«Через десять лет это все забудут»

В 2017-м защитница Спейси сказала, что Рэпп подал иск из зависти, так как он «не смог добиться такого международного успеха, как Спейси» и хотел «пропиариться». Адвокат назвала своего подзащитного «жертвой движения #MeToo», а в интернете начались массовые обсуждения опасностей «культуры отмены». Карьера актера действительно пострадала: из-за скандала его лишили главной роли в сериале «Карточный домик», а Ридли Скотт вырезал сцены с Кевином из фильма «Все деньги мира» всего за несколько недель до премьеры и экстренно переснял их с другим актером. Более того, создатели «Карточного домика» отсудили у Спейси 31 млн долларов в качестве компенсации за ущерб, причиненный сериалу: после скандала персонажа Спейси пришлось убить, а шоу сначала перекроить, а потом и вовсе закрыть. В течение шести лет Спейси не снимался в крупных голливудских проектах — продюсеры не готовы были рисковать. По его словам, обвинения в сексуализированном насилии разрушили его жизнь в считаные дни.

— сказал актер на последнем заседании суда. Присяжные посчитали его аргументы более весомыми, чем свидетельства против него.

Невозможно достоверно установить, правда ли Спейси принуждал мужчин к сексу или никогда не переходил границу ни к чему не обязывающего флирта. В делах о сексуализированном насилии многолетней давности очень трудно что-либо доказать, а «неподобающее поведение» — это вообще серая зона, которая с трудом поддается юридической интерпретации. Для кого-то делать комплименты внешности своих подчиненных — неподобающее поведение, для кого-то — «безобидная» привычка. Часто подобные ситуации решаются в досудебном порядке — обвинитель получает компенсацию в обмен на молчание. И, конечно, многие жертвы так и не решаются высказаться: даже если обвинения будут доказаны, риск прослыть «скандалисткой» или «трудной в работе» слишком велик, ведь это может стоить карьеры. Это одна из главных проблем, которые подчеркивали участницы #MeToo: пережившие насилие редко готовы о нем говорить, а когда всё-таки осмеливаются, то сталкиваются с осуждением, и зачастую победителем из конфликта выходит тот, у кого больше власти и связей (то есть актор насилия). Недаром главный монстр Голливуда Харви Вайнштейн продолжал принуждать актрис к сексу и рушить их карьеры много лет после того, как были выдвинуты первые обвинения.

Методы Вайнштейна, разоблачение которого и привело во многом к старту полномасштабной кампании #MeToo, как раз включали в себя постепенный переход от привычного «неподобающего поведения» к прямому насилию в отношении людей, зависимых от него. Массовое заключение договоров о выплатах в обмен на пожизненное молчание тоже было частью конвейера рабочего насилия Харви Вайнштейна (подробнее об этом можно прочитать, например, в историческом уже материале New York Times).

Пока что сравнить его не с чем (дело Джонни Деппа при возможном поверхностном сходстве относится к другой категории — внутрисемейных разбирательств. — Прим. ред.). Но мы знаем, что, когда дело касается знаменитых белых мужчин, Голливуд легко прощает: взять того же Мела Гибсона, который знаменит своими антисемитскими высказываниями, но «отмены» пока не дождался. Скандалы на сексуальной почве и обвинения в насилии караются тяжелее, чем хейтспич, однако вовсе не означают конец карьеры. Джеймс Франко много лет отвечает на обвинения в сексуализированном насилии и даже признал какую-то часть вины, но продолжает сниматься.

«Через десять лет это все забудут», — уверен оправданный Кевин Спейси. Что ж, даже те американские актеры и режиссеры, которые были замешаны в совсем уж неприятных скандалах, обычно продолжают карьеру — но уже в Европе. Вуди Аллен и Роман Полански, которых признали виновными в сексуальном насилии над детьми, — наиболее известные из примеров. Возможно, Спейси тоже будет больше участвовать в европейских проектах, ведь еще до снятия обвинений ему предложили роль в фильме о ложных обвинениях в педофилии, а недавно вручили премию за карьерные достижения в Италии. «Я знаю много людей, которые готовы нанять меня, как только обвинения будут сняты, — заявил Спейси в интервью. — В ту же секунду они будут готовы со мной работать». В этом нет никаких сомнений: в отличие от актрис, для мужчин-актеров 64 года — возраст, когда карьеру можно успешно перезапустить.

Что это всё значит для движения #MeToo в целом? Те, кого особенно волновала «культура отмены», якобы угрожающая невинным мужчинам, ликуют, а кто-то даже говорит о «смерти» движения. Но смысл #MeToo не в том, чтобы выиграть как можно больше судов, а в гласности. Это создание ситуации, в которой жертвы домогательств могут без страха, открыто высказаться о пережитом насилии, пойти в суд, не боясь уничтожить собственную карьеру, и на равных выступать против самых влиятельных людей индустрии.

В этом плане многое уже изменилось. Тот же Вайнштейн, долгие годы считавшийся неуязвимым, сидит в тюрьме, а звание участниц #MeToo гордо несут звезды уровня Николь Кидман. Возможно, в Голливуде волна #MeToo сейчас находится на спаде (хотя возглавляемая профсоюзами борьба за права сотрудников индустрии в целом, наоборот, обострена до предела), но в других странах этот процесс только начинается: прямо сейчас громкие разбирательства о домогательствах, например, идут в Тайване. Символично, что тайваньское движение началось после выхода драмы под названием Wave makers. Любая волна со временем сходит на нет, но на ее место приходит новая — видимо, так будет и с #MeToo.