Журналисты проекта «Ветер» поговорили с мастером ритуальной флористики о сложностях ведения малого бизнеса в России, заработке на смерти, запросах клиентов, похоронах военных и планах на будущее.

Елена Блинникова из Челябинска работала экологом, но после декретного отпуска решила найти себя в новой профессии. Сначала она пекла торты, но после того, как мужу понизили зарплату на работе, она была вынуждена уйти из этого бизнеса. Он устроился по знакомству в похоронное агентство. А потом Елена сделала свой первый похоронный венок.

«Я задумалась, а почему бы не сделать красиво? Это было не про убийства людей и про траур, а про душевное изделие, которое передавало бы какие-то чувства», — сказала она. По словам Елены, первый венок, который она передала в похоронное агентство мужа, сразу же купили, потому что «он отличался вообще всем».

На вырученные деньги Елена купила проволоку и искусственные цветы, а затем начала домашнее производство. На первые венки уходило по восемь-десять часов. Елена хранила их в квартире родителей мужа, пока те были на даче. Изначально она продавала по три-пять венков в неделю. По словам Елены, это позволяло пополнить семейный бюджет и дало ей ощущение того, что она начала приносить пользу обществу.

В какой-то момент венков стало так много, что она решила открыть студию траурного декора. Война в Украине также не прошла мимо ее бизнеса: Елена рассказала, что у нее заказывали венки с символикой военно-воздушных сил, буквой Z и логотипом ЧВК «Вагнер».

«Я спокойно хожу по кладбищам, смотрю, как мой товар стоит, как он выгорает, процветает. <…>

Если у нас всё получится и мы сможем через 15 лет трудоустроить здесь своих детей, и им это будет нравиться, почему бы и нет? Мой ребенок к похоронам уже относится как к работе родителей»,

— говорит Елена.

Поделиться
Больше сюжетов
ЛГБТ-организации начали признавать «экстремистами»

ЛГБТ-организации начали признавать «экстремистами»

Как Россия двадцать лет строила машину государственной гомофобии и почему это касается всех

«Мама теперь считает Путина мудаком»

«Мама теперь считает Путина мудаком»

Некоторым россиянам удалось изменить взгляды своих родственников на войну. Рассказываем их истории

«Они мне 33 раза сказали, чтобы я не смел обращаться никуда, что семью порежут на куски»

«Они мне 33 раза сказали, чтобы я не смел обращаться никуда, что семью порежут на куски»

Почему Россия отказывается платить по решениям ЕСПЧ жертвам пыток и похищений

«А теперь к насущным новостям. Инет верните!»

«А теперь к насущным новостям. Инет верните!»

Какие российские регионы отключали интернет в конце недели

Худшие из убийц

Худшие из убийц

На счету австралийских маньяков Джона Бантинга и Роберта Вагнера больше десяти убийств. И больше десяти пожизненных сроков каждому без права на УДО

Мусорный поток

Мусорный поток

В России продлевают срок жизни старых свалок: вывозить отходы как минимум в 30 регионах больше некуда

Монашеский «респект» как «акт терроризма»

Монашеский «респект» как «акт терроризма»

На Урале арестован отец Никандр (Пинчук) — иеромонах одной из православных юрисдикций, не признающих РПЦ

Чеченка, сбежавшая от домашнего насилия, найдена мертвой в Армении

Чеченка, сбежавшая от домашнего насилия, найдена мертвой в Армении

История Айшат Баймурадовой

Глубинные поборы

Глубинные поборы

В России обсуждают повышение страховых взносов для самозанятых, ИП и даже безработных. Это может принести властям до 1,6 трлн рублей