зато появятся рабочие места, компания будет платить налоги в местный бюджет и вкладываться в инфраструктуру.

— Представители РМК также начали встречаться с населением, чтобы продемонстрировать, что они будто бы готовы к диалогу. Хотя на самом деле никакого диалога там не было.

— говорит активист.

По словам собеседницы «Новой-Европа», участвовавшей в одной из таких встреч, власти и представители компании не были готовы отвечать на вопросы жителей.

— Пишите официальные обращения, тогда будем с вами разговаривать — к этому сводилась их позиция, — отмечает активистка.

Идея о том, что общественная кампания должна ограничиться юридическими методами и официальными обращениями, стала доминировать и среди противников разработки месторождения. По мнению Руслана Габбасова, власти и РМК эта позиция выгодна, и они ее продвигали среди активистского сообщества.

— Много денег с их стороны было вложено в ботов, которые писали в чаты защитников Крыктытау, вносили разлад, говорили, что не нужно никуда выходить, давайте будем действовать через законы и писать жалобы. В итоге свели всю защиту к бумагам, — считает он.

Боты писали не только в чаты противников разработки месторождения, но и в другие местные каналы и группы в Telegram и во «ВКонтакте». По данным башкирского оппозиционного канала «Республика йорто», людей набирали через рекламу в Telegram, где обещали оплату от двух тысяч рублей в день за комментарии, лайки и отзывы для разных заказчиков.

Кроме того, весной стали появляться сообщества, пропагандирующие разработку месторождения и критикующие тех, кто выступает против. Среди них одноименные группы во «ВКонтакте» и Telegram «Кыркты Живи».

В начале июля стало известно, что «Салаватское» начало геологоразведку, а жителей перестали пускать на территорию месторождения. Активистка, с которой общалась «Новая-Европа», рассказала, что сейчас в основном все ждут окончания геологоразведочных работ, чтобы зафиксировать возможные нарушения и после использовать их на следующих этапах утверждения проекта компании.

— Я считаю, что это позиция ошибочная. Если посмотреть на все другие акции в защиту каких-либо природных мест, людям удавалось добиться победы, только когда они активно выходили на акции протеста, — комментирует идею подождать конца геологоразведки Руслан Габбасов. — Во всех других случаях, когда начинали действовать через бумаги и суды, всё было проиграно. В Башкортостане подобное уже происходило во время кампании против «Кроношпана» (австрийское предприятие по переработке древесины в 2013 году заявило о планах построить завод на окраине Уфы. — Прим. ред.). Сначала были активные выступления, потом людей обманули, направили в суды — и всё, «Кроношпан» построили, и дело было проиграно.

По мнению активиста, то, что происходит сейчас с протестным движением, — результат сочетания нескольких факторов: ужесточения режима, репрессий в рамках Баймакского дела, давления на активистов, политики РМК.

— Сейчас люди просто боятся активных действий. А если кто-то в чате начинает говорить про совместное собрание, одиночные пикеты или что-то подобное, на него сразу налетают боты, — констатирует Габбасов.

Общественный комитет «Табигат» призывал жителей прийти 6 сентября на «чаепитие» к месту, где происходит геологоразведка. Подобная акция проходила месяц назад во время годовщины событий на Куштау. Участники чата «КЫРКТЫ ТАУ» написали, что им присылали предостережения в мессенджерах о том, что «провокаторы распространяют незаконные призывы», а «экстремистская деятельность преследуется по закону». Утром 6 сентября «Табигат» сообщил, что на дорогах рядом с местом планируемой акции появились посты ДПС, инспекторы останавливали машины и расспрашивали водителей и пассажиров о целях поездки.