Сказки народов России

«Тимир», режиссер Николай Корякин, 2023

После смерти матери юному Тимиру предстоит переехать из Якутска и жить с отцом, которого он давно не видел. Отец, когда-то покинувший семью, теперь проводит дни в компании алкогольной зависимости и собутыльников в далекой деревне. Оказавшись там, Тимир будто бы переносится на машине времени в атмосферу советской пионерии. Директор местной школы с азартом комсомольца средних лет убеждает мальчишек быть прилежными и ответственными, но детство остается детством: оно толкает к тому, чтобы нарушать правила и искать приключения.

Взамен он просит помочь ему самому уйти из этого мира — мира, в котором он давно застрял и из которого никак не может найти выход.

Николай Корякин, начавший карьеру как блогер и осветитель на съемках у якутского классика Дмитрия Давыдова, дебютировал фильмом «Тимир» и сразу получил приз на фестивале «Зимний» в качестве лучшего режиссера. Рецензенты отмечают визуальное сходство фильма с работами Уэса Андерсона: геометричное кадрирование и строгая композиция превращают каждую сцену в цельное визуальное высказывание. Корякин, как хороший ученик, берет прием за основу, но расширяет его туда, где якутское кино традиционно сильнее всего, — в сферу «магического реализма». Присутствие потустороннего друга-призрака становится для Тимира способом пережить потерю, а для зрителя — символом прошлого, которое не отпускает саму деревню. Застрявшие в «лимбе» советско-комсомольской эстетики жители не могут до конца повзрослеть, а призрак — окончательно попрощаться с этим миром, пока эпоха, эмблему которой он носит на кепке, не исчезнет окончательно.

«Бери да помни», режиссер Байбулат Батуллин, 2023

Шестилетний Ильхас проводит летние каникулы в залитой солнцем татарской деревне. Родители уехали в отпуск и оставили его на попечение бабушки Суфии и дедушки Расима. Летние дни проходят в безмятежной неге и радости: сегодня они с дедушкой играют в настольные игры, завтра переодеваются в супергероев, потом поют песни. В гости периодически приходят соседи, которые тоже не прочь присоединиться к игре. Но только отстраненность бабушки выдает, что происходит что-то неладное. По вечерам Ильхас пытается дозвониться до родителей, но каждый раз слышит гудки и дежурную фразу автоответчика: «Абонент вне зоны доступа». Перешептывания бабушки и дедушки за его спиной становятся всё тише, а взгляды, которые они отводят от него, наполняются слезами. Родители Ильхаса погибли в авиакатастрофе.

Как начать этот самый сложный разговор — о конце жизни? Этим вопросом задается татарский режиссер Байбулат Батуллин. «Бери да помни» — это сказка, цель которой не в том, чтобы увести зрителя в мир магических или ностальгических грез, а скорее отрезвить и поставить перед реальностью, которую можно долго пытаться избегать. Комедийная форма служит лишь механизмом удержания зрителя, которого автор, словно ребенка, вовлекает в повествование и в один момент оставляет один на один с необходимостью осознания. Микромир героя сужен до маленького деревенского дома, откуда родом его родители. Дом окружен бесконечной татарской степью, где трудно определить время, в котором происходит действие. Фильм формально обозначен как «наши дни», но ощущается как застывшее безвременье, в котором иногда проскальзывают детали настоящего. Связующим звеном между временем и поколениями становится саундтрек: Байбулат Батуллин умело миксует советско-татарскую икону Альфию Авзалову и инди-электронную группу Taraf, создавая ритмический мост между эпохами, — тот самый мост, которым и является фильм.

«Семь черных бумаг», режиссер Анатолий Колиев, 2024

Горное село в Северной Осетии. На дворе 1942 год, идет Вторая мировая война. В селе остаются в основном женщины, ждущие своих мужей и сыновей. Тишину гор периодически пронзает женский крик: приходит письмо с фронта — еще один не вернется домой. Эти письма приносит местный почтальон — юноша, который вместе с несколькими подростками и стариками представляет собой последних оставшихся в селе мужчин. Двое братьев, Дзамбол и Илас, в один из таких моментов решают хотя бы ненадолго остановить поток горьких новостей. Они договариваются с почтальоном и начинают прятать письма в стенах старой крепости. В это время их мать Дзерасса ждет вестей от мужа Казбега, ушедшего на фронт. Она тоже старается не думать о плохом, но вместо того чтобы принять настоящее, пытается с помощью древней магии заглянуть в будущее и увидеть в нем своего мужа.

Братский тандем молодых кинематографистов из Осетии — режиссера Анатолия и сценариста Алана Колиевых — перенес личную историю их семьи в форму готической сказки.

Авторы вводят в повествование и сказания, и эпические мотивы. В структуре фильма органично присутствуют элементы мистического: это еще не «Лабиринты Фавна» Гильермо дель Торо, но уже смелая попытка выйти за пределы классического архетипа фильма о Второй мировой войне.

В то же время сюжет лишен военной патетики. Формально она присутствует в кадре, но тот подтекст, которым авторы насыщают второй слой повествования, скорее говорит о трагизме войны и о потере, которую не могут искупить никакие статуи и памятные гобелены. Единственное, что остается в вечности, — это память женщины, которая никогда не забудет своего сына и своего мужа.

«Волки», режиссер Михаил Кулунаков, 2024

XIX век. Алтай находится на границе времен: родоплеменные нравы и уклады еще не покинули эти места, а новое будущее вместе с властью русского императора не поднялось так высоко в горы. В этих условиях рождается любовь между юными Токмой и Кымыскай. Их радость нарушает сосед — зажиточный Кутус. У него свои виды на Кымыскай, которая, по его представлениям о власти и силе, должна стать его женой. Обсуждать это с ней он не собирается: по древнему обычаю он получает разрешение у ее отца. После согласия отца девушку похищают, и она оказывается в родовом доме своего требовательного соседа. Чем сильнее она сопротивляется навязанному будущему, тем упорнее Кутус стремится овладеть ею. Но героиня не собирается отдавать свою волю: пусть и обесчещенная, она находит в себе силы сбежать от насильника к тому, кого любит. Проходят годы. На горной окраине Токма и Кымыскай создают свой скрытый от посторонних взглядов семейный уголок; у них двое сыновей.

Уже в первые минуты зритель оказывается в мире Алтая конца XIX столетия: скрупулезно проработанные костюмы, предметы быта и интерьеры оживляют прошлое на экране, центром которого являются размышления об истоках жестокости. Михаил Кулунаков два года назад снял «Тропу» — первую алтайскую полнометражную картину, где герой пробивал путь через горный массив. Теперь режиссер продолжает прокладывать свою тропу в киноиндустрию, выбирая жанр триллера, декорациями к которому становятся культура родного края. Кулунаков выходит за пределы мифологизированного образа Алтая, смешивая в кадре истерн и триллер. Это придает повествованию не только необходимую динамику, но и усиливает эмоциональное вовлечение зрителя в судьбы персонажей. Хотя основное экранное время отдано конфликту взрослых, режиссер смещает фокус на двух братьев — жертв и наследников той боли, которая передается им от родителей. Именно они становятся теми «волками», которым предстоит войти в будущее, неся на себе бремя семейной трагедии. Их вой встречает новое время, несущее уже другие катастрофы, способные навсегда изменить путь каждого алтайца.

«Легенды наших предков», режиссер Иван Соснин, 2025

Антон работает в екатеринбургской газете и делает это достаточно успешно: он был даже награжден премией «Золотое перо Урала». К сожалению, его личная жизнь складывается не столь удачно: жена ушла от него, забрав дочь и уехав в Москву. Но Антон не остается один: неожиданную компанию ему составляет лесной дух Нюлэсмурт, которого видит только он. У духа свои проблемы: силы покидают его, и со временем он и его сородичи, боги и духи Урала, могут исчезнуть. Единственный способ остановить вымирание магического мира — вспомнить имена каждого из них и рассказать о них людям, особенно детям. Сначала Антон отказывается помогать внезапно появившемуся в его жизни мифическому существу, но Нюлэсмурт идет на хитрость и убеждает его, что при успешном исходе сможет вернуть самое ценное — потерянную семью.

Иван Соснин — восходящая звезда российского кинематографа — родом с Урала. Родные края становятся местом действия его фильмов — недавнего «Пришельца», а теперь и «Легенд», где режиссер делает центром сюжета мифологию коренных народов региона — ханты и манси.

В жанре роуд-муви Антон и мифические герои отправляются не столько по разным местам Урала, сколько по глубинным слоям памяти этой земли, хранящей уникальный культурный код. Сказочная форма, в которую автор помещает трагедию угасания, дает шанс на надежду: именно через сказку память передается от родителей к детям — а вместе с ней возрождаются имена древних мифов и былин.