рассказывает ольга — мама никиты сыромясова
«Он записался на морской десант. Я, конечно, была в шоке от этого. Их увозят, связь с ним пропадает. Проходит четверо, пятеро, шестеро суток. Нет связи. Неделя проходит, вторая, третья. Нет связи с ребенком, не могу его найти.
Начала по военкомату долбить. Они никакой информации не давали. Потом я уже заорала на них: «Вы ребенка, человека забрали, и хотите сказать, что у вас нет никаких данных, куда его отправили? Вы издеваетесь?» Я кричала на них.
Какая-то тетя ответила мне: «Ну хорошо, запишите. Станция Ваенга». Я давай смотреть эту «Ваенгу». А они мне телефонов никаких не дали, говорят, ищите сами в интернете. И вот начались мои поиски.
Я дозвонилась в какой-то военкомат (станция Ваенга — где-то близко к Североморску), мне мужчина дал телефон, потом через эти телефоны я дозвонилась до штаба флота тогда. Через какие-то справочные я нашла часть сына, и мне сказали, что найдут его. Минут через 15 после этого разговора я перезвонила, и мне сказали «Думаю, это ваш сын передо мной сидит».
Он мне ответил. Я говорю ему: «Я уже пол-России перевернула, чтобы тебя найти». А он сказал: «Мы приехали, розеток, чтобы телефон подзарядить, мало, и все кинулись подзаряжать. Но я не буду же драться. И не получалось [зарядить телефон]».
Потом еще говорит: «А меня на морфлот, на корабль отправили. Говорит, тех, кто записался в морской десант, отправляют на корабли».
Как их там обрабатывали, какие доводы приводили, я не знаю. Я так понимаю, что им говорили, что это престижно, супер, классно. Затем он оттуда попадает в учебку, их из Североморска направляют в Северодвинск, и он там, получается, полгода находится в учебке до ноября месяца. В ноябре он отправляется на Черноморский флот. Ну и потом сказал, что попал в результате распределения на «Москву». По его словам, он на крейсере «Москва» работал в машинном отделении, где следят за топливом и маслом».
