Казус исполнителя

Классическая манипуляция социологов и журналистов — самый большой показатель в исследовании, даже если он меньше 50%, выдавать за мнение большинства (ведь 67% жителей России, соответственно, певца не вспомнили). Тем не менее отрицать известность и наличие некоторой фан-базы Ярослава Дронова было бы глупо: часть поклонников наверняка перетекла еще с 2014 года, когда Дронов участвовал в шоу «Голос-3» на Первом канале (посмотрите, например, его исполнение песни Seven Nation Army — вполне европейский уровень). Уже тогда в будущем Shaman`е можно было разглядеть зачатки нынешнего образа: тяжелый снисходительный взгляд и близость к народу — пошел к Пелагее, исполнял «народные» хиты, а также песни-эпосы вроде кипеловского «Я здесь». Правда, большая часть фан-сектора — это «новообращенные»: в песнях «Я русский» и «Встанем» патетика сменилась бесформенным пафосом, который, словно клейстер, заполняет всё пространство обывательского черепа.

И всё же Ярослав Дронов — идол именно по очкам. Маловероятно, что на более длинном, чем последние полтора года, отрезке

Причем даже у своей «ядерной» аудитории: вне патриотической шелухи строчка «Я русский, моя кровь от отца» безнадежно проигрывает строчке «Ради тебя рассветы и туманы» (даже если Стас Михайлов, как Дронов, будет застегнут на все пуговицы). Вопрос только в том, почему этой шелухи вокруг Shaman`а по-прежнему так много и почему событием становится школьная линейка где-нибудь в Красноярском крае, начинающаяся с его песен.

Ответ тут двуслойный.

Первый слой очевиден: да, это сознательно культивируемый и продюсерами Дронова, и государством патриотический музыкальный проект, призванный через подобные песни объединить общество — желательно молодое. В клипе «Мы» переборщили с полунацистскими аллегориями, но в целом весь репертуар Shaman`а — это квинтэссенция квасного патриотизма плюс любовная лирика уровня: «Чувствую тебя кожей, / Вместе мы с тобой сможем / Всё перенести, / Господи, прости, / Дай нам в один день уйти». Простейшие тексты с абсолютным отсутствием сюжета и подобными конструкциями — стандартная схема для создания хита. Но жизнь такого хита может быть долгой, только если он первый на конвейере (именно поэтому «Я русский» знают все, а тексты остальных песен — это уже что-то аморфное), да и в этом случае он становится не идеологическим оружием, а культурологическим. Те россияне, которые где-нибудь в Грузии поют на вечеринках песню «Я русский», не считают это гимном своей идентичности. Это танцевальный караоке-формат наряду с «Рюмкой на столе». Да, поющие это — русские, но за этим словом даже в самой песне не стоит ничего (кроме плохого знания русского языка, конечно).

Второй слой — производная ловушка от первого. Предыдущие певцы-патриоты не молодеют, и на смену им должен прийти новый мессия. Но в этом смысле Shaman в молодую аудиторию попадает слабовато (в основном этим и объясняется популярность как раз за Уралом, где вопрос идентичности в силу экономической ситуации кажется чуть более важным, чем в столице), а у дам и пенсионеров Ярослав Дронов проигрывает всем остальным. Где-то антропометрически: барин Михайлов всегда роднее долговязого Shaman`а. Где-то харизмой: даже если вы не любите Лепса всей душой, его манера исполнения слишком назойлива, чтобы ее не помнить. Где-то жеманностью: даже в нынешнем виде Николай Басков всё еще кумир престарелых фетишисток, жаждущих, что он будет руки им целовать.

Остается одно: попытка этими простыми текстами заменить собой Олега Газманова, тоже певца-патриота (он занял в опросе второе место — лучшим певцом его назвали 11%. — Прим. ред.). Но в этом как раз и ловушка:

Песня «Сделан в СССР» (странно, кстати, что её не превратили в гимн войны, ведь там «Украина и Крым, Беларусь и Молдова — это моя страна» с первой же строчки) — стопроцентное попадание в чувство ностальгии и гордости за прошлое. «Вперед, Россия» в разы пафоснее песни «Я русский», потому что в ней Газманов поет, что физические законы («Чем выше давление, тем крепче бетон») работают именно «в России с далеких времен». И даже знаменитая «Москва», ради раскрутки которой в «Песне-97» с речью выступал целый московский мэр Юрий Лужков, — это, с литературной точки зрения, цельное произведение с внутренней композицией. Даже спустя 25 с лишним лет вы точно вспомните, что «по золоту икон проходит летопись времен». Помните ли вы, что «там сверху на нас кто-то смотрит родными глазами»? Вот то-то и оно. Нет цели сделать песни для вечности, есть цель пропагандистски показать силу единения. Которого в итоге нет даже у этих 33% голосовавших за Shaman`а.

Ярослав Дронов — это эрзац патриотизма, а не его воплощение, человек, который имитирует страсть к Родине. Но те, кто его раскручивает, очень хотят, чтобы слушатели восприняли аудиопорно как историю любви. Ситуативно это может работать и дальше, но как только патриотический угар схлынет, в сухом остатке вы получите лишь механические охи-вздохи. И это на самом деле хорошая новость: лишаясь старой пропагандистской творческой базы, идеологи не создают ничего, что работало бы так же сильно. За каждым Владимиром Соловьевым по деградационной лестнице идет Сергей Мардан. За каждым Газмановым — Shaman. Что логично, ведь, как говорит «русский народ», руки у кого-то растут из кое-чего. Мозги, судя по всему, там же.

И кстати. ВЦИОМ поставил Филиппа Киркорова лишь на пятое место. Быть беде.