«Сто тысяч бед забыть не смейте»
Как потомки депортированных чеченцев и ингушей сохраняют память об этом в творчестве
23 февраля в России празднуют День защитника Отечества, в это же время чеченцы и ингуши вспоминают больше сотни тысяч своих предков, погибших во время депортации народов в Казахстан и Кыргызстан. Ровно 82 года назад началась операция НКВД по выселению вайнахов из Чечено-Ингушской АССР. За считанные дни людей погрузили в товарные вагоны, республика была упразднена, дома и земли перераспределены, кладбища разрушены. По разным оценкам, во время высылки и в годы спецпоселения погиб каждый четвертый депортированный чеченец и ингуш.
Память двух народов пытаются «переформатировать» и обрамить правильными лозунгами: власти запрещают траурные мероприятия, показы фильмов о трагедии. Но вопреки этому чеченцы и ингуши продолжают сохранять ее в других формах: в семейных рассказах, в мемориалах, в литературе, музыке и кино.
Корреспондентка «Новой газеты Европа» рассказывает, как вайнахи превращают пережитую катастрофу в живую культурную память, которую невозможно стереть.
К 1944 году он уже был известным артистом — танцором Пятигорского театра комедии. Когда началась ссылка, представители власти сказали Махмуду, что он может остаться в Пятигорске. Но Эсамбаев отверг это предложение и вместе со своим народом отправился в депортацию добровольно.
«Пятнадцать с половиной суток я ехал в вагоне, трупы выкладывали штабелями, это была зима. Мать моя умерла с голоду, говорят, в каком-то городе в Казахстане выложили ее труп. Семья моя вся попала в разные эшелоны, а два брата в то время уже погибли на фронте», — рассказывал балетмейстер.
Эсамбаев вспоминал: «Мы, конечно, никогда не ожидали, что о нас кто-то будет петь». В советские годы говорить о депортации вслух почти не позволялось. Редкие чужие голоса вроде Высоцкого были исключением, потому ответственность за сохранение памяти легла прежде всего на самих вайнахов.
Тема депортации проходит рефреном через все творчество еще одного барда — чеченского автора Тимура Муцураева.
Для него ссылка — это исходная точка коллективного опыта чеченцев и ингушей.
Сейчас мемориал выглядит так: посреди композиции огромная каменная глыба с цитатой Ахмата Кадырова: «Пусть восторжествует справедливость».
«Наш фильм — один из первых на эту тему, он снимался еще при советской власти, и просто чудо, что его вообще разрешили. Пришлось идти на какие-то компромиссы, сократить двухсерийную картину до одной серии, и все равно «Тучку» долго не выпускали, особенно в тех районах, где все это происходило. В Чечено-Ингушетии премьеру вообще сорвали», — вспоминал Мамилов.
Похожая судьба постигла и другой, уже современный, ингушский фильм «Письмо» режиссера Амура Амерханова. Картина рассказывает не только о самой депортации, но и о непроговоренном, а потому до сих пор болезненном ее продолжении — возвращении ингушей на родину после 1957 года. Тогда многие столкнулись с тем, что их дома и земли оказались заняты, перераспределены или уничтожены. Особенно остро эта проблема проявилась в Пригородном районе, который до депортации исторически был территорией проживания ингушей, но после их выселения передан соседней Северной Осетии. Ингушам не разрешали возвращаться в свои дома, регистрироваться там и устраиваться на работу. Невозможность вернуться на собственную землю фильм показывает как продолжение травматичного опыта депортации.
В основу картины легли реальные события. В 1972 году группа представителей ингушского общества, среди которых был историк Ахмед Газдиев, подготовила обращение в Центральный комитет КПСС. В 80-страничном документе подробно описывались последствия депортации и дискриминационная политика в отношении ингушей, а также содержались требования восстановить их гражданские и национальные права. Газдиев и еще четверо подписантов отправились в Москву, чтобы лично передать письмо генеральному секретарю ЦК КПСС Леониду Брежневу. Именно к этому эпизоду отсылает название фильма — «Письмо».
