Вон из дома

— Зачем российским властям было необходимо принимать этот указ именно сейчас? Как мы видим по ходу войны, отдельные законы для депортации неугодных людей им особо не были нужны. К тому же разве этим они не закрепляют то, что Россия на законодательном уровне занимается депортациями? Может ли этот указ стать дополнительным свидетельством военных преступлений для международного суда?

— Возможно, [указ] стал закономерной реакцией на очередные провалы в аннексии [украинских] территорий и интеграции их населения. Этим указом жители оккупированных территорий, по сути, ставятся в безвыходное положение. Если они отказываются от получения российского гражданства, то в отношении них принимают решения о депортации, реадмиссии, административном выдворении, запрете на въезд на территорию РФ, сокращении срока временного пребывания, нежелательности пребывания в России, лишении статуса беженца или временного убежища, об аннулировании вида на жительство. [Депортировать их могут и если они] создают угрозу национальной безопасности Российской Федерации, в том числе выступают за насильственное изменение основ конституционного строя Российской Федерации, или финансируют, планируют террористические (экстремистские) акты, оказывают содействие в совершении таких актов либо совершают их, а равно иными действиями поддерживают террористическую (экстремистскую) деятельность, или посягают на общественный порядок и общественную безопасность, в том числе участвуют в несанкционированных собрании, митинге, демонстрации, шествии или пикетировании.

Или же они получают российское гражданство, но этого гражданства их могут лишить в порядке, установленном в статье 26 ФЗ от 28 апреля 2023 года № 138-ФЗ «О гражданстве Российской Федерации», если они «представляют угрозу национальной безопасности».

Депортация как один видов военных преступлений предусмотрена Римским статутом Международного уголовного суда. Нужно понимать: всё, что делают и решают российские власти, ляжет в основу обвинения в военных преступлениях.

— Насколько легитимно утверждение, что этот указ подобен тем, которые были в СССР? Чем такие депортации будут отличаться от советских?

— С одной стороны, очень много похожего: советские власти так же находили предлог, называли ту или иную этничность или национальность «предательской» и «опасной». Люди лишались дома, нормальной жизни, трудовой и личной свободы и отправлялись в другие регионы. С другой стороны, сейчас депортировать жителей оккупированных территорий придется в страну, где идет война.

— Какая вообще логика у подобного законотворчества, в чем его юридическая необходимость в контексте войны? 

— Юридические механизмы давно стали лишь инструментом политической воли. Никакого правового смысла в этом «законотворчестве» нет. Можно предположить, что не все жители оккупированных территорий хотят вступать в российское гражданство, а власти таким образом стремятся их запугать.

— В указе прописано, что исключением станут те, кто воюет за Россию. Это значит, что им можно не принимать гражданство? 

— В отношении них не будут приниматься меры по депортации и административному выдворению, то есть [воюя на стороне России] они получают своего рода индульгенцию.

— Как в этом указе определены критерии угрозы национальной безопасности? Это же по факту возможность депортировать любого, кто властям на месте просто не нравится? 

— Это не первый нормативный правовой акт, в котором власти упоминают категорию «угроза национальной безопасности». Текущая правоприменительная практика показывает, что четких критериев угрозы национальной безопасности нет и власти действительно могут депортировать кого угодно, — это уже происходило в отношении иностранцев в Российской Федерации.

Как указывал Европейский суд по правам человека, «лежащая на государствах ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает их контролировать въезд в страну, пребывание иностранцев и депортацию за пределы страны правонарушителей из их числа. Однако подобные решения, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должны быть оправданы крайней социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели». 

(то есть важно учитывать, что у человека, скорее всего, установлена прочная связь с конкретным местом, налажена социальная коммуникация и т. д.). Но, разумеется, никакого следования международно-правовым стандартам в области соблюдения и охраны прав человека в данном случае ожидать не стоит.

— Понятно ли, как депортации будут осуществляться на практике?

— Мы знаем, как депортация осуществляется в РФ: человека помещают в центр временного содержания и оттуда выдворяют. Но есть ли на оккупированных территориях эти центры? Возможно, стоит ожидать, что людей будут помещать в пыточные условия в СИЗО, например.

— Следует ли из указа, что официальные документы, которые были у жителей ЛДНР, больше не имеют веса? 

— Они перестанут действовать с 1 июля 2024 года.

— Некоторые политологи считают, что указ связан с предстоящими выборами в России в 2024 году. Но смогут ли «новые граждане» вообще на них голосовать?

— Согласно ст. 14 Федерального Конституционного закона от 30 мая 2001 года № 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении», на территории, на которой введено чрезвычайное положение, выборы и референдумы не проводятся в течение всего периода действия чрезвычайного положения. 

Сейчас на оккупированных территориях введен режим ЧП, и при таких вводных выборы президента РФ пройти там не могут. Но сам по себе ФЗ от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» не содержит ограничений на участие в выборах «новых граждан РФ».