Молебнами — по абортам

«Безрассудное омрачение»

«Избави отечество наше и вся люди Твоя от великаго сего нечестия, еже противу воли Твоея и естества человеческаго чада во утробе сущия умерщвляти», — грозно возглашал диакон под сводами патриаршего подворья — Успенского храма в Останкине — на молебне, который после воскресной литургии 11 января впервые служили по чину, утвержденному двумя неделями ранее синодом РПЦ. Богослужение возглавил митрополит Звенигородский Арсений (Перевалов), в храме зажгли ровно 3000 свечей — «в память о младенцах, так и не увидевших этот мир».

Показательный молебен организовали кризисный центр «Дом для мамы» при синодальном отделе по благотворительности Московского патриархата и АНО «Спаси жизнь». Мероприятие почтила присутствием депутат Госдумы, первый зампред комитета по делам семьи Татьяна Буцкая — автор экстравагантных инициатив типа налога на бездетность, гендерного контроля над детскими именами и играми, запрета субкультур квадроберов и фурри.

О проведении антиабортных молебнов отчитались, помимо столичной, Хабаровская, Якутская, Новосибирская, Челябинская, Волгоградская, Томская, Ханты-Мансийская, Нижегородская, Кемеровская, Красноярская, Екатеринбургская, Тверская и другие епархии РПЦ. Явление пока не приобрело тотальный характер, но стало довольно массовым. «Медиазона» обратила внимание на «креативный» молебен в Петропавловском храме поселка Салым Ханты-Мансийского округа (Югры), во время которого перед иконостасом развернули флаги движения «За жизнь», а на аналой в центре храма, где должна находиться икона праздника, поместили муляжи младенцев на разных стадиях внутриутробного развития (между прочим, американского производства). Муляжам кадили и поклонялись перед ними так, будто это изваяния святых.

Настоятель Казанского собора города Кириллова Вологодской области протоиерей Владимир Колосов предложил и новую мифологию праздника, связанную не с Вифлеемом и царем Иродом, а с Лениным и безбожным СССР. По версии протоиерея, «первый декрет, который Ленин совершил, решил убить русских детей — разрешить аборты. И кровь полилась». (На самом деле постановление об абортах появились в 1920 году, а вторично — в 1955-м.)

Синод РПЦ наполнил день памяти Вифлеемских младенцев новыми антиабортными смыслами на своем заседании 30 октября прошлого года (журнал № 105), а на заседании 26 декабря утвердил довольно любопытный текст молебна «о вразумлении имеющих намерение совершить убиение младенца во утробе (аборт)», приказав издательству патриархии выпустить его большим тиражом. В молебен включили апостольское чтение, которое как бы намекает, что женщина не имеет права принимать решение о судьбе зачатого ею младенца: «Жена да учится в безмолвии, со всякою покорностью; а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева; и не Адам прельщен; но жена, прельстившись, впала в преступление; впрочем, спасется через чадородие» (1 Тим., 2: 11–15). В другие тексты молебна, правда, включены слова об ответственности мужчины, но в любом случае мысль об аборте характеризуется как «безрассудное омрачение»: «О еже вразумитися братиям и сестрам нашим, греховным помыслом детоубийства обуреваемым, и о еже избавитися им от безрассуднаго сего омрачения и в покаяние и разум истины приити, Господу помолимся».

«Чайлдфри» Евангелия и женщина-инкубатор

Официальная позиция РПЦ относительно абортов и других проблем биоэтики радикализировалась постепенно. Относительно мягкие формулировки можно найти в «Основах социальной концепции (ОСК) РПЦ», сохранивших дух 90-х и утвержденных собором 2000 года. Документ провозглашает приоритет прав человека, отмечая, что только «сатана стремится завладеть волей человека, поработить ее». Можно сказать, пропагандируется «идеология чайлдфри», ныне признанная в РФ экстремистской, — дается «высокая оценка» «подвига добровольного целомудренного безбрачия, принимаемого ради Христа и Евангелия». Действительно, проповедь Христа противопоставила «рождение свыше» и «духовную семью» культу деторождения и общинно-родовых связей, содержащемуся в Ветхом Завете. Когда ученики Иисуса высказывают мысль, что «лучше не жениться», Учитель их одобряет: «Не все вмещают слово сие, но кому дано… Есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит» (Матф., 19: 10–12). В том же духе рассуждает и апостол Павел: «Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться как я… Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене» (1 Кор., 7:8,32–33). Ни сам Христос, ни большинство апостолов в браке не состояли, а если и рождали детей, то только духовно, а не физически.

Собственно тему абортов ОСК РПЦ тоже трактуют мягко, совсем не в духе нынешнего времени: «Когда существует прямая угроза жизни матери при продолжении беременности, особенно при наличии у нее других детей, в пастырской практике рекомендуется проявлять снисхождение. Женщина, прервавшая беременность в таких обстоятельствах, не отлучается».

Совсем иначе звучат слова Инны Ямбулатовой, руководителя экспертно-аналитического управления патриаршей комиссии РПЦ по вопросам семьи, защиты материнства и детства, распространенные на днях небезызвестной «Русской общиной», с которой теперь заигрывает Московская патриархия: «Лобби сообщества гинекологов давит на власть, чиновников, разнося заразу мифов по всему управленческому звену… Денег тратится всё больше — результат всё хуже!» Ямбулатова прямо говорит о «саботаже» со стороны чиновников антиабортных директив президента: «Ломается вертикаль конвертации из целеполагания главы государства в конкретные решения, законы, инструменты. В каких министерствах и ведомствах искажается “перевод” и целью становится бесконечной процесс без цели? Процесс без цели не имеет ответственности, а это именно то, чего нам остро не хватает, — персональной ответственности за реализацию четко поставленной цели!»

Жертва (анти)аборта

Вероятно, активистка антиабортного движения права в том, что касается глухого сопротивления чиновников в центре явно абсурдным популистским призывам. Но чем дальше в регионы, тем «больше ясности». Порой провинциальные епархии РПЦ с трудом угоняются за радикальной повесткой и законами, генерируемыми губернаторами. Вологодская епархия, например, и вовсе в шоке от инициатив непредсказуемого губернатора-сталиниста Георгия Филимонова, запрещающего аборты и алкоголь на подведомственной территории, но под влиянием языческих убеждений. И сразу становится ясно, «кто более матери-истории ценен»: епархия больше озабочена «риском межконфессионального конфликта» в регионе, чем собственно борьбой с абортами и алкоголизмом (между прочим, одной из их социальных причин).

В тех же регионах, где конфессиональная идентичность начальников более внятная и ортодоксальная, царит «симфония»: местные епархии и подведомственное им духовенство послушно исполняют функции, предписанные губернаторами и заксобраниями. В основном это сводится к визитам в больницы и дежурству в женских консультациях, где батюшки отговаривают от абортов «заблудших сестер» (вот, например, характерный указ митрополита Саратовского). Региональные законы об административной ответственности за «склонение к абортам» (они уже действуют как минимум в 27 регионах) принимаются по одному лекалу, явно спущенному из центра, из АП. Очередной такой закон вступил в силу в Иркутской области 5 января. Закон Московской области разъясняет способы «склонения»: уговор, обман, подкуп и введение в заблуждение.

Резонансным стало решение мирового судьи в Саранске, назначившего в декабре штраф некоему Р. А. Базееву, который предлагал деньги на аборт своей девушке, обратившейся за помощью в организацию «Женщины за жизнь».

Мобилизация на роды

Несмотря на запретительные меры и жесткую риторику властей и РПЦ, Россия продолжает занимать одно из лидирующих мест в мире по числу абортов. Полную статистику найти сложно, но, по словам Вероники Скворцовой, в 2015 году в стране было сделано примерно 450 тысяч абортов «без медицинских показаний», в 2011-м — более 730 тысяч. При этом, например, в 2023 году в стране родилось около 1 260 000 детей, коэффициент рождаемости (количество детей на одну женщину) достиг 1,47, что поместило РФ на 179-е место в соответствующем глобальном рейтинге. По данным «Новой газеты», общее число абортов в России за последнюю четверть века превысило 50 млн. Всё это слабо вяжется с образом страны — оплота «традиционных ценностей», которая пытается силой насаждать их в соседних странах.

Военная авантюра, значительно сократившая долю мужского населения в стране и подорвавшая относительную экономическую стабильность, разумеется, усугубила демографическую ситуацию, и никакого выхода пока не просматривается. Власть пытается «латать дыры» с помощью спешного и массового завоза мигрантов — теперь уже из Индии. Но даже в недрах РПЦ раздаются скептические голоса. Недавно умершему патриаршему духовнику «старцу» Илии приписывают пророчество о том, что Россия потерпит поражение и катастрофу, если не запретит аборты и матерную лексику.

Запрещая аборты и требуя наращивать рождаемость, власть и пропаганда используют те же инструменты, что и при военной мобилизации. Тесно сотрудничающее с РПЦ движение «За жизнь» провозглашает: «Рождение детей — такой же долг гражданина перед обществом, как служба в армии и уплата налогов». От таких лозунгов — один шаг до внесения отказа от постоянного деторождения в уголовный кодекс, вслед за «пропагандой идей чайлдфри» или «нетрадиционных сексуальных отношений». Можно спорить о праве на аборт и о том, с какого момента начинается жизнь человеческой личности, но решать все проблемы, в том числе социально-биологические, одними только репрессиями — путь к катастрофе.

А ведь можно добром?

Между тем внутри православного мира есть позитивный опыт «решения проблемы низкой рождаемости». Общецерковную программу под таким названием запустил 1 января прошлого года синод Кипрской православной церкви. Не ограничиваясь пастырскими призывами, Кипрская церковь назначила единовременные выплаты каждой семье по факту рождения третьего и каждого следующего ребенка в размере 1500 евро. Программа включает и дальнейшие пособия на образование детей на разных уровнях, а каждому киприоту в возрасте до 18 лет — еще и ваучеры номиналом 100 евро на Пасху и Рождество. В 2025 году на реализацию программы было потрачено примерно 2 млн евро — гораздо меньше, чем, например, стоит одно только обслуживание многочисленных резиденций патриарха Кирилла. Если бы вместо политической демагогии РПЦ начала выступать с похожими инициативами, ей, может быть, удалось бы вернуть часть своей утраченной репутации. Хотя, наверное, уже поздно.