Архиепископ изменившимся лицом бежит
Скандал в Украине: подпольная русская школа работала на территории промосковского монастыря. К которому и ранее были вопросы

Скандал вокруг нелегальной русскоязычной школы в Голосеевском монастыре Киева — частный случай той катастрофы, которую переживает Украинская церковь, канонически связанная с Московским патриархатом. Остроты скандалу добавляет специфический криминальный шлейф, который тянется за монастырем.
На момент подготовки расследования в девяти классах нелегальной школы обучались порядка 60 детей и работали 16 учителей. Стоимость обучения составляла 3000 гривен ($ 69) за одного ребенка в месяц, дополнительно оплачивалось питание.
После закрытия обители в 1926 году практически все исторические здания были разрушены, так что нынешний монастырский комплекс — это новодел 1990–2000-х годов постройки.
После очередного задержания и обмена военнопленными в 2019 году Лусварги оказался в родной Бразилии, где сейчас отбывает наказание за хранение наркотиков и оружия.

Telegram под угрозой полной блокировки
Как оставаться на связи? «Новая-Европа» собрала списки проверенных VPN и альтернативных мессенджеров

«Пропаганда в России не пытается убеждать. Она хочет тебя сломать»
Режиссер фильма «Господин Никто против Путина» Дэвид Боренштейн — о съемках в школе в Карабаше, об этике работы и о том, чем Россия отличается от Китая

В Риге на лекции задержали корееведа Андрея Ланькова
Его объявили персоной нон-грата и вывезли из Латвии в Эстонию

Акции в поддержку Украины прошли по всему миру
«Новая-Европа» публикует фотогалерею

Трансгендерную девушку из Челябинска приговорили к четырем годам в мужской колонии

«Старшие больше боятся. А молодым нечего терять»
Война глазами 55-летнего добровольца и 19-летнего контрактника из одной бригады ВСУ. Материал издания hromadske

Мужчина совершил самоподрыв у машины ДПС на Савеловском вокзале в Москве

Война и свидетели
20 фильмов и книг о вторжении в Украину, которые помогут понять катастрофу, случившуюся после 24 февраля

ЛГБТ-организации начали признавать «экстремистами»
Как Россия двадцать лет строила машину государственной гомофобии и почему это касается всех


