«Я до конца верил в правду, закон и справедливость»

Дело Андрея Морозцева

6 ноября Центральный районный суд Хабаровска приговорил студента Андрея Морозцева к пяти годам колонии строгого режима по делу о покупке запрещенных веществ и контрабанде наркотиков в крупном размере (ст. 228 УК, ст. 229.1 УК).

У Андрея редкое неврологическое расстройство — идиопатическая гиперсомния. Из-за нее молодой человек страдает от чрезмерной сонливости. Как отмечает издание «ДВХАБ», «люди с таким диагнозом могут засыпать буквально на ходу».

«Я вынужден спать около 14–15 часов в сутки, чтобы более-менее быть в форме. Иногда я падал в обморок на занятиях. В вузе, в школе врачи предполагали депрессию, астению. Но только зарубежные специалисты и позже в клинике «Вивея» смогли опознать орфанное заболевание», — рассказывал Андрей журналистам.

«Его Морозцеву выписал иностранный врач, в России препаратов для лечения этого заболевания нет», — указывает издание.

В препарате содержится психотропное вещество, оборот которого в России ограничен. Сам Морозцев неоднократно заявлял, что не знал о запрете пересылки лекарства. Он также подчеркивал, что антидепрессанты и инотропные препараты, которые ему выписывал лечащий врач в Хабаровске, не облегчали его состояние.

Как пишет «РЕН-ТВ», у Морозцева был рецепт на лекарство, но он «не сохранился». Также обвиняемый считает, что во всей ситуации виноват фармацевт компании Well In Cure India, который не задекларировал посылку с лекарством должным образом.

В итоге против Андрея возбудили уголовное дело. Он собрал сообщество российских пациентов с таким же диагнозом и вместе с ними пытался добиться регистрации препарата в России. Общество также просило вычеркнуть средство из списка запрещенных веществ. Но это не удалось сделать.

«Эта история продолжается уже несколько лет, различные препараты иностранного производства исчезают из аптек. Минздрав ничего с этим не делает, при этом пациентов, которые сами вынуждены импортировать препараты, ловят и привлекают к ответственности наравне с настоящими преступниками. Я надеюсь, на мне история закончится и справедливость восторжествует», — делился Морозцев в 2024 году.

6 ноября 2025 года после оглашения приговора Андрей Морозцев попытался совершить суицид в зале суда. Его спасли конвоиры.

Перед этим он опубликовал на своей странице «Вконтакте» прощальный пост:

– Извините, но я не справился... История закончилась, в этот раз полностью. Я правда сделал всё, что было в моих силах.

Не грустите за меня. Я успел снова погулять в парке и видел, как красиво падают листья. Слышал пение птиц и шум ветра. Слышал смех и радость. Я смог поверить, что существует настоящее счастье, и стал замечать его в каждом мгновении. Виделся с друзьями, отдыхал, искренне радовался. Даже в последние дни я продолжал работать юристом, бесплатно принимал людей в тяжелой ситуации, старался помочь каждому, сообщал о преступлениях. Я до конца верил в правду, закон и справедливость.

Единственное, о чем я жалею - что не успел дописать свою книгу. Мне не позволили, поставив перед выбором. И я выбрал уйти свободным вместе с падающими листьями осени.

«Не могло быть известно без специальных познаний в области химии»

Дело Морозцева — далеко не первое подобное в практике российских судов. Правда, иногда их все-таки не доводят до приговора, а закрывают в процессе расследования. Так 16 июля 2019 году силовики в Москве задержали Елену Боголюбову, мать мальчика с редким генетическим заболеванием. У нее четверо детей, у одного из них — Миши — болезнь Баттена. Это группа тяжелых генетических заболеваний, при которых ребенок теряет зрение, у него случаются судорожные приступы, возникают задержка умственного развития и нарушение физического развития, объясняла «Медуза». Одна из дочерей Елены — Ева — умерла от него в возрасте девяти лет.

10-летний Миша в 2019 году не мог ходить и разговаривать, его кормили через специальную трубку в животе. При этом противосудорожные препараты не помогали ему и вызывали желудочное кровотечение. Тогда врачи рекомендовали Елене купить препарат фризиум, не зарегистрированный в России. Женщина заказала его в интернете. Он пришел ей почте, на выходе из почтового отделения Боголюбову задержали полицейские.

Посылку изъяли, Миша лекарство не получил», — рассказывала Елена журналистам.

Центральное таможенное управление сообщило, что женщина не представила соответствующего рецепта врача или заключения консилиума о необходимости применения препарата. Поэтому сотрудники таможни возбудили уголовное дело о незаконном перемещении через границу психотропных наркотических средств (ч. 1 ст. 229.1 УК).

Спустя месяц, 19 августа 2019 года транспортная прокуратура отменила постановление о возбуждении уголовного дела. Прокурор отметил, что «в ходе доследственной проверки не было получено данных, образующих объективную сторону преступления».

В том же году в Екатеринбурге Дарья Беляева заказала себе из Польши антидепрессант Elontril. Когда она пришла на почту забрать заказ, ее встретили сотрудники таможни и изъяли препарат.

Беляева состоит на учете у психиатра с диагнозом шизотипическое расстройство личности. Она рассказывала, что «ела, спала и все делала через силу». Как описывала «Медиазона», под названием Elontril ­во многих странах странах продается лекарство с действующим веществом бупропион. До 2016 года бупропион входил в государственный реестр лекарственных средств в России. При этом само вещество до сих пор не содержится ни в перечне наркотических средств, ни в списках сильнодействующих и ядовитых веществ.

Из-за этого против Дарьи возбудили уголовное дело о контрабанде, приобретении и хранении наркотиков в крупном размере (ч. 3 ст. 229.1 УК).

Суд сначала отправил Беляеву на экспертизу в психиатрический стационар. Врачи признали девушку невменяемой. Ее адвокат рассказывала, что комиссия судебно-психиатрических экспертов рекомендовала применить к Дарье амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях. Несмотря на это, в течение следующих нескольких месяцев прокуратура неоднократно возвращала дело Беляевой на доследование.

«Конечно, это все “не очень”, мягко говоря, но зато колония мне теперь не грозит. Если мы проиграем, мне назначат медицинские меры принудительного характера. Это, конечно, лучше, чем тюрьма. Но если мне понадобится “белая” зарплата — сейчас я занимаюсь копирайтингом из дома, — скорее всего, я никуда не устроюсь. Потому что у меня будет запись о том, что я “невменяемая” и состою на учете», — делилась Дарья.

В итоге 8 декабря 2021 года следствие прекратило уголовное преследование Беляевой и признало за ней право на реабилитацию. В постановлении следователь указал, что «Дарье без специальных познаний в области химии не могло быть известно о том, что содержащийся в составе лекарства бупропион является производным наркотика», — объяснила адвокат.

Уголовные дела

В большинстве случаев фигурантов подобных уголовных дел приговаривают к штрафам или реальным срокам заключения. Так в марте 2024 года Корсаковский городской суд Сахалинской области оштрафовал местного жителя за перемещение наркотических веществ через таможенную границу. По версии следствия, мужчина в порту Японии купил две упаковки лекарства от простуды. Затем он спрятал его в своей каюте на грузовом судне. Когда оно прибыло в Корсаков, сотрудники таможни нашли лекарство и обнаружили в нем наркотическое средство — дигидрокодеин — общим весом не менее 84,48 грамма. Мужчину признали виновным в перемещении наркотических веществ через границу и оштрафовали на 75 тысяч рублей.

Также в 2024 году Петроградский районный суд Петербурга приговорил ученого Андрея Волотку к четырем годам колонии строгого режима по делу о в контрабанде и приобретении наркотических или психотропных веществ в крупном размере (ч. 3 ст. 229.1, ч. 2 ст. 228 УК). Ведущий научный сотрудник Университета ИТМО в 2023 году заказал себе на официальном сайте индийской аптеки препарат «Модафинил». При получении в почтовом отделении его задержали полицейские.

Сам Волотка рассказал, что ранее проживал в Германии, где ему впервые и прописали это лекарство. Психостимулятор помогал ученому бороться с нарушениями сна.

«В последнем слове Волотка сообщил, что он никому не навредил, в своих действиях руководствовался нравственным компасом, желал принести пользу научной деятельности в России, поскольку наука — это его страсть», — говорилось в сообщении пресс-службы суда.

Также статью 229.1 УК в России часто применяют к тем, кто провозит в Россию гашишное масло. 17 февраля 2022 года в аэропорту Шереметьево задержали американскую баскетболистку Бриттни Грайнер за картрджи для вейпа с гашишным маслом. Оно легально во многих штатах США, а в России запрещено. Химкинский городской суд приговорил Грайнер к девяти годам колонии общего режима и назначил ей штраф в размере миллиона рублей.

8 декабря 2022 года ее обменяли на осужденного в США по делу о торговле оружия россиянина Виктора Бута.

В конце августа 2025 года в аэропорту Домодедово задержали актрису Аглаю Тарасову. Она прилетела из Израиля с вейпом, в котором находилось гашишное масло. Против актрисы возбудили уголовное дело по статье о контрабанде наркотиков (ст. 229.1 УК). Следствие ходатайствовало о домашнем аресте.

«Я добровольно сдала все паспорта, я живу в России, плачу за ипотеку, я езжу к бабушке с дедушкой два раза в неделю. С 12 сентября я подписана на три картины, я не хочу подводить людей. Я совершила большую ошибку, мне очень страшно. Очень вас прошу, дайте мне возможность это время работать и видеть свою семью», — говорила Тарасова во время заседания суда.

5 сентября суд в качестве меры пресечения назначил ей запрет определенных действий.