«Природу нужно бежать защищать, бросая все дела»

Очистка берега

В Керченском проливе больше недели продолжаются работы по ликвидации последствий разлива мазута, произошедшего 15 декабря в результате крушения танкеров «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239». По данным на 22 декабря, с побережья Крыма собрано около 20 тонн мазута, которые подготовлены к транспортировке на специальную площадку рядом с поселком Щёлкино для хранения и утилизации. При этом в Анапе мешки с мазутом, которые не успели вывезти с берега Черного моря, начало размывать и затягивать обратно в море из-за шторма в ночь на 23 декабря.

В ликвидации последствий задействованы более 10 тысяч человек и 366 единиц техники, сообщает «Интерфакс». Особую роль играют волонтеры. Несмотря на сложность обращения с мазутом, они, вооружившись средствами индивидуальной защиты, помогают очищать побережье, собирают загрязненный грунт и спасают пострадавших птиц.

Жители Анапы и других населенных пунктов на берегу Черного моря 19 декабря запустили петицию с требованием к МЧС, местным и федеральным властям помочь активистам в уборке мазута с побережья.

Тех сил спасателей, что привлечены, сейчас явно не хватает», — говорится в заявлении.

Эколог Георгий Каваносян, который был на месте ЧС и помогал волонтерам в конце прошедшей недели, предсказывает, что дальнейшее развитие ситуации будет зависеть от погодных условий в море. При этом, по его словам, на месте достаточно людей и техники.

— Птиц уже практически бессмысленно отмывать, они поступают в крайне ослабленном состоянии. Уже спустя день, максимум два, удастся спасти только единицы. Что касается мазута, то люди с лопатами нужны в то время, когда он только выбросился на пляж. Если его оперативно не убрать, он начинает пропитываться в песок — мы видели эти «сэндвичи»», когда мазут пропитывается на глубину в два штыка лопаты, перемешивается с песком, и тогда его можно удалять только с помощью тяжелой строительной техники — констатирует он.

По данным МЧС, в Краснодарском крае собрали 17 025,3 тонны загрязненного песка и грунта, очистив более 39,7 километров береговой линии. К работам привлечены 10 317 человек и 366 единиц техники. В Крыму собрано 60,3 тонн загрязнений и вывезено 50,6 тонн. Площадь загрязнения — до 10 квадратных метров.

По подсчетам эксперта, это четвертая подобная катастрофа, в устранении последствий которой он участвует. И это первый раз, когда «власти среагировали достаточно неплохо». Он говорит, что везде есть штабы, особенно на самых главных пляжах: на центральном, в природном парке «Анапская пересыпь»; техники там около 100 единиц. Каваносян отмечает, что, помимо волонтеров и местных жителей, активно помогает местный бизнес, а также экологические организации:

— Мы объявили, что у нас в волонтерском центре не хватает моющих средств для мытья птиц, и они нам пять тонн привезли. Мы сказали, что у нас нет средств индивидуальной защиты, и нам тоже привезли целую фуру с ними. Общество работает, как оркестр.

были и другие проявления. Волонтерам рекомендуют работать два часа, а затем делать перерыв на один час и проводить его подальше от пятна мазута. Естественно, не все прислушиваются к рекомендациям, но с каждым днем организация всё лучше и лучше, — говорит собеседник «Ветра».

Основная трудность, как он замечает, состоит в том, что волонтеры убрали пляж, а ночью произошел новый выброс — и опять нужно идти на этот же пляж убирать. Это демотивирует людей.

Волонтерка Таисия Каталини тоже помогает убирать черноморские пляжи. По ее словам, когда произошла катастрофа, у нее даже не возникло вопроса, помогать или нет:

— Воспитана так бабушкой и мамой. Если что-то такое случается, то мы встаем, засучиваем рукава и идем помогать. Поэтому когда мы увидели в новостях, что разлился мазут, мы купили лопаты, перчатки, ведра и поехали на пляж, на который созывали людей на помощь.

Она, как и Каваносян, отмечает, что волонтеры сталкиваются с сильным недосыпом и отравлениями. По ее словам, после работы с мазутом «и печень тянет, и тошнит, и голова кружится, расстройства пищеварения». Также у нее возникает большое чувство вины из-за того, что она не успевает и не может делать всё одновременно. «Чувство вины и беспомощности — это сложно», — подчеркивает девушка.

Она рассказывает, что для волонтеров организованы точки сбора, где они могут отдохнуть, поесть, выпить сорбент, сменить спецзащиту.

«Результат работы, наверное, пока не вижу, потому что еще очень много всего нужно сделать. Пляж — это боль и печаль.

— рассказывает она.

Затем мешки должны отправляться на утилизацию, но вся система перегружена, даже «самосвалов и тракторов не хватает хотя бы для того, чтобы оттащить мешки с береговой линии вглубь, чтобы их не относило обратно в море».

Ранее губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев приехал на «Белый пляж» и к реке Можепсин, где мешки повторно унесло в море. Глава региона заявил, что «необходимо как можно быстрее провести работы в море — там источник загрязнения». Также есть сообщения о том, что через неделю после крушения танкеров власти так и не начали откачивать из них мазут. При этом, как сказал «Агентству» эколог и сотрудник международной рабочей группы Ukraine War Environmental Consequences Work Group Евгений Симонов, погода в последние дни позволяла это сделать.

«Один из танкеров лежит на мели прямо возле побережья, что увеличивает возможность организовать откачку, но никакой информации о проведении работ нет», — отметил он.

Пока в самой Анапе волонтеров достаточно, в Крыму, на Керченском полуострове ситуация сложнее. По данным спутникового мониторинга, там уже происходят первые выбросы: мазут разливается в виде крупных и мелких капель, но на обширные территории. На месте уже отмывают первых пострадавших животных, но туда необходимо перебрасывать часть техники и людей.

Спасение птиц

«Меня беспокоит шторм (начавшийся в ночь с 22 на 23 декабря. — Прим. ред.), который может довести пятно до Таманского залива: там находится Тамано-Запорожский заказник, где зимуют около полумиллиона птиц. Это дикие места, с пятью маленькими населенными пунктами. Работать там придется в сложных полевых условиях и совсем с другим количеством птиц», — предупреждает эколог Каваносян.

Точное число пострадавших птиц подсчитать сложно, но, по подсчетам эксперта, около 180 птиц погибло (их либо уже нашли мертвыми, либо они погибли от болезни из-за ослабленного состояния), спасено 925 особей. Птицы садятся на загрязненный берег и прилипают к мазуту, поэтому и важно убирать его как можно скорее. Каваносян отмечает, что соотношение спасенных достаточно хорошее, и это заслуга волонтеров:

— Ребята очень классно работали, без сна и отдыха. Берега преимущественно очищают спасатели, бюджетники, студенты, казаки и курсанты военных училищ. А спасение птиц — это заслуга волонтеров. Сначала помогали местные жители из Краснодарского края, потом к ним подтянулись люди со всей страны: даже из Хабаровска и Камчатки люди прилетают, особенно орнитологи-ветеринары, которые на вес золота.

Каваносян вспоминает, как одна бабушка пришла отмывать птиц в волонтерский центр прямо на костылях и говорила: «Дайте мне хоть что-нибудь делать». В итоге она складывала пеленки.

Сейчас в соседние регионы увезли птиц, которых удалось реанимировать. Более 600 из них отправилось в Ставропольский край: в приюты, передержки, ветеринарные клиники. Каваносян рассказывает, что животных там принимали бесплатно в любом количестве, говоря: «Только везите, у нас тут есть мощности, лекарства, мы будем за ними смотреть». Поэтому эколог надеется, что большая часть птиц выживет:

— Но птицы запоминают стресс. Основной вид, который попадается, — это чомга. Они к нам только на зимовку прилетели, причем короткую. Больше они сюда не вернутся, будут зимовать в другом месте.

Каталини рассказывает, что волонтеры написали обращение в Администрацию президента, чтобы ввести в регионе режим чрезвычайной ситуации регионального масштаба. Пока его ввели только в Анапе и в четырех поселениях Темрюкского района Краснодарского края: Запорожском, Новотаманском, Таманском и Сенном.

«Мы бесконечно пишем. Обещали установить боновые (плавучие) заграждения в Таманском заказнике. Они до сих пор не установлены. Если этого не сделают, погибнет огромное количество птиц, которые сейчас туда мигрировали. Их будет невозможно поймать и отмыть из-за масштабного водного пространства», — говорит волонтерка.

Каваносян также подчеркивает, что если волны хватит, чтобы донести загрязнения из моря до Таманского залива в заказник, то последствия будут примерно такие же, как от разлива нефти в 2007 году:

— Это десятки тысяч птиц. Там очень много лебедей сейчас находится. Мы, конечно, отреагируем, но там нет никакой инфраструктуры, нужно будет возводить палатки и непонятно, как воду после очистки от мазута вывозить. У нас там будет условно дня три, пять максимум, чтобы этих птиц успеть собрать, отмыть и реанимировать. Потому что потом птица уже с высокой вероятностью погибнет, даже если начать оказывать первую помощь.

По словам эколога, тогда при разливе про Таманский заказник просто забыли, да и таких мощностей не было, и «общество не было настолько взрослым, чтобы бросить все дела и приехать на помощь».

«Мы тогда еще не понимали, что природа — это ценность настолько важная, что ее нужно, бросая все дела, бежать защищать», — делится он.

Дельфины

Научно-экологический Центр спасения дельфинов «Дельфа» сообщил, что на пляже Алексино в Новороссийске (60–70 км от Анапы) очевидцы обнаружили восемь тел азовок: шесть — на берегу, два — в воде без внешних видимых следов мазута. В центре отмечают, что это похоже на массовый выброс, не связанный с последним загрязнением. По данным экологов, пока следы мазута обнаружили на теле одной погибшей азовки, которую нашли в станице Благовещенской.

Сколько именно дельфинов и азовок пострадало из-за крушения танкеров, сказать сложно. По словам Каваносяна, чаще всего тела погибших дельфинов выбрасывает на берег Черного моря штормом. Сейчас же море достаточно холодное, поэтому тела сохраняются значительное время в воде.

«Умирают они по разным причинам. Это может быть инфекция, но в 70% случаев — это прилов, когда они попадают в рыболовные сети. К сожалению, у нас очень много ловят рыбы в Черном море. А дельфины пытаются выцепить рыбу из сетей и сами попадают в нее. Когда их достают на борт, им отрезают плавники для того, чтобы быстро выпутать и выкинуть обратно.

— объясняет он.

Он отметил, что первых четырех дельфинов, которые были в районе Анапы, исследовали. Они погибли точно не из-за мазута. Остальных исследуют в ближайшее время. Каваносян предполагает, что их смерти также не связаны с разливом.

«Нам в этом смысле повезло, если вообще можно в отношении такой трагедии говорить такие слова. Рыба уже эмигрировала к моменту разлива мазута. Часть ушла в Азовское море, часть в Абхазию. А дельфины всегда там, где рыба, то есть они тоже ушли», — подчеркивает эколог.