Конец мифа о русофобии
Как Запад прошел путь от «отмены русской культуры» до номинации Юры Борисова на «Оскар»
ее осуждение войны было недостаточно убедительным для Баварской государственной оперы и «Метрополитен-оперы», но вполне исчерпывающим, чтобы в России ее обвинили в предательстве и начали отменять концерты уже на родине.
Номинация Борисова на «Оскар» происходит уже в совсем другом мире, где Кремль научился противостоять санкциям и беспрецедентно масштабной военной поддержке Украины. Ни о какой мягкой силе речи не идет.
Теперь Юре Борисову не приходится вместо триумфов в Каннах и Венеции довольствоваться «ролью петуха рядом с ослом в роли Дмитрия Дюжева», как писала Зинаида Пронченко в декабре 2022-го. Он, как и другая звезда «Аноры», молодой актер Марк Эйдельштейн, может размышлять о международной карьере и не стесняться «тщательно подбирать слова» в интервью либеральному журналу New York, когда дело доходит до «опасной» темы — России. Как и теннисист Даниил Медведев больше не должен пропускать Уимблдон из-за указаний британского правительства.
В политическом же отношении Кремль лишается того самого русофобского козыря в пропаганде. Как в апреле 2022-го в The New York Times писал славист Кевин Платт, «отмена всего русского» есть отражение того же мышления, из-за которого война и началась: «Принять такую позицию означает поддержать мир пагубных национальных антагонизмов и закрытых границ — именно такой мир Путин и стремится создать». Лучший аргумент против такого мира — демонстрация того, что россияне и русская культура могут процветать и вне пределов России, без опеки государства и территориальной привязки.
Именно поэтому кремлевские чиновники и пропаганда пребывают в такой дезориентации из-за «Оскара». Показательно, что во время пресс-колла Дмитрий Песков ответил на вопрос журналиста о связи успеха Борисова с окончанием «отмены» культуры России на Западе одним словом: «Нет», — без каких-либо разъяснений. По всей видимости, разъяснениями уже после выработки единой линии занялись телепропагандисты, причем «Первый канал», «Россия 1» и «НТВ» о номинации вовсе промолчали. Отличился только «Пятый канал», где ведущий две минуты форсированно обесценивал достижение актера: и роль второго плана, и «Анора» — плагиат, и русские там хамоватые и тупые, и вообще в Голливуде пожары.
Новые красные линии
Но у удара по русофобской мифологии есть и обратная сторона. Решение Американской киноакадемии насторожило и украинские медиа. «“Анора” — хороший фильм, но для российского киносообщества это больше, чем просто хороший фильм, — это знак того, что больше нет отмены русской культуры. Для них это победа… Мы начинаем видеть эту усталость от Украины. Люди устали говорить о войне и стараются избегать ее, когда это возможно», — рассказала The Telegraph украинская киножурналистка Ольга Сидорушкина.
Здесь тоже проявляется кардинальная смена контекстов. За исключением стран Восточной Европы, которая находится в состоянии перманентной соседской угрозы и где даже в 2024-м случались проблемы со спектаклями явно антивоенных режиссеров, остальной «коллективный Запад» к России как таковой относится вполне спокойно. Например, так свою точку зрения формулировали руководители немецких театров, с которыми в прошлом году общалась «Новая газета Европа»:
«Отменять спектакли и запрещать артистов — это методы Путина и других диктаторов, у нас демократия и свобода. В Германии во многих театрах идут спектакли на русском языке и работают артисты, режиссеры и драматурги из России, наравне с другими странами», — говорил Питер Тайлер, директор Земпероперы в Дрездене, для которого подпись дирижера Михаила Татарникова под письмом о поддержке аннексии Крыма в 2014-м «не про политические взгляды, а про выживание».
При этом большая часть недавних эпизодов «русской отмены» — инициатива не европейцев или американцев, а украинских активистов и деятелей культуры.
