Очень неудобное прошлое

В другое время я бы сказал, что роман Эрпенбек имеет все шансы выйти на русском языке, тем более что в 2020-м одно из ее произведений («Пристанище») было опубликовано в журнале «Иностранная литература». Роман затрагивает проблемы, более чем актуальные для современной России: ностальгия по советскому прошлому, восприятие распада Советского Союза как катастрофы, затронувшей жизнь многих, противоречивое отношение к «лихим 90-м», чему свидетельство — недавно разгоревшаяся полемика вокруг фильма Марии Певчих «Предатели». Ну, а кроме того, история семьи писательницы тесно связано с Россией, точнее — с Советским Союзом.

Ее дед Фриц Эрпенбек, коммунист, писатель, актер и театральный деятель, хорошо известен в Германии. Именем его названа одна из улиц в Берлине. Он был женат на Хедде Циннер (писательнице, журналистке, радиоведущей). С приходом к власти Гитлера супруги эмигрировали сначала в Прагу, а затем в СССР. С 1935 года жили и работали в Москве, а с началом войны — в Уфе, где в 1942 году у них родился сын Джон Эрпенбек, впоследствии известный ученый биофизик и философ, отец Дженни Эрпенбек. В апреле 1945 года семья вернулась в Германию. Что касается самой Дженни Эрпенбек, то она родилась в Берлине в 1967 году и, прежде чем стать писателем, училась переплетному делу, изучала театральное искусство, работала в театре сначала реквизитором и гардеробщиком, затем ассистентом режиссера и режиссером, ставила спектакли, написала ряд пьес. Ее первый роман «История старшего ребенка» вышел в 1999 году.

Разумеется, ее собственная биография и история ее семьи в той или иной степени отражены в разных ее книгах (в частности, в «Пристанище»), но наиболее полно и ярко — именно в «Кайросе».

«Говорят, что у Кайроса, бога моментов жизненного счастья и удачи, есть только прядь волос на лбу, и единственный способ поймать его — ухватиться за нее. Потому что затылок его лысый, и как только бог пронесется мимо на своих крылатых ногах, его уже не схватить», — размышляет главная героиня в самом начале романа.

В греческом языке два слова обозначают время: «хронос» (время как таковое, его протяженность) и «кайрос» (время действия, важнейших, определяющих событий, переломных моментов).

Катарина (главная героиня, от лица которой ведется повествование) узнает о смерти своего любовника Ганса, а затем получает две коробки с документами. Все они относятся к 1986–1992 годам: закату ГДР и объединению Германии. В одной — письма, дневники, какие-то мелочи, вырезки из газет. У нее самой есть чемодан с ее дневниками и письмами того же времени. Долгое время эти застывшие свидетельства прошлого — ее и Ганса — вели диалог между собой, и отсюда берет начало повествование.

А вот в другой — казенные бумаги из государственных учреждений, в частности, Министерства государственной безопасности. И о них идет речь в финале.

Действие начинается в 1986 году. Девятнадцатилетняя студентка факультета театрального дизайна случайно знакомится в автобусе с мужчиной. Ему за пятьдесят, у него жена и ребенок, он писатель. Впрочем, оказывается, что он видел Катарину еще маленькой девочкой, с мамой на майской демонстрации, и у них круг общих знакомых. Так завязывается их любовная история. Благодаря Гансу ей иначе открывается город и его жизнь, литературные кафе, писательская среда. Но любовная романтика исчезает. Ганс пережил войну в Германии. Уже повзрослев, решил, вопреки воле отца, уехать из ФРГ в ГДР. Но прошлое, как пережитая травма, сказывается на его характере. Ганс подавляет Катарину. Близкие убеждают ее расстаться с Гансом. Но она остается.

Катарина не знала войны, ее семейная история совершенно иного рода, и именно здесь особенно ощутима автобиографическая (семейная) составляющая романа. Личная драма: любовь, переходящая в абьюзивные отношения, физическое и психологическое насилие, жесткий контроль — не просто вписывается в контекст меняющейся эпохи, крушения социалистической системы, падения Берлинской стены и объединения Германии. Распавшиеся и вновь соединившееся части страны, Запад и Восток как будто взаимно отражают друг друга, так же, как и герои видят отражение другого в самих себе. Общественный разлом вторгается в частную жизнь, внешний социальный конфликт переживается как противоречия внутри самой героини. Как относиться к тому, что составляло часть тебя самого и невозвратно исчезло с гибелью прежнего государственного уклада? Можно ли это время считать «счастливыми моментами жизни»? Эпилог и вторая коробка с казенными бумагами — знаками социальной действительности исчезнувшей ГДР — заставляет читателя лишний раз задуматься над этим вопросом.

Сама Эрпенбек считает, что задача или специфическая особенность и возможность литературного текста состоит не в вынесении оценки, не в абстрактном суждении, а в объемном воскрешении прошлого, перенесения его в художественную реальность, что дает возможность более полного и ясного видения ушедшей эпохи. И именно это дает почву для неоправданной, с точки зрения писательницы, критики ее романа. Например, обвинений в том, что она восхваляет жизнь немцев-эмигрантов в Советском Союзе. Критики как будто намеренно пренебрегают, оставляют без внимания главы с описаниями террора, убийств, атмосферы страха сталинского времени.

Не случайно многие указывают, что Эрпенбек вошла в списки кандидатов на Нобелевскую премию, а вручение Международного Букера увеличивает ее шансы стать нобелевским лауреатом.

Вне всяких сомнений, в числе других финалистов Международной Букеровской премии этого года («Не река» аргентинки Сельвы Альмады, «Кривой плуг» бразильца Итамара Виейры-младшего, «О чём я предпочитаю не думать» Йенте Постумы из Нидерландов, «Детали» шведки Ии Генберг, «Три поколения железнодорожников» писателя из Южной Кореи Хван Сок Ёна) Дженни Эрпенбек — самая именитая, отмеченная не только немецкими, но и международными литературными наградами (в том числе учрежденной газетой «Индепендент» британской Независимой премией для зарубежных писателей, из которой, собственно и вырос Международный Букер), писательница, чьи романы переведены уже на 30 языков. «Кайрос» — не просто бестселлер (как, например, популярный уже не только в Швеции, но и за ее пределами роман Ии Генберг «Детали», любопытный не только своим психологическим содержанием, но и неожиданным построением), но значимое художественное высказывание о современности. Так что выбор букеровского жюри вполне объясним.