Афины катятся под откос
После крупнейшей в истории страны железнодорожной катастрофы Грецию захлестнули протесты. Но заставить власть полностью изменить курс это снова не сможет
В конце февраля в греческом муниципалитете Темби произошла крупнейшая катастрофа в истории железных дорог страны: пассажирский поезд, шедший из Афин в Салоники, и товарный состав, ехавший в обратном направлении, столкнулись друг с другом. В результате аварии погибло или пропало без вести более 100 человек. Правительство возложило вину на рабочих железной дороги. В ответ люди вышли на улицы с обвинениями в коррупции в адрес властей и требованиями справедливого расследования произошедшего. В итоге в последние недели Греция переживает волну самых массовых протестов со времен долгового кризиса 2009 года.
Однако в стране, где убийства независимых журналистов, расследовавших коррупцию во власти, не раскрываются годами, а действующего премьера то и дело обвиняют в использовании шпионского оборудования для слежки за политическими оппонентами, протесты вызваны далеко не только случившейся катастрофой и реакцией властей на нее.
Сможет ли накопившееся в греческом обществе раздражение привести к перезагрузке политической системы и остановить происходящий в последние годы в Греции авторитарный откат — специально для «Новой-Европа» разбирался политолог Федор Агапов.
Протесты произошли в самый неподходящий для нынешнего премьер-министра Кириакоса Мицотакиса момент, когда его партия готовится к участию в очередных парламентских выборах этой весной.
В августе 2022 года премьер-министр Мицотакис в ответ на вопрос о случае Андрукалиса заявил, что осудил факт слежки сразу же, как узнал о ней. Однако звучало это не слишком убедительно, учитывая, что спецслужбы в Греции находятся у Мицотакиса в полном подчинении. Спустя несколько месяцев журналист Костас Ваксеванис опубликовал расследование, согласно которому слежка велась не только за журналистами и оппозицией, но и за членами правящей партии, включая действующих министров. В конце концов, когда уже зимой во время одного из парламентских заседаний Мицотакису начали задавать вопросы по поводу его причастности к этим прослушкам, он покинул зал, оставив депутатов без ответа.
Важный нюанс состоит в том, что скандал с Predator ставит Грецию в один ряд с Польшей и Венгрией — двумя странами, которых Брюссель уже давно обвиняет в нарушении гражданских свобод. Варшава и Будапешт, согласно докладу Европарламента, также подозревались в использовании устройств для слежки за политическими оппонентами.
Сужение инфопространства
Знание о возможной слежке уже заставило греческих журналистов вести себя гораздо осторожнее. Так, один из главных журналистов страны Кукакис, занимающийся расследованиями коррупции и отмывания денег в Греции, всё чаще стал встречаться со своими источниками вживую, дабы избежать утечки электронных сообщений. Но это только одна из трудностей, с которыми имеют дело греческие СМИ — в последнее время им приходится сталкиваться и с прямым насилием.
В частности, нет практически никаких подвижек в расследовании произошедшего в 2021 году убийства репортера Йоргоса Караиваза, писавшего о коррупции в полиции. Международный комитет по защите журналистов сообщил, что обстоятельства убийства Караиваза схожи с обстоятельствами убийства другого греческого журналиста, работавшего над расследованием коррупции в правоохранительной сфере, Сократиса Гиолиаса, погибшего в 2010 году. Оба преступления были совершены профессиональными киллерами, и работа полиции по их раскрытию результатов так и не дала. И хотя прямых доказательств какого-либо влияния государственных структур на расследование нет, трудно не заметить, что розыск преступников не является приоритетом для греческой полиции и правительства.
греческие медиа испытывают особые, даже по сравнению с проблемами коллег из других стран, проблемы с финансовой независимостью. После долгового кризиса в 2009 году многие СМИ стали переходить в собственность крупного бизнеса,
Коррупция и безответственность
Но кризис СМИ — лишь часть более глобальной проблемы в Греции. Так, комитет Европарламента, посетивший Грецию в начале марта, вынес вердикт, что в стране есть угрозы для верховенства закона (Rule of law). «Система сдержек и противовесов, необходимая для демократии, находится под сильным давлением. <…> Правосудие работает крайне медленно и неэффективно, что приводит к ощущению безнаказанности, а коррупция подрывает общественный сектор», — говорится в официальном заявлении на сайте. Получивший известность во всем мире скандал с коррупцией в самом Европарламенте — Катаргейт — был также связан с Афинами. Задержанная по этому делу вице-председатель Европарламента Ева Кайли представляла в Евросоюзе именно Грецию.
Однако коррупция в Греции затрагивает не только элиты. Сыграла она свою роль и в трагедии со столкновением поездов. Вскоре после произошедшего премьер-министр страны Мицотакис попытался возложить вину за катастрофу на работников железных дорог. Однако еще три года назад в Греции планировалось ввести «Европейскую систему управления движением поездов» (European Train Control System), отвечающую в том числе за безопасность на железных дорогах и автоматическое торможение. Более того, за последние десять лет греческое правительство получило более 700 миллионов евро на модернизацию транспортной системы, так как железные дороги страны уже оценивались как потенциально опасные. Но, как писали New York Times и The Guardian, из-за коррупции внутри министерства транспорта модернизации с введением европейской системы произведено фактически не было.
По этой причине еще до катастрофы один высокопоставленный чиновник Греции уволился в знак протеста против того, что он назвал «неоправданными задержками». А представители профсоюза железнодорожных работников предупреждали правительство Греции о возможности аварий. Например, в начале февраля правящие политики были подвергнуты критике за то, что они игнорируют проблемы в транспортной системе страны. «Мы не машины, но мы управляем машинами, которые должны использоваться правильно, — сказал один из участников протестов. — То, что произошло, — это преступление. Умерли наши сограждане, и государство должно ответить нам, почему так случилось».
