Почему на самом деле поругались Киев и Варшава

«Украина ведет себя как утопающий, цепляющийся за всё, за что может, но мы имеем право защищать себя, — заявил президент Польши Анджей Дуда на пресс-конференции 19 сентября 2023 года в ходе недели высокого уровня Генеральной Ассамблеи ООН. — Потому что, если тонущий человек утопит нас, он не получит помощи», — добавил он.

Резкое заявление польского президента стало реакцией на то, что 18 сентября Украина подала иск против Польши, Венгрии и Словакии во Всемирную торговую организацию (ВТО) из-за одностороннего ввода эмбарго на украинское зерно. Двумя днями ранее ЕС снял запрет на импорт зерновых в эти страны, но Польша, Венгрия и Словакия сразу же выступили против этого решения.

Подлил масла в огонь разгорающегося конфликта и президент Украины Владимир Зеленский, сообщив с трибуны Генассамблеи ООН, что «политический театр» вокруг поставок зерна идет на пользу только Москве.

Однако скандал вокруг запрета на поставку зерна — не единственный случившийся между Польшей и Украиной в последнее время. Еще один эпизод — случайное приглашение ветерана дивизии СС «Галиция» на заседание канадского парламента при участии Владимира Зеленского. Плюс к этому в конце сентября польские следователи пришли к выводу, что ракета, которая в ноябре 2022 года упала в Люблинском воеводстве, всё-таки была украинской. В свое время этот инцидент вызвал международный скандал, накалив атмосферу между НАТО и Россией до предела.

Наряду с громкими высказываниями и символическими шагами охлаждение взаимоотношений сторон выражается и в конкретных политических решениях. Самое заметное из них — прекращение военных поставок Польши в Украину. Хотя польский премьер объяснил это желанием Варшавы пополнить собственные запасы вооружения после передачи большей их части Киеву, решение было принято на фоне ухудшения отношений и через день после скандала, вызванного выступлением Зеленского в ООН.

Кажется, отношения двух стран находятся в худшем состоянии после начала российского вторжения, и Польша, ставшая за последние полтора года самым преданным союзником Украины, решила свернуть свою безусловную поддержку Киева.

Но, возможно,

Союзник на пять

С самого начала российского вторжения Польша была ключевым сторонником Украины в ЕС. Причем ее поддержка была действенной и не ограничивалась лишь риторикой.

Во-первых, Польша приняла больше всего беженцев из Украины. По данным на сентябрь 2023 года, из 8 миллионов граждан Украины, бежавших от войны в ЕС, 1,5 миллиона зарегистрированы в Польше. Это в полтора раза больше, чем в Германии, которая находится на втором месте в этом рейтинге, приняв 1 миллион беженцев.

Во-вторых, на помощь беженцам Варшава выделила 15,4 миллиарда евро, или 2,5% от всего ВВП республики, что больше финансовой помощи любой другой страны и в абсолютных, и в относительных величинах. Германия потратила пока что почти 14 миллиардов, что составляет 0,4% ее ВВП.

В-третьих, по объему остальной помощи, включающей гуманитарную и финансовую, а также военные поставки, Польша находится на шестом месте в мире: ее вклад оценивается в 4,2 миллиарда евро. И хотя по этому показателю Германия всё же обгоняет Польшу, именно Варшава, несмотря на осторожные отношения других европейских стран, в начале 2023 года первой поставила Украине танки Leopard 2.

В-четвертых, Польша — один из главных сторонников усиления санкционного давления на Россию. Варшава часто инициирует обсуждение новых санкционных мер на уровне ЕС, выступая затем единым фронтом с Балтийскими странами и Чехией.

Наконец, Украину поддерживает и польское общество. Так, весной 2023 года больше 80% опрошенного населения Польши высказались за оказание разного рода помощи Украине: военные поставки, гуманитарная помощь, прием беженцев, санкции против России и даже получение Украиной статуса кандидата в ЕС. По каждому из этих показателей у поляков результат заметно выше, чем в среднем по Евросоюзу.

Зерно раздора

Но несмотря на тесные связи и поддержку Украины в войне, впервые отношения между двумя странами обострились весной 2023 года. Причиной оказалось украинское зерно.

Когда стало понятно, что российское вторжение существенно осложнило экспорт зерна из Украины, в ЕС были созданы специальные логистические цепочки — так называемые линии солидарности. По этим маршрутам украинское зерно должно было проходить транзитом в Европу и тем самым поддерживать финансовое положение страны. Однако на практике оказалось, что линии солидарности работают не так, как задумано: значительная часть дешевой украинской продукции не доходила до стран назначения, оседая в странах Восточной Европы и вызывая снижение цен на зерно. Кроме того, логистические цепочки были плохо подготовлены: украинское зерно заняло большую часть складов, в результате чего местным производителям оказалось либо негде, либо сильно дороже размещать свою продукцию. Из-за этого в середине апреля 2023 года пять европейских стран — Польша, Словакия, Румыния, Венгрия и Болгария — ввели полный запрет на импорт украинских зерновых.

Тогда Брюссель пришел к своеобразному, но компромиссному решению: транзит зерновых через Восточную Европу возобновлялся, однако сам импорт в пять стран с перенасыщенным рынком оставался под временным запретом. Одновременно ЕС направил 156 миллионов евро в поддержку восточноевропейских аграриев.

Однако такое компромиссное положение дел продержалось недолго. 15 сентября, после анализа данных по импорту украинских зерновых, Еврокомиссия пришла к выводу, что рынок стабилизировался, и сняла введенное эмбарго. Взамен по договоренности с Еврокомиссией Украина должна в тридцатидневный срок выработать законодательные меры по регулированию своего экспорта. Например, Киев должен создать системы экспортного лицензирования, чтобы к продаже и транспорту зерна допускались проверенные поставщики и на определенный период, а саму лицензию в случае скачка цен можно было бы отозвать.

Пока же эти законодательные меры не выработаны, Украине, по решению Брюсселя, следует добиваться контроля над потоками экспорта существующими инструментами. К ним относится, в частности, установка специальных трекеров на грузовики или железнодорожные вагоны, которые позволят отслеживать, что зерно действительно идет транзитом, а не оседает в странах по пути.

Однако это решение Еврокомиссии явно не обрадовало правительства Польши, Венгрии и Словакии: в тот же день страны заявили, что в одностороннем порядке оставляют в силе эмбарго на импорт украинских зерновых. При этом инициатором решения была именно Польша, Словакия лишь последовала примеру. Это и стало триггером нынешнего конфликта, после этого Украина обратилась с жалобой в ВТО.

Скоро выборы

Однако тот факт, что лишь в случае с Польшей зерновой кризис вылился во внешнеполитические противоречия, заставляет думать о том, что у конфликта есть и другие причины.

Как уже писала «Новая-Европа», аграрии из восточных регионов Польши составляют важную часть ядра поддержки правящей партии «Право и справедливость» (PiS).

К концу сентября 2023 года рейтинг «Права и справедливости» составляет 38%. Главная оппозиционная партия, праволиберальная «Гражданская платформа», отстает, но не сильно: ее сторонники готовы принести ей 30% потенциальных голосов. Коалиция социал-демократических сил «Левые» и центристское объединение «Третий путь» сейчас набирают по 10%, а ультраправая «Конфедерация свободы и независимости» — 9%. Это значит, что, хотя лидерство и сохраняется, PiS пока не хватает голосов для формирования правительства.

По закону, после выборов президент республики должен назначить премьер-министра и членов правительства — обычно это члены партии, набравшей наибольшее количество голосов. Однако, чтобы правительство вступило в полномочия, оно должно быть утверждено в парламенте — для этого необходимо абсолютное большинство голосов (50% +1 голос, то есть «за» должны выступить 231 из 460 депутатов). Если набрать столько не получается, то кандидатуру премьер-министра смогут выдвинуть сами члены польского сейма. Любой из выдвинутых кандидатов также должен набрать абсолютное большинство голосов. В случае же, если и это никому не удается, будут назначены новые выборы.

И в 2015, и в 2019 годах PiS смогла сформировать правительство единолично, получив абсолютное большинство мест в сейме. Сейчас же, по подсчетам исследователей Ipsos, партия может получить лишь 207 мандатов.

Кроме того, на недавнем партийном конгрессе в Катовице один из лидеров «Конфедерации» Славомир Менцен заявил, что коалиция с PiS была бы для его партии «самоубийством». Летом 2023 года 69% сторонников «Конфедерации» не поддерживали потенциальный союз с правящей партией. Так что, как бы ни были близки идеологически позиции «Конфедерации» и PiS, они совершенно не обязательно образуют коалицию, считает старший исследователь Европейского совета по международным отношениям (ECFR) Павел Зерка.

На фоне стремительно ухудшающейся в стране ситуации с верховенством права и правами человека «Конфедерация» может, наоборот, выступить против закрепления гегемонии PiS и таким образом повысить шансы на новые выборы, к которым партия рассчитывает подойти в еще более сильной позиции, считает эксперт. Дело в том, что техническое правительство, которое будет действовать до повторных выборов, получит урезанные полномочия, особенно в части влияния на государственные СМИ, что должно помочь оппозиции, которая сейчас испытывает явный недостаток в доступе к общегосударственным каналам вещания для проведения предвыборной агитации.

Потенциальная коалиция оппозиционных сил — «Гражданская платформа», «Левые» и «Третий путь» — пока что может рассчитывать в сумме на 230 мандатов. Этого тоже не хватит для формирования правительства. Однако здесь для PiS возникает новая проблема — угроза протестной мобилизации. В ходе последних опросов 62% респондентов заявили, что ни при каких условиях не будут голосовать за PiS. При этом готовность прийти на выборы среди оппозиционеров выше, замечает Зерка. Так, среди сторонников «Гражданской платформы» готовы пойти голосовать 93%, среди сторонников «Левых» — 88%, а среди сторонников PiS — 87%. Это еще больше осложняет для правящей партии путь к победе.

Мобилизация через референдум

С таким набором трудностей перед PiS возникают две задачи. Первая заключается в том, чтобы не допустить чрезмерного усиления «Конфедерации», а по возможности — и оттянуть у нее голоса. Именно с этим, по мнению Зерки, связано двоякое высказывание премьер-министра страны Матеуша Моравецкого: Польша «больше не передает никакого оружия Украине, потому что сейчас мы вооружаемся самым современным оружием».

Это высказывание направлено одновременно и на польских патриотов, выступающих за усиление страны, и на сторонников «Конфедерации», которая всегда была против военных поставок Украине. Это позволяет PiS если не переманить электорат «Конфедерации» на свою сторону, то по крайней мере расположить его к потенциальной коалиции.

Второй задачей PiS является максимальная мобилизация своих сторонников для участия в голосовании. Для этого правящая партия планирует в день выборов провести референдум, на который будет вынесено четыре вопроса:

• 1.«Поддерживаете ли вы распродажу государственных активов иностранным компаниям, ведущую к потере поляками контроля над стратегическими секторами экономики?»
• 2.«Поддерживаете ли вы повышение пенсионного возраста, включая восстановление повышенного пенсионного возраста до 67 лет для мужчин и женщин?»
• 3.«Поддерживаете ли вы прием тысяч нелегальных мигрантов с Ближнего Востока и Африки, в соответствии с механизмом принудительного переселения, введенным европейской бюрократией?»
• 4.«Поддерживаете ли вы снятие ограждений на границе между Республикой Польша и Республикой Беларусь?»

Первые два вопроса напрямую связаны с политикой предыдущего правительства Польши под руководством лидера главной оппозиционной партии «Гражданская платформа» Дональда Туска. Эти вопросы должны помочь не столько мобилизовать электорат PiS, сколько демотивировать электорат оппонентов и нанести по ним несколько репутационных ударов. Так, первый вопрос отсылает к либеральной экономической политике Туска, другой — к программе реформ о повышении пенсионного возраста к 2040 году, которую критиковали в PiS. К этой же кампании относится и недавняя публикация PiS секретных военных документов времен правительства Туска, которые предполагали сдачу восточных польских городов в случае военной агрессии России. «Внимание! Правительство Туска было готово отказаться от половины страны в случае войны», — прокомментировал нынешний министр обороны Мариуш Блащак.

Третий вопрос нацелен прежде всего на мобилизацию сторонников правящей партии, которые выступают с евроскептицистких и антииммигрантских позиций. Речь идет о всё еще не принятом миграционном пакте, который включает в себя «механизм солидарности»: он предусматривает возможность либо принять участие в переселении беженцев из приграничных стран в другие страны ЕС, либо оказать финансовую поддержку. Польское правительство, в свою очередь, традиционно выступает с другим подходом, который предполагает усиление пограничного контроля и установку новых ограждений на границах.

Этот вопрос приобрел в последний месяц еще большую актуальность после скандала с обвинениями Польши в выдаче рабочих виз за взятки. С 2021 года в стране с одним из самых антимигрантских правительств в ЕС было выдано около 250 тысяч виз за взятки, достигавшие 5 тысяч евро. В ответ на обвинения премьер-министр Моравецкий сообщил, что «в Польше нет проблемы нелегальных иммигрантов». Такое объяснение, однако, не устроило Брюссель, а также Берлин, куда направлялись потоки мигрантов, и они потребовали от Польши разъяснений.

Наконец, последний вопрос, вынесенный на референдум, был анонсирован 14 августа министром обороны Польши Мариушем Блащаком на официальных страницах партии PiS. За несколько дней до этого Блащак сообщил о размещении 10 тысяч польских солдат на границе для охраны от потенциального нападения наемников из группы «Вагнер».

При этом формально референдум проводится для обеспечения безопасности Польши. «Туск — самая большая угроза нашей безопасности… Давайте не позволим Туску, посланнику брюссельской элиты, подорвать безопасность Польши», — прокомментировал смысл проведения референдума Моравецкий.

Грибной конфликт

Противостояние с ЕС и европейскими институтами стало основным лейтмотивом всей избирательной кампании PiS на этих выборах. Причем порой эксплуатация евроскептических настроений электората доходила до курьеза.

Так, на первом предвыборном мероприятии в Хельме сооснователь и один из главных политиков в стране Ярослав Качиньский сообщил, что европейские бюрократы и Дональд Туск угрожают лишить поляков традиционного досуга — сбора грибов.

Европейская конвенция о защите дикой природы Европы 2007 года, принятая, однако, не Евросоюзом, а Советом Европы, действительно, рекомендует странам ввести нормы сбора грибов. Но Польша этим рекомендациям не следовала и следовать не обязана. Тем не менее это дало еще один повод для PiS в лице Качиньского атаковать политических оппонентов: «Если Туск вернется к власти, он продаст всё… И теперь польские леса перейдут под контроль Брюсселя. Туск был послан сюда, чтобы облегчить им задачу».

После выборов

Но даже такие политически ходы пока что не особо помогают избирательной кампании PiS: ее рейтинг уже в течение года колеблется на отметке 36–38%. При этом раскрученные по внутренним причинам внешнеполитические скандалы, как правило, не заканчиваются в день голосования, а имеют гораздо более длинный эффект.

В предвыборном контексте, отмечает Зерка, Польша и Украина стали «заложниками собственных противоречий». Если голосование 15 октября не даст результата и будут назначены повторные выборы, избирательная кампания PiS перейдет в постоянный режим и агрессивная риторика может даже усилиться. Если же любое из правительств всё-таки будет сформировано, градус напряжения, вероятнее всего, снизится и отношения с Киевом в течение нескольких месяцев восстановятся — к этому располагает и польское общественное мнение, которое целиком и полностью продолжает поддерживать Украину.

Тем не менее пока что неопределенность исхода на выборах и возможность повторного голосования ставят под угрозу потепление в отношениях между Киевом и Варшавой.