Без повестки

Как показывают фильмы в Шанхае

Треть показов Шанхайского кинофестиваля в этом году была раскуплена за первый час продаж. Самым популярным оказался показ фильма «Сумасшедшее лето» Цао Баопина в последний день фестиваля — его продали за 26 секунд. Правда, когда появились билеты, никто еще не знал, какой именно фильм будут показывать. Сеанс назывался ««Золотой кубок» за лучшую режиссуру».

Шанхайский, как и любой крупный фестиваль, так и работает: фильм отбирают в конкурс, он выигрывает какую-нибудь награду, его замечают зрители и критики. Это увеличивает шансы на более широкий и успешный прокат, а значит — на заработок. Но кроме денег, участие в фестивале — про статус и имя в индустрии, которой необходимы новые голоса и таланты.

Десятки кинозалов по всему городу были заполнены не только конкурсными фильмами. Ежегодно в рамках Шанхайского кинофестиваля показывают реставрации классического кино, премьеры новых зарубежных фильмов, вроде «Бруталиста» Брэйди Корбета и «Грешников» Райана Куглера, или ретроспективы признанных режиссеров — в этот раз Дэвида Линча и Аньес Варда. Попасть на нужный (в первую очередь — конкурсный) сеанс особенно тяжело журналистам и кинодеятелям: специальных пресс-показов не проводилось, этот фестиваль — для народа. Можно попробовать забронировать билет на онлайн-платформе: через минуту после появления они исчезают. Или приходить в пресс-центр и долго выпрашивать: так делал я.

Забавное, на первый взгляд, сравнение с Каннским кинофестивалем не случайно: Шанхайский кинофестиваль — один из 14 международных смотров, которые аккредитованы Международной федерацией ассоциаций кинопродюсеров (FIAPF) и входят в категорию «А» (фестивали с конкурсом полнометражных фильмов). Эта аккредитация требует соблюдения определенных стандартов, зато ставит Шанхай в один ряд с фестивалями «большой тройки»: Каннами, Венецией и Берлином. Впрочем, до 2022 года такая аккредитация была и у Московского международного кинофестиваля.

В этом году прошел уже 27-й кинофестиваль в Шанхае: он запустился еще в 1993 году, когда Китай проводил политику открытости к миру. За эти годы фестиваль открыл несколько важных для Азии имен в кино, например, уже упомянутого Цао Баопина, который дебютировал там с фильмом «Хулиганы» в 2006 году, а позднее участвовал и в крупных европейских смотрах. Шанхайский стал одним из фестивалей, где в 2017 году победил экспериментальный анимационный фильм «Ван Гог. С любовью, Винсент», полностью нарисованный маслом на досках. Позже он получил номинацию на «Оскар» и отлично показал себя в прокате, собрав больше 40 миллионов долларов (из них больше 700 тысяч — в России).

Шанхайский фестиваль и сегодня всё еще про открытость, но настолько, насколько это позволяет партийное руководство. В конкурсе этого года есть фильмы и о сложных темах, вроде изнасилований и разваливающихся окологосударственных институций, но события происходят или не в Китае, или в прошлом, а значит — проходят цензуру. ЛГБТ-повестка, которую невозможно не заметить на любом европейском смотре, отсутствует здесь напрочь. Заходя в кинозал, ты попадаешь в особый вакуум: спорные темы есть, но их согласовали; кино всё еще кажется актуальным, но не самым.

Победа традиционных ценностей

На мой взгляд, основными темами фестиваля стали семья и старение. В португальском-бразильском фильме «Запах запомнившихся вещей» Хосе Мартинс (получил приз как «Лучший актер») играет старика-расиста, который переживает флешбеки из военного прошлого и пытается справиться с ПТСР. В испанском триллере «Перерождение» два брата поочередно предают друг друга из-за участия в мафиозных группировках. А в чилийской драме «После тумана» исследуется, как инфантильная семья способна травмировать собственного восьмилетнего ребенка. В каждом из этих фильмов оказывается, что главные проблемы в жизни — непроговоренные.

Анимационная короткометражка Жанны Бекмамбетовой «Сын» тоже исследует тему семьи — это был единственный российский фильм в конкурсе, причем, совместного с Казахстаном производства. Бекмамбетова уже выигрывала в Шанхае — в 2018 году с картиной «Чик-чирик». В 2025-м ей удалось сделать это снова: «Сын» стал лучшим анимационным коротким метром фестиваля. Это трогательная история об отце, который воспитывает мальчика с детским церебральным параличом.

— Отец не знает, как вернуть ему радость жизни, — рассказывает о своей работе Жанна Бекмамбетова. — Пока однажды в телевизоре не появляется новость о марсоходе, который высаживается на Марсе. Мальчик влюбляется в этот марсоход, чувствует с ним связь, и это дает ему вдохновение жить дальше.

Главным же фильмом фестиваля признали картину «Черный, красный, желтый» известного кыргызского режиссера Актана Арыма Кубата. Он адаптировал рассказы писательницы Топчугүл Шайдуллаевой о жизни в деревушке, где все друг друга знают. Главная героиня Тургудул — ткачиха, которая делает ковры для всей округи. Однажды она оказывается в доме Кадыра — несчастного в браке и безработного мужчины. Они влюбляются друг в друга, но препятствиями становятся традиции: если в деревне кто-то узнает о романе на стороне, пострадает и Тургудул, и Кадыр. Всё это, кстати, происходит в девяностые — сразу после распада Советского союза.

«Черный, красный, желтый» — не столько критика патриархального деревенского уклада, сколько высказывание о любви: настоящие чувства способны пережить года и сохранить себя, даже если им не дают выйти наружу. В первую очередь, это мастерски сделанное кино — социально важное, тонкое, медленное, но идеально выверенное. Дать главный приз этой картине — достойное решение со стороны жюри, которое в этом году возглавлял итальянец Джузеппе Торнаторе, известный по «Новому кинотеатру «Парадизо»».

Еще один интересный фильм основного конкурса — «Вы верите в ангелов, мистер Дровак?» — дебют немца Николаса Стейнера с известными актерами Карлом Марковичем и Ларсом Айдингером. Это сюрреалистичное кино о пьянице и цинике, которого заставили пройти курс креативного письма. Творчество возвращает его в прошлое и заставляет вернуться к собственным травмам — через разговоры со своими героями, ангелами и… людьми-крысами (да, он настолько много пьет!). Получилось не идеальное, но веселое кино, в духе поэмы «Москва–Петушки», если бы ее экранизировал Кирилл Серебренников.

Однако основной конкурс показался мне слабее программы Asian New Talent, аналога каннского «Особого взгляда», в которой собраны дебютные или вторые фильмы азиатских режиссеров. Мой любимый — «Виктория» дебютантки из Индии Сиваранджини Дж. Главная героиня — косметолог в небольшом салоне красоты на окраине. По дороге на работу ей практически насильно вручают петуха (важный для Индии духовный символ) — на передержку до вечера. Весь день Виктория проводит с клиентами, семейной драмой, ссорами с парнем по телефону и… петухом в углу. Актриса Минакши Джаян перед съемками месяц проработала в настоящем салоне красоты и в итоге получила приз за «Лучшую женскую роль». Очень рад за нее и за это кино: лаконичная и веселая история о том, как девушки справляются с навалившимся проблемами, умудряются параллельно работать и сопротивляться патриархальным устоям.

Лучшим фильмом в секции Asian New Talent стала картина «Пока течет вода» — китайское кино о старике, который рефлексирует свою жизнь и пытается заново выстроить семейные отношения. Это, я бы сказал, избыточно красивая и философская история. Вода, кстати, оказалась одной из самых популярных метафор на фестивале. Она физически появляется почти в каждом фильме и даже в названиях еще двух: китайского фильма «Вода может утечь куда угодно» и фильма из Шри Ланки «Риверстоун». Вода помогает вернуться домой, служит проводником между миром живых и миром мертвых, вселяет надежду на то, что всё плохое пройдет.

От «Майора» до «Сына»

Победа «Сына» Жанны Бекмамбетовой — далеко не единственная для России в Шанхае. В 2013 году «Майор» Юрия Быкова стал победителем основного конкурса. В 2015 году приз за «Лучшую операторскую работу» получил «Солнечный удар» Никиты Михалкова — в тот же год жюри возглавлял Андрей Звягинцев. В 2017 году байопик Ивана Болотникова «Хармс» получил сразу две награды: за «Лучший сценарий» и «Лучшую операторскую работу». Эти же награды в 2021 году выиграл Алексей Козлов с фильмом «Совесть». А в прошлом году лучшим режиссером кинофестиваля признали грузина Бакура Бакурадзе за фильм совместного с Россией производства «Снег в моем дворе».

Впрочем, куда важнее для России центральное индустриальное событие фестиваля — кинорынок. В последние годы на него заявляются десятки российских проектов: в первую очередь, коммерческих. Насколько удается что-то удачно продать именно на Шанхайском кинорынке — оценить сложно, но в последние годы в местный прокат довольно часто выходили российские блокбастеры: «Вызов», «Движение вверх», «Притяжение», «Салют-7» и другие.

23 июня, на следующий после закрытия фестиваля день, в Шанхайском выставочном центре немноголюдно. Огромное здание заполнено стойками разных стран, фильмы продают все: Турция, Кыргызстан, Словения, Индия, Грузия… и, конечно, Китай: десятки проектов разного масштаба, в основном — коммерческие. Российский стенд выделялся не только размером, но и огромным LED-экраном, стоящим в углу. Компания XOVP показывала, как использует эти экраны вместо хромакея для съемки кино. В последние годы технологию Virtual Production используют всё активнее, особенно после сериала «Мандалорец», где снимать на фоне экранов было сильно проще, чем на фоне хромакея, из-за блестящих доспехов. Оказалось, в России так тоже могут и уже давно снимают.

В этот же день в одном из залов прошла презентация российских фильмов и сериалов: за час двадцать минут голос диктора рассказал про несколько десятков проектов. В первую очередь, про новогодний лайн-ап — «Чебурашку 2», «Финист.

Воронежская анимационная студия показала «Героев Арктики» — мультсериала, в создании которого принимал участие Росатом. «Ленфильм» представил трейлер «Последней цены» 2022 года — кажется, картине о тяжелой жизни славян в Абхазии (а где сейчас славянам легко!). Но больше всего меня впечатлил анонс триллера «Вниз»: в этой картине Егор Крид и Анфиса Черных застревают в лифте небоскреба в Москва-Сити вместе с незнакомцем, который знает про них всё. Дата российской премьеры явно выбрана не случайно — 11 сентября.

Документальные фильмы про красоту России, криминальные сериалы на «НТВ» и исторические на «России 1». На этом кинорынке не показали ни одного актуального и интересного арт-проекта: только история, бандиты и семейные сказки. Впрочем, российский прокат сейчас примерно так и выглядит. Наверняка некоторые из представленных фильмов появятся и в китайских кинотеатрах. Главное — попасть в квоту для иностранных фильмов; обычно это несколько десятков в год. Государственная компания «Роскино» — именно через нее проходят все российские проекты для кинорынка — уже сообщила, что в Китае покажут фильм «Красный шелк». Считается, что это совместное российско-китайское производство, поэтому под ограничения для иностранцев фильм не попал.

«Красный шелк», кстати, в российском прокате провалился и собрал всего лишь около 700 миллионов рублей при 800-миллионном бюджете. Вряд ли прокат в Китае поможет фильму окупиться. Это скорее символический жест — тем более, выход в кинотеатрах обещают к приезду Владимира Путина на 80-летие победы над Японией.