Кровавая пятница

Кто ждал Гиркина

Слышала версию: обстрелом россияне отметили свой юбилей, плюс-минус «промахнувшись» с датой.

12 апреля 2014 года отряд, состоявший из 52 вооруженных диверсантов во главе с Игорем «Стрелковым» Гиркиным, захватил Славянск, стотысячный город на севере Донецкой области, известный производством керамики. Гиркин провозгласил себя «исполняющим обязанности командующего ополчением ДНР» и, одновременно, «главнокомандующим Русской православной армии». Что за такая «армия», откуда она тут взялась и чего хочет, выяснять было поздно. Местный горотдел милиции сопротивления не оказал. Из всего личного состава только пять милиционеров попытались преградить захватчикам доступ в оружейную комнату. Люди в камуфляже без опознавательных знаков, как в Крыму, черных балаклавах, скрывавших лица, и с георгиевскими ленточками на рукавах, ткнув автоматом под ребра, объяснили:

СБУшники последовали примеру благоразумных коллег. Кадры силовиков, расставленные по Донецкой области волей Януковича, уже сбежавшего от Майдана к Путину, могли хоть сейчас произнести: «Служу России!».

13 апреля исполняющий обязанности президента Украины Александр Турчинов, в ту пору секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины, объявил о начале антитеррористической операции на Донбассе и призвал пророссийских боевиков, так их поначалу именовали, сдать оружие. В тот же день группа захвата объявила: «народным мэром» восставшего против «киевской хунты» Славянска становится местный предприниматель Вячеслав Пономарев. Последний бледнел уже только от упоминания о «полковнике Гиркине» и его методах работы. В здании бывшего горотдела СБУ, двухэтажном купеческом особняке темно-красного кирпича, Гиркин устроил штаб, а в подвале — пыточную, где совершались внесудебные казни.

Ошалевшие от новостей горожане (до того их более всего пугали новости из Киева, где захватили власть «бендеровцы») приняли смену декораций как данность. К тому, что приход России или хотя бы ее полномочных посланцев — благо, их, кроме пропагандистов ныне запрещенной компартии Украины, готовили священники православной церкви Московского патриархата.

Надо уточнить: к началу 2014-го здесь все храмы принадлежали УПЦ МП, а в тридцати километрах, в Святогорске, находился вообще форпост духовности на востоке Украины, Свято-Успенская лавра. (Сейчас по Свято-Успенской лавре российские ракеты лупят регулярно, не жалея ни строений с куполами, ни жизней монахов.) Единственная церковь Киевского патриархата ютилась в приспособленном помещении на улице Шевченко, в хатке, примыкавшей к караван-сараю со множеством вывесок, которые венчала надпись «Секонд хэнд».

Коммунисты напирали на то, что Славянск собираются оккупировать… американцы, разнюхавшие о здешних богатых недрах, в частности, месторождении сланцевого газа.

— подобные «майданы» в городе собирали немало публики. Батюшки работали своими методами и в собственных интересах конкурентной борьбы. В Славянске, так сложилось исторически, действовала крупная протестантская община, несколько тысяч баптистов и пятидесятников. Протестанты, люди непьющие, многодетные семьянины, трудолюбивые, а потому, в большинстве своем, небедные, отнеслись к демократическим переменам, которые принес Украине Майдан, с симпатией и поддержкой. Следовательно, на месте их приравняли к «бендеровцам» и не могли не поделиться своими соображениями с новой властью. За время оккупации Славянска протестантов здесь не раз брали в заложники с требованием выкупа, а четырех христиан-пятидесятников из церкви «Преображение Господне» зверски замучили.

Известно немало случаев не просто духовного окормления террористов со стороны славянских священников УПЦ МП времен оккупации города. Сохранились видео: настоятель храма Святого духа отец Олег вместе с «главнокомандующим Русской православной армии» Гиркиным освящает боевые знамена, а потом брызгает святой водой на «Нону», артиллерийскую установку: чтобы хорошо била украинских АТОшников!

О том, где именно хранился оружейный запас в ожидании часа «Ч», то есть, набега «освободителей» на Славянск, в ту пору тоже говорили, в том числе представители украинских спецслужб, хотя и не под запись. В обширных подвалах Александро-Невского кафедрального собора, что сиял золотом рядом с железнодорожным вокзалом, после освобождения Славянска провели обыск с привлечением понятых, а настоятеля храма задержали.

Хотя к слову «освобождение» нужна ремарка. Одна из самых загадочных историй начала российско-украинской войны связана с тем, как в ночь на 5 июня 2014 года боевики, приросшие численно за два месяца, стремительно покинули Славянск, который силы АТО даже не думали брать штурмом. Местные гражданские активисты, остававшиеся в подполье, — в частности, нынешний аналитик общественной организации «Сильні громади» Денис Бигунов, он после оккупации работал в горисполкоме, — рассказывал мне: на блокпостах находили не только брошенные куртки, но еще дымящиеся сигареты и теплый чай в кружках… Картина выглядела как «город сдал — город принял». Правда, следующим городом, куда вступила «Русская православная армия», растворившись в массе себе подобных банд, оказался Донецк.

Спасатель Дудник

В Славянск, приходящий в себя после ада «русского мира», я приехала в командировку в сентябре 2014-го и потом бывала еще несколько раз. Имела возможность наблюдать динамику. Город оплакивал своих мертвых, встречал своих беженцев, которые возвращались из курортного Славяногорска и цветущего Мариуполя, и тех, кто ехал сюда спасаться из Донецка, ремонтировал разбитые обстрелами крыши, разбирал завалы деревьев, отмывал в многоэтажках уцелевшие окна, заклеенные полосами бумаги крест-накрест. Знакомство с пастором церкви «Добрая весть» Петром Дудником помогло разобраться в особенностях характера жителей этого не шахтерского места Донбасса.

В страшные для громады дни пастор и члены церкви стали фактически единственными, кто взял на себя миссию власти — опеки над земляками, оказавшимися в западне. Жену и детей (двое собственных, четверо усыновленных) Дудник отправил к родителям, в центральную часть Украины, как только в Славянске началась стрельба. Но жена исполняла функции диспетчера на дистанции. Записывала, кто решил эвакуироваться на личном транспорте членов церкви. Лежачих больных доставляли в Харьков, здоровых — до Изюма или Святогорска. Тем, у кого не нашлось родни, устраивали размещение. Разумеется, все делали бесплатно.

Он подбирал в микроавтобус тех, кто хотел эвакуироваться уже за пределами блокпостов, на нейтральной, ничейной территории. И продолжал организовывать помощь остающимся внутри. Вот что рассказывал Петр Анатольевич:

— Когда в городе начал исчезать хлеб, насушили сухарей и стали готовиться к открытию пунктов горячего питания. Разносили продукты и памперсы по квартирам, где еще оставались семьи с детьми. Те, кто хоть сколько-нибудь разбирались в медицине, шли с лекарствами к немощным и старым. Отдельная команда занималась лагерем «Спутник» в Славяногорске, не только кухней и прачечной, но и душепопечением. Нервные срывы и депрессии мог снять лишь тот, кто сам прятался в подвалах от «Ноны». И по три раза в день молились за Славянск. Старались держать такую картину: Бог не сотрет Славянск с лица земли. Вера — Библия ее называет уверенностью в невидимом и осуществлением ожидаемого — давала энергию.

Поскольку в церкви «Добрая весть» существовал, не в пример государственным структурам, учет эвакуированных, можно точно назвать цифры. Три с половиной тысячи безусловно спасенных жизней. Часть горожан, когда стали возвращаться домой, звонили по старой привычке на известный номер и спрашивали: «Назад отвезете? Что за дела, у меня денег нет, все уже потратили. Выручил — спасибо, теперь верни на место!» Иные же вообще бубнили: «С русскими надо договариваться, а не воевать, они нам плохого не хотят, это не американцы…»

А вот мои заметки-впечатления из Славянска образца 2017-го года: «…На каждом углу — бело-голубые (корпоративные цвета партии Януковича, — О.М.), знакового, еще не забытого окраса сити-лайты партии «Наш край» (пророссийская политическая сила, созданная выходцами из запрещенной уже партии Януковича, — О.М.) Здесь же офис Донецкой областной организации этой партии. Солидное здание, стены облицованы плиткой, как в бане, окна залеплены напоминаниями «наш край, наш край, наш край». А чей же еще? Джипы у входа. Хозяева отмылись, вернулись.

В двух шагах от такой красоты — заброшенное здание телекомпании ТОР. Сквозь трещины бурьяны проросли, битое стекло, матерщина наскальных надписей. И мемориальная доска: «Тут работал и трагически погиб 3 июля 2001 года талантливый журналист Игорь Александров».

Буду повторять слова человека, который во время оккупации Славянска оставался бороться в подполье, по лезвию ходил, и сейчас не теряет надежды, работает: «Вода еще мутная, но реку мы уже повернули в нужное русло». Хочу, чтобы он оказался прав. Сегодня готова деанонимизировать этого человека — Олег Котенко, Уполномоченный по вопросам лиц, пропавших без вести при особых обстоятельствах.

Впечатления 2021 года из материала журналистов украинской редакции «Радио Свобода»: «Местного политика, в прошлом члена партии Януковича, еще недавно мэра города Вадима Ляха назначили главой военно-гражданской администрации Славянска. В городе не прекращаются протесты. Проукраинские активисты жгут шины.

Людей возмутило назначение Ляха. Они настаивают на том, что назначенный — сам пророссийский». Журналисты цитируют слова ветерана 54-й отдельной механизированной бригады, который считает «унизительным» факт: Ляху, чтобы тот смог возглавить военно-гражданскую администрацию, дали возможность «немного послужить в бригаде, где погибло много побратимов-героев». В то ж время Павел Кириленко, глава военно-гражданской администрации области, уверен: «У Ляха есть в городе и авторитет, и рейтинг. Если его поставить на ровные «рельсы» и понимать, какую работу надо проводить, может ли он выровнять ситуацию? Такой у меня был аргумент. Все направлено исключительно на проукраинскую позицию, чтобы не отдавать пророссийским силам Славянск».

Пастор Дудник. Славянск. 14 апреля 2023. Видео: Facebook

Сегодня глава военной администрации Славянска Вадим Лях, пастор Петр Дудник, спасатели службы чрезвычайных ситуаций, полицейские, коммунальщики, гражданский актив города — вместе. В городе, где остается примерно 50 тысяч населения, действует программа помощи жителям, получившим ранения вследствие обстрела. Родным погибших выдают единовременную материальную помощь. Подключилось несколько зарубежных благотворительных фондов и волонтеры. Власти считают: события последних дней дают основания просить и даже требовать от населения, особенно семей с детьми, эвакуироваться бесплатными, а также санитарными поездами на подготовленные локации во Львов, Киев, Житомирскую область, Польшу и Чехию.

Киев