Черногорский шанс

Новый президент — новая партия

В этом году во внутренней политике Черногории произошли кардинальные изменения. Весной окончательное поражение на президентских выборах потерпел Мило Джуканович, который правил страной начиная с 1997 года. Джуканович уступил победу Якову Милатовичу, второму по значимости представителю движения «Европа сейчас», основанного в прошлом году, но быстро набравшего популярность. А его лидер и соратник Милатовича, Милойко Спайич, привел «Европу сейчас» к победе на только что прошедших парламентских выборах.

Главным конкурентом «Европы сейчас», согласно предвыборным опросам, оставалась Демократическая партия социалистов, бывшая партия Мило Джукановича, из которой он ушел в апреле этого года, — за нее были готовы отдать голоса от 20% до 24% избирателей. Предварительные результаты подтвердили прогнозы. Партия получила около 23% голосов, заняв, соответственно, второе место, — что служит символическим доказательством: эпоха Джукановича в политической жизни Черногории завершена.

Прямым конкурентом за голоса избирателей для «Европы сейчас» также стала либеральная коалиция, состоящая из партий «Демократическая Черногория» и «Объединенное реформистское действие». Электорат «Европы сейчас» и этих партий в значительной степени совпадает, и поэтому последние две сформировали коалицию перед выборами. Согласно опросам, они могли набрать от 12% до 15% избирателей, и в итоге получили 13%.

Еще одной важной политической силой в Черногории являются сербские националисты из «Демократического фронта». Лидеры этой партии — Андрия Мандич и Милан Кнежевич — недавно приняли участие в партийном митинге президента Сербии Александара Вучича в Белграде. Демократический фронт рассчитывал получить 13% голосов, но в итоге их результат будет около 15%.

Более высокие результаты, чем ожидалось по опросам, националисты смогли получить из-за неожиданно низкой явки в прошедшее воскресенье. До участков дошли только 56,4% жителей Черногории, хотя в прошлые парламентские выборы явка составляла, как правило, около 75%. Снижение интереса к выборам, вероятно, связано с тем, что голосование за депутатов парламента прошло всего спустя несколько месяцев после определяющих жизнь Черногории президентских выборов. Кроме того, после поражения Джукановича в апреле ДПС фактически лишилась возможности использовать административный ресурс на выборах, что в итоге сказалось как на результате партии, так и на показателе явки.

Черногорский крипто-рай

Предшествовавшие парламентским выборам серьезные изменения в политике Черногории определили и характер прошедшей предвыборной кампании. Если накануне выборов президента дискурс был сфокусирован на необходимости триумфа над бывшим президентом страны, Мило Джукановичем, и все политические силы были нацелены на победу над ДПС, то перед июньскими парламентскими выборами коалиция антиджукановских сил распалась и возобладала межпартийная конкуренция.

В ходе кампании националисты из «Демократического фронта» резко поменяли тактику и лидера. Вместо Андрии Мандича, который потерпел поражение на выборах президента, партию возглавил Милан Кнежевич. В свою очередь, он уже в ходе президентской кампании сменил риторику с ярко-националистической на умеренно-правую: не раз повторял, что поддерживает политику национального примирения и уважения в Черногории, а также более часто стал обращаться к идеологическим истокам партии — сербскому национализму. Ярким его заявлением стало обещание отменить признание независимости Республики Косово.

Однако основной ход избирательной кампании определило противостояние между движением «Европа сейчас» и коалицией «Демократической Черногории» и «Объединенного реформистского действия».

За несколько дней до выборов Дритан Абазович, текущий премьер-министр Черногории, созвал заседание государственного Совета по безопасности, на котором уличил лидера «Европа сейчас» Милойко Спайича в криминальных связях с корейским криптовалютным мошенником До Квоном, арестованным в Черногории в конце марта по обвинениям США. В ответ Спайич сообщил о том, что Абазович пользуется государственными ресурсами для проведения своей предвыборной кампании.

Движение «Европа сейчас» действительно в своей платформе делало ставку на то, что Черногория должна стать раем для криптовалют, а сам Спайич не скрывал того факта, что он оказывает поддержку бизнесмену российского происхождения Виталию Бутерину, сооснователю проекта Ethereum, в его деятельности в Черногории.

Соперники также обвиняли «Европу сейчас» в популизме из-за обещаний поднять минимальные зарплаты и пенсии, несмотря на то, что в 2020-2022 годах, когда движение входило в правительство Черногории, ему действительно удалось повысить уровень жизни. Правда, в этот же период снизилось качество здравоохранения и других обеспечиваемых государством услуг населению.

Между либералами и прежней властью

Хотя после победы на выборах движение «Европа сейчас» получило возможность сформировать правительство, сделать это в одиночку у партии не выйдет. По предварительным результатам, движение получает 23 мандата в парламенте, в то время как для большинства нужен 41 мандат. Таким образом, победителям придется договариваться с кем-либо из своих конкурентов, за исключением разве что националистов из «Демократического фронта», который «Европа сейчас» определенно не захочет видеть в правительстве.

Один из реалистичных сценариев — сформировать правительство с Алексой Бечичем и Абазовичем, лидерами коалиции «Демократической Черногории» и «Объединенного реформистского действия», которые получат 11 мандатов. Если к объединению «Европы сейчас» и коалиции либералов также примкнут партии национальных меньшинств — босняцкой, албанской и хорватской — с их 10 мандатами, то этого количества мест будет достаточно для того, чтобы сформировать стабильный кабинет министров. Скажем честно, нечастый случай для черногорской политики.

Альтернативным сценарием является коалиция «Европы сейчас» с реформированной Демократической партией социалистов, которая получила 22 мандата. И хотя этот вариант менее желателен для движения, так как электорат еще не забыл долгий период правления Джукановича, он возможен, если Бечич и Абазович будут требовать для своих партий слишком большого влияния в новом кабинете.

У Лепосавича непростая биография — этот сербский националист женат на американке, которая работает в Министерстве обороны США. На выборах он рассчитывал забрать часть голосов у других националистов из «Демократического фронта» и преодолеть таким образом трехпроцентный избирательный барьер. В отличие от лидеров «Демократического фронта», Лепосавич никак не связан с президентом Сербии Александром Вучичем, а значит, «Европа сейчас» могла бы включить его, как и остальные партии нацменьшинств, в коалицию.

Однако, по последним данным, партия Лепосавича не преодолевает избирательный барьер, поэтому «Европе сейчас» придется выбирать между союзом с близкими идеологически коалицией либералов или реформирующейся бывшей партией Джукановича.

Курс прежний

Однако, какой бы из двух реалистичных сценариев формирования правительства ни выбрало движение «Европа сейчас», Черногория останется прозападным государством, то есть продолжит быть лояльным членом НАТО, перспективным кандидатом в члены ЕС и не станет отменять или смягчать уже введенные санкции против России.

Политическая же стабильность внутри страны будет зависеть от успехов экономических реформ. Если в течение следующих нескольких лет «Европа сейчас» не оправдает ожиданий быстрого экономического роста, сложившихся у электората, расклад политических сил в Черногории может измениться. Но даже при таком развитии событий значительного успеха партий сербских националистов ждать не стоит, а значит внешнеполитический курс Черногории на сближение с ЕС и НАТО останется прежним