28 октября в Петербурге силовики вновь задержали участников группы «Стоптайм» сразу после выхода из спецприемника. Такая схема, известная как «карусельные аресты», используется в России уже много лет: по данным «ОВД-Инфо», с 2011 года зафиксированы как минимум 53 случая, когда повторные административные задержания заканчивались уголовными делами.«Новая-Европа» поговорила с теми, кто проходил через такие аресты, и с правозащитниками — о том, зачем силовики возвращаются к этой практике, как она работает и чего добиваются власти.

«Стоптайм»

28 октября силовики в Санкт-Петербурге задержали музыкантов группы «Стоптайм» Диану Логинову, известную как Наоко, и гитариста Александра Орлова на выходе из спецприемника. Оба артиста провели в нём по 12 суток из-за исполнения песен «иноагентов» на улицах города. Официально их признали виновными в организации незаконного митинга.

29 октября суд оштрафовал Наоко 30 тысяч рублей по статье о «дискредитации» армии за исполнение песни Монеточки «Ты солдат». Сразу же после заседания ее снова отвезли в отдел полиции, а затем вернули в суд. На этот раз судья отправила ее под арест на 13 суток сразу по двум протоколам: об «организации массового пребывания граждан, повлекшем нарушения общественного порядка» (ст. 20.2.2 КоАП) и о «мелком хулиганстве» (ст. 20.1 КоАП) — она якобы исполняла нецензурные песни. Александра Орлова повторно признали виновным по статье об организации митинга и отправили в спецприемник на 13 суток.

Третий участник группы — барабанщик группы Владислав Леонтьев — также был отправлен арестован на 13 суток и должен был выйти на свободу 29 октября.

Вместо этого в день окончания ареста его увезли во второй отдел полиции Петербурга. Затем на него составили протокол за «создание помех транспорту» во время уличного концерта группы 26 сентября.

Путь к уголовному делу

Подобные «карусельные аресты», к сожалению, довольно распространенная практика среди российских силовиков. Как отметили в «ОВД-Инфо» в разговоре, «это не новое явление». Правозащитники собирают данные с 2011 года по фигурантам уголовных дел, преследование которых началось с карусельных арестов. Всего зафиксировано 53 таких случая:

  • 2011 — 1 фигурант
  • 2014 — 2
  • 2015 — 1
  • 2017 — 2
  • 2018 — 1
  • 2019 — 5
  • 2020 — 4
  • 2021 — 8
  • 2022 — 8
  • 2023 — 15
  • 2024 — 6.

Как отметили в «ОВД-Инфо» в разговоре с «Новой-Европа», примеров карусельных арестов, после которых не началось уголовное преследование, еще больше, но их очень трудно подсчитать. В целом же правозащитники видят две основные причины, почему силовики выбирают подобную тактику:

— Либо силовики хотят подержать человека какое-то время за решеткой без уголовки, чтобы помешать его планам, подавить или запугать. Либо они выигрывают для себя время, чтобы взломать гаджеты, провести обыски и собрать или сфальсифицировать доказательства для уголовки и отправить из спецприемника сразу в СИЗО. Вот второе как раз любят делать ФСБ по делам о госизмене.

В то же время, в контексте преследования «Стоптайм», пока непонятно, какая из этих причин лежит в основе карусельных арестов, подчеркнули в «ОВД-Инфо».

Летние «карусели» 2019

Одни из первых ярких примеров карусельных арестов случился в 2019 году. Летом перед выборами в Мосгордуму силовики начали задерживать незарегистрированных кандидатов.

«Технология очередного задержания оппозиционных политиков одна: сначала их освобождают из спецприемника, затем задерживают. Доставляют в отдел полиции, потом в суд. Следует новый арест», — описывала события «Новая газета».

Тем летом прошли акции 14 июля у Мосгоризбиркома и митинг в поддержку независимых кандидатов 27 июля. После первой акции политика Дмитрия Гудкова арестовали на 30 суток за организацию несогласованного митинга. Аресты также назначили другим незарегистрированным кандидатам: Юлии Галяминой — три подряд, Константину Янкаускасу — три подряд, Илье Яшину — пять подряд. Гудкова за несколько дней до освобождения сразу арестовали еще на 10 суток, в этот раз — за акцию 27 июля.

В разговоре с «Новой-Европа» Дмитрий Гудков объясняет, что когда человек находился в заключении, то он хотя бы знает, когда точно выйдет, — «неважно, через месяц, год или пять лет». По словам политика, заключенный может морально готовиться к освобождению, настраиваться, тогда «самое знание» ему помогает.

«Карусели придуманы ровно для того, чтобы человека морально сломить. Ты знаешь, что ты выйдешь [из спецприемника] через несколько дней, ты выходишь, тебя берут и кидают еще раз на 10 дней.

Ты выходишь, тебя еще раз кидают на 10 дней. Ты не понимаешь, когда это закончится. Это психологическая история запугивания», — описывает он схему.

По словам Гудкова, ему было легче, потому что его «кидали» не три раза на 10 дней ареста, а сразу на 30, а потом еще на 10:

— Там были люди, кто по количеству дней сидел меньше, чем я, но зато у них было 4 раза по 10 — что хуже.

Политик предполагает, что в 2025 году силовики используют «карусельные аресты» для тех же целей, что и шесть лет назад:

— Во-первых, поиздеваться, а во-вторых — накидать тебе эти каруселей, сколько хочешь. Каждый раз тебя могут обвинить, что ты где-то в камере кричал антивоенный лозунг или оказывал сопротивление. Это для того, чтобы сбить настрой, сломить волю. Вот что они делают сейчас. Получается, в целом у них цели остались те же, что и были раньше. Никаких новых идей.

Что касается истории с музыкантами группы «Стоптайм», то Гудков предполагает, что сейчас силовики пытаются понять, какая будет реакция общества на повторные аресты. По его мнению, если россияне с каждым новым арестом будут всё меньше следить за историей, то «могут и уголовку зафигачить».

«Логика диктатуры — это задушить всё живое, чтобы ничего нигде не проросло. Если посадить ничего им не будет стоить в этом режиме, они могут посадить. Если это будет стоить им проблем, появится какая-нибудь новая Жанна Д'Арк и вся молодежь политизируется, то выпустят после изматывающей карусели», — предполагает политик.

«Карусели» и Pussy Riot

Летом 2021 года в Москве и Подмосковье участники Pussy Riot — Мария Алёхина, Вероника Никульшина, Александр Софеев и Анна Кузьминых — подверглись серии подряд идущих административных арестов, фактически не выходя на свободу.

Никульшину впервые задержали 7 мая «для предотвращения провокаций» к Дню Победы и арестовали на 5 суток по ст. 19.3 КоАП РФ (неповиновение полиции), потом силовики круглосуточно следили за активистами, встречали их у спецприемников и тут же оформляли новые протоколы по ст. 19.3 КоАП РФ и ст. 20.1 КоАП РФ (мелкое хулиганство). До июня Никульшину задерживали еще несколько раз, а 16–17 июня суд дал ей 15 суток по 19.3; после освобождения 1 июля она снова оказалась в изоляторе — 3 июля ей назначили еще 15 суток.

Тем временем 22 июля Зюзинский суд арестовал Риту Флорес на 15 суток по ст. 19.3 КоАП, а после освобождения ее задержали снова 12 августа и назначили еще 15 суток — на этот раз по ст. 20.3 КоАП (публичная демонстрация запрещенной символики).

Александр Софеев в разговоре с «Новой-Европа» вспоминает, что в те месяцы силовики действительно задерживали не только его, но и других участников группы Pussy Riot.

«Сначала я не так сильно из-за этого переживал, но когда случился второй арест… Я должен был поставить себе вакцину от коронавируса. Пошел в Гостиный двор ставить ее, как только мне всё сделали, я вышел оттуда, меня сразу задержали. Напротив было ОВД “Китай-город”, так что им даже не пришлось автозак за мной завозить.

И тогда мне стало очень плохо, я получил компонент, у меня поднялась температура, и я лежал на этой дурацкой узкой лавке, не мог даже нормально вытянуться, и это были ужасные часы, ужасные сутки.

Мне не хотелось совершенно там находиться, мне хотелось просто лежать дома в кровати. В тот момент я понял, что я больше так не хочу или не могу, просто нет сил», — описывает свой опыт активист.

Сейчас он считает, что в 2021 году силовики подобными арестами пытались выдавить из страны тех, кто «потенциально может протестовать» против предстоящей войны с Украиной:

— Я думаю, что тогда уже была установка выдавливать в такой легкой форме. Это была первая подобная волна, еще довоенная, когда именно оппозиционеры уезжали из России.

Военные «карусели»

Как показывают данные «ОВД-Инфо», хуже всего ситуация с карусельными арестами стала в 2023 году. Тогда правозащитники насчитали 15 фигурантов уголовных дел, начавшихся с подобной практики.

Антирекомердсмен по таким арестам — бывший военный психолог Тимофей Руденко. Он уволился со службы еще несколько лет назад, а после полномасштабного вторжения России в Украину неоднократно публиковал в соцсетях антивоенные посты. В мае 2022 года силовики пришли к нему домой с обыском. После этого его привезли в отдел, избили, душили полотенцем и применяли электрошокер, требуя признаться в подготовке теракта к 9 мая. Всего его в 2022–2023 годах по ст. 20.1 КоАП (мелкое хулиганство) задерживали и арестовывали как минимум восемь раз подряд, чаще всего — прямо на выходе из спецприемников. Первое задержание произошло 7 мая 2022 года после обыска, а затем суды назначали ему 10, 15, 10, 15, 10, 13 и 15 суток, каждый раз отправляя обратно под арест по тем же формальным основаниям. В мае 2023 года он пытался улететь в Кыргызстан, но его вновь задержали прямо в аэропорту. В июле 2023 года против него возбудили уголовное дело об оправдании терроризма (ч. 2 ст. 205.2 УК) из-за антивоенных комментариев в Telegram, после чего он был отправлен в СИЗО. 6 февраля 2024 года суд назначил ему принудительное психиатрическое лечение.

Иногда карусельные аресты всё же не приводят к уголовным делам. Так произошло с Всеволодом Лисовским — режиссером «Театра переходного периода», который ставил спектакли на уличных пространствах. В феврале 2023 года его задержали, когда он просто стоял на улице в Москве. Суд назначил ему 15 суток ареста по статье о неповиновении сотрудникам полиции (ст. 19.3 КоАП).

В последний день ареста режиссера вновь задержали, составили протокол о неповиновении полицейским, а суд назначил ему еще 15 суток административного ареста. Он освободился 12 марта и покинул страну.

Сам Лисовский в разговоре с «Новой-Европа» называется себя «исключительно тупым клиентом» силовиков. Он вспоминает, что когда создал «Театр переходного периода», чтобы играть в подземных переходах, то воспринимал свои отношения с ГУВД как игру в «казаки-разбойники» и «называл это чемпионатом».

«Удалось ментам сорвать спектакль — их победа. А если меня задержали в самом начале, а актеры со зрителями перешли на резервную площадку и там всё отыграли — значит, очко нашей команде. Потом правоохранители собрались и показали, что у них больше ресурсов и длиннее скамейка запасных. Актеров и зрителей стали задерживать уже на подходе к площадке. Привлекли, кроме ОМОНА и “пэпэсников”, оперов из местных райотделов, а они работать умеют», — рассказывает режиссер.

Он отмечает, что раньше его отпускали из отделов полиции без протокола, а уже в сентябре 2022 года составили протокол о дискредитации российской армии (ст. 20.3.3 КоАП) из-за его антивоенного поста. После этого он прекратил выступления в переходах. По его словам, ему стало понятно, что «идет эскалация, риски для актеров и зрителей растут». Он перешел на «другие формы взаимодействия со средой» и думал, что силовики про него забыли.

«На несколько месяцев меня оставили в покое. А потом загрузили мою рожу в систему видеонаблюдения и меня повязали на улице, когда шел по абсолютно мирным делам. Ну, впаяли мне пятнашку за сопротивление ментам. Я и тут не врубился. Воспринимал это как двухнедельный отпуск в пионерлагере, свои планы менять не собирался. Раз в день давали возможность позвонить, и я по телефону пытался рулить проектами. Видимо, разговоры слушали. Поэтому когда, отрубив свои 15 суток от звонка до звонка, я с чистой совестью вышел через КПП, меня повязали очень борзые чуваки без знаков отличия в балаклавах. Заблокировали вход в Сахарово машинами, встречающие просто не увидели меня. Вот тут я врубился и погрустнел», — вспоминает Лисовский.

Как вспоминает режиссер, он провел бессонную ночь «в обезьяннике райотдела», а на следующий день суд арестовал его на 15 суток. Адвокат сказал ему готовиться к отъезду после освобождения.

«Второй срок сидеть было нервнее. Каждое утро гадал, выдернут меня на следственные действия или нет. Не выдернули. Вышел. Родные и друзья посадили в машину и повезли в аэропорт. Ну и началась новая жизнь», — рассказывает собеседник «Новой-Европа».

По его собственным ощущения, «карусель» применяют именно как инструмент выдавливания из страны:

— Кто-то наверное решает, что этого чувака сажать смысла нет, не будет достаточного резонанса, лучше просто выгоним его из страны и забудем. И начинают намекать задержаниями и административками. А когда клиент совсем не врубается, то как самое последнее предупреждение — уже карусель.

К сожалению, не всем жертвам «каруселей» удается уехать из страны. 40-летний житель Ростова-на-Дону Анатолий Березиков в 2023 году тоже подвергся аналогичной практике от силовиков. В начале мая у него прошел обыск, после чего, по его словам, ему сломали ребра и назначили 10 суток по ст. 19.3 КоАП. 21 мая, в день освобождения, его снова арестовали по ст. 20.1 КоАП; Березиков утверждал, что перед судом его вывезли за город, пытали электрошокером и требовали отказаться от адвоката. 31 мая его третий раз подряд отправили в спецприемник — еще на 15 суток по той же статье.

14 июня стало известно, что Березиков умер в спецприемнике. На его теле были следы от электрошокера. Как позднее стало известно, предположительно Анатолия подозревали в причастности к распространению листовок украинского движения «Хочу жить». Также «Первый отдел» писал, что активиста собирались обвинить в госизмене.

Глава организации «Русь сидящая» Ольга Романова подчеркивает, что зачастую силовики за время карусельных арестов просто пытаются решить, что с человеком делать дальше.

«Спросили у начальства, а начальство пошло в баню, уехало в командировку или само не знает, спрашивают у своего начальства. Получили противоречивые указания от двух разных башен и так далее. То есть решение не принято. И человека можно бесконечно отправлять в спецприемник, чтобы в конце отпустить или возбудить уголовку Карусельные аресты применялись к оппозиционерам, пока еще мы все жили в России. А во время войны их просто стали использовать очень часто», — объясняет правозащитница.

Другое последствие «каруселей», которым пользуются силовики, — снижение уровня внимания общества. Как описывает Романова, власти делают всё, чтобы с каждым освобождением из-под ареста человека встречали всё меньше людей.

Поделиться
Больше сюжетов
Серые волки завыли

Серые волки завыли

Почему творчество z-блогеров 2026 года — документ на века

«Почему ты все время кого-то спасаешь?»

«Почему ты все время кого-то спасаешь?»

Репортаж из Анапы. Через полтора года после разлива мазута в Керченском проливе волонтеры продолжают убирать пляжи — и им не помогают

«Можно сфабриковать дело, но не уничтожить правду»

«Можно сфабриковать дело, но не уничтожить правду»

Напоминаем историю Надин Гейслер — ей утвердили 22 года колонии за чужой пост и донат. В последнем слове на апелляции она разобрала версию обвинения

«Нас не готовили воевать, нас готовили подыхать»

«Нас не готовили воевать, нас готовили подыхать»

Мобилизованный — про срочную службу в Чечне, ад на войне в Украине и дезертирство. Видео «Новой-Европа»

Журналисту «Новой газеты» Олегу Ролдугину предъявили обвинение в неправомерном доступе к компьютерной информации

Журналисту «Новой газеты» Олегу Ролдугину предъявили обвинение в неправомерном доступе к компьютерной информации

Кремль решил ослабить блокировку Telegram на фоне падения рейтингов Путина

Кремль решил ослабить блокировку Telegram на фоне падения рейтингов Путина

Песков утверждает, что россияне «понимают необходимость» блокировок

VK хочет обязать маркетплейсы и другие сервисы размещать виджет с новостями, отобранными правительством

VK хочет обязать маркетплейсы и другие сервисы размещать виджет с новостями, отобранными правительством

Президент-антихрист

Президент-антихрист

Стремясь к мессианскому лидерству, Трамп представляет себя в образе Христа и усиливает «сакраментальную» конкуренцию с папой римским

Собачья смерть

Собачья смерть

49 мертвых псов, найденных под Екатеринбургом, могли выбросить из приюта. Что эта история говорит о системе отлова животных в России