Следствие вгрызлось в кисть

Об уголовном преследовании Горинова стало известно 26 апреля. В тот день в его квартире и в помещении Совета депутатов Красносельского округа прошли обыски. Затем мундепа доставили на допрос в Следственный комитет, а на следующий день отправили в СИЗО.

Коллега Горинова муниципальный депутат Илья Яшин сообщил, что дело возбудили по сообщению двух депутатов Госдумы: Олега Леонова (фракция «Новые люди») и Александра Хинштейна («Единая Россия»). Самого Яшина допросили по делу в качестве свидетеля. Как считает обвинение, 15 марта Горинов и Котеночкина, «вступив в преступный сговор», «предвидя неизбежность и наступление общественно-опасных последствий» решили «дискредитировать» российские войска на очередном заседании совета депутатов Красносельского округа Москвы.

Видеозапись того собрания была размещена на официальном сайте и на YouTube-канале совета. На записи Котеночкина огласила вопрос о согласовании плана по досуговой, воспитательной, физкультурной и оздоровительной работе с населением в Красносельском районе. Докладчиком выступал депутат Горинов. Он предложил не принимать план в таком виде: «О каком досуге и развлечениях может идти речь, когда мы сейчас перешли к качественно иному укладу жизни. Когда ведутся на территории соседнего суверенного государства боевые действия, осуществляется агрессия нашей страны.

<…> Я считаю, что все усилия гражданского общества должны быть направлены только на то, чтобы остановить войну и вывести войска России с территории Украины. Вот если бы пункты планов были посвящены этим вопросам, то я бы с удовольствием проголосовал. В таком виде я лично голосовать не буду, а дальше на ваше усмотрение».

Мундеп Алевтина Базеева в ответ на речь Горинова спросила его, чем ему «конкурс рисунков помешал». Горинов ответил, что «это несовместимо, дикость какая-то» [проводить конкурс во время войны]. Базеева возразила: «Я считаю дикостью — не проводить конкурса детского рисунка».

Собственно, за эту дискуссию Горинову грозит реальный срок. Ему вменили пп. «а», «б», «д», ч. 2 ст. 207.3 УК РФ (публичное распространение под видом достоверных сведений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании ВС РФ, лицом с использованием своего служебного положения, группой лиц по предварительному сговору, по мотивам политической ненависти). Елена Котеночкина находится за пределами России и объявлена в розыск.

«Меня пытаются судить за мнение»

Следствию потребовалось всего пять дней, чтобы провести расследование. 19 мая дело передали в Мещанский суд. Процесс проходит под председательством судьи Олеси Менделеевой, известной тем, что ранее слушала «театральное дело» в отношении режиссера Кирилла Серебренникова, а сейчас рассматривает дело братьев Магомедовых.

На первое заседание к суду пришли несколько десятков человек, которые хотели поддержать Горинова. Но лишь малая часть смогла попасть в зал.

– Дима, надо наукой заниматься, а не ходить по судам, — Горинов приветствовал сына перед заседанием. — Какая погода там на улице?

Адвокат Катерина Тертухина ему ответила, что первый день лета начался тепло. Горинов рассказывает, что в его десятиместной камере в СИЗО находится 11 человек — в основном, обвиняемые по ст.159 («Мошенничество»).

– Не занимайтесь предпринимательской деятельностью, — пошутил подсудимый и обратился к слушателям в зале, — Что все такие напряженные? Какие там мировые новости?

– Не могут люди с вами разговаривать, иначе их выведут из зала, — предупредила защитница.

Заседание началось с ходатайства подсудимого. Он попросил создать равные условия со стороной обвинения — участвовать в процессе, не находясь в «аквариуме», а сидеть рядом с адвокатом. По мнению защиты, это унизительно — судить человека «в клетке». Судья Менделеева отклонила это заявление, пояснив, что условия и порядок содержания находятся в компетенции контролирующих органов и не противоречат Конституции.

Следом слово предоставили прокурору. Гособвинительница попросила продлить арест на 6 месяцев. Она считает, что нет никаких оснований для изменения меры пресечения. Адвокат Тертухина возразила и предложила перевести ее доверителя под домашний арест или отпустить под залог. Она представила суду медицинские документы, согласно которым ее подзащитный перенес операцию на лёгком. Помимо этого Горинов болеет три недели, он обращался за медицинской помощью, но ему не оказали должного лечения в изоляторе.

— Я никого не убил и никому не угрожал, меня пытаются судить за мнение, которое было высказано на заседании Совета. Я не понимаю, что делаю в СИЗО. Как известно, изоляторы в Москве переполнены. Изначально я находился в камере, где на четыре койко-места находились семь человек. Честно говоря, не понимаю смысла моего нахождения в СИЗО. В результате такой тюремной жизни я заболел. Мне дают таблетки, которые облегчают состояние, но не лечат. <…> Возможно, это месть, что мы в нашем округе победили «Единую Россию». Лучше бы был избран домашний арест, тогда бы смог быстро вылечиться, — попросил Горинов. На протяжении всего заседания его мучил кашель.

Пока судья находилась на решении в совещательной комнате, Горинов попросил защитницу не привлекать к делу его сына, потому что ему «нужно заниматься наукой», и попытался поговорить с родными. Конвоир сразу пресек общение:

– Будете общаться в СИЗО!

– Зачем его содержать в СИЗО! Он такой замечательный! Я все равно тебя люблю, — сказала жена Горинова. Конвоир потребовал «не устраивать балаган».

После перерыва судья Менделеева постановила продлить стражу Горинову и оставила его в СИЗО на время всего процесса. На этом заседание отложили по просьбе прокурора, поскольку Горинова своевременно не известили о слушаниях. Судья Менделеева предупредила, что в июле заседания будут идти с полудня и до позднего вечера, как «позволяет процессуальное время», то есть до 22 часов.

– Лешик, я люблю тебя. Ты самый лучший! Пошли они все! — на прощание сказала жена Горинова. Следующее заседание назначено 21 июня.