Окончательное решение европейского вопроса

— Можете прокомментировать принятый в двух чтениях сразу законопроект? Что там особенно интересно?

— Там нет ничего интересного. Этот законопроект полностью и безоговорочно неконституционен. Государство — ответчик по делам в ЕСПЧ и оно не может выбирать, какие решения ему соблюдать, а какие — нет. В силу 46 статьи Европейской Конвенции о правах человека все решения ЕСПЧ обязательны [для стран-участниц этой Конвенции]. Даже когда государство само выходит или исключается из Конвенции, решения по событиям, которые имели место до этого выхода или исключения и могут быть приняты много лет спустя, все равно обязательны — и это ясно видно из текста другой статьи Конвенции, номер 58.

— Как думаете, почему его приняли так быстро — сразу в двух чтениях за один день?

— Подобные законы всегда принимаются быстро, это ж не закон о борьбе с домашним насилием.

— В исправленном тексте законопроекта, который и приняли сразу в двух чтениях, формулировку о неисполнении «принятых» решений изменили на «вступившие в силу решения». Есть ли существенная разница между двумя этими формулировками?

— Не все решения ЕСПЧ сразу становятся окончательными. Например, постановления палат из семи судей по существу дел вступают в силу только через три месяца, если стороны их не оспорили, или в день, когда заявления о пересмотре, если стороны все же решили возразить, отклоняются. Поэтому, допустим, решение палаты, вынесенное 1 марта 2022 года, станет окончательным не раньше 1 июня 2022 года. Но это не очень предметный разговор, потому что

— Что будет с решениями ЕСПЧ, вынесенными до 15 марта? Как думаешь, будут ли их исполнять?

— Это вопрос к российским властям, на которых и лежит обязанность по исполнению этих решений.

— А что с решениями, вынесенными после 16 марта — они не будут исполняться ни в плане выплаты компенсаций, ни в том, что касается пересмотра дел? Например, что будет с недавним решением по Свидетелям Иеговы? 

— Недавно вынесенное ЕСПЧ решение по Свидетелям Иеговы очень важное, потому что оно представляет собой прямо-таки энциклопедию их преследований в России за последние 15 лет. Помимо назначения выплат участникам религиозного движения, Суд указывает на необходимость пересмотра судебных решений о запрете организации, реституцию ее собственности, необходимость прекратить уголовное преследование. Такие решения Россия и раньше не торопилась выполнять, поэтому тут закон ничего сильно не изменит.

Мне сложно сказать, что именно будут делать российские власти, это надо спрашивать у них. Я могу говорить лишь о том, что они обязаны делать — соблюдать статью Конвенции, которая говорит об их обязанности исполнять вынесенные решения ЕСПЧ даже после выхода из Совета Европы. Еще можно сказать, что порядок непризнания решений после 15 марта будет безусловным, то есть исполнять не будут абсолютно все решения ЕСПЧ.

— 14 июня ЕСПЧ вынесет решение по жалобе 73 НКО-иноагентов. Насколько оно важно?

— Эту жалобу рассматривали девять с половиной лет, решение по ней не просто важное, а очень важное. Среди заявителей там практически все живое гражданское общество страны и половина организаций уже, увы, ликвидирована, что как раз говорит о масштабе репрессий. Я не могу сказать, как оно будет исполняться российскими властями.

— А почему такие важные решения стали выносить только сейчас?

— Европейский Суд и раньше важные решения выносил, к сожалению, его тайминг просто непредсказуем. У меня нет каких-то доказательств взаимосвязи вынесения решения по Свидетелям Иеговы и НКО-иноагентам и выходом России из Совета Европы, но это правда, что очень много важных дел рассматриваются долго даже по стандартам ЕСПЧ. Хуже всего, однако, рассматривают дела из Абхазии: они есть [на рассмотрении Суда] уже около 20 лет, но нет ни одного решения по существу. Вот это действительно большая проблема.

— Правильно ли я понимаю, что Россия не будет исполнять решения, если они были вынесены после 15 марта, даже если жалоба была подана давно?

— Это незаконно и прямо противоречит сразу двум статьям Конвенции, которые остаются обязательными даже при исключении России из Совета Европы. Я говорю о статьях 46 и 58 Конвенции. (Статья 46 предусматривает обязательное исполнение вынесенных решений, а статья 58 — обязанность страны исполнять решения ЕСПЧ даже после денонсации Конвенции и выхода из Совета Европы — прим. ред).

— Сейчас у России есть задолженность по выплатам по решениям ЕСПЧ. Часто ли вообще Россия копит долги по компенсациям?

— По многим делам уже давно не выплачиваются компенсации: например, внесенные в список террористов и экстремистов не получают свои деньги. Еще с того момента, когда полномочия по представительству Российской Федерации в ЕСПЧ перешли от Минюста к Генпрокуратуре, появилось заведомо невыполнимое требование, допустим, для беженцев, которые покинули Россию и получили от нее защиту — открывать рублевые счета в России для получения выплат от нее.

— Насколько важно, что теперь выплаты будут в рублях? Можно ли назвать это нарушением или все же нет? 

— Большинство выплат и так раньше были в рублях. Это еще одна неправомерная отговорка, чтобы не платить тем, кто не может открыть рублевый счет, потому что живет за пределами России, например.

— Как думаете, будет ли Россия исполнять обязательства в плане внесения изменений в законодательство и правоприменение? 

— До сих пор практика была такова, что если изменения и происходили, то только под давлением общества, а не потому что надо было исполнять решения ЕСПЧ. До исключения из Совета Европы, судя по статистике Комитета Министров, у России было больше двухсот нерешенных проблем на уровне законодательства или последовательной судебной практики. Некоторые вопросы (такие как госпитализация людей с психическими расстройствами) не решены с 2003 года. Так что не надо думать, что проблема возникла только 16 марта.

— Как может поступить сам ЕСПЧ теперь? Возможна ли приостановка рассмотрения дел?

— Она уже частично произошла. С февраля нет новых коммуникаций, решаются только дела, по которым переписка сторон кончилась месяцы или годы назад. Такая приостановка — это отказ в правосудии. Многие заявители и так не доживают до решений по их делам, а любая задержка только ухудшит положение.

— Могут ли защитники продолжать использовать аргументацию из решений ЕСПЧ по предыдущим делам?

— Конечно. В решениях Суда достаточно здравого смысла, чтобы аргументация не была привязана конкретно и только к статьям Конвенции о защите прав человека. Ничто, кроме признанной бывшим судьей КС Ярославцевым ориентации Конституционного суда России на исполнительную власть, не мешает толковать права, гарантированные Конституцией, таким же образом, как ЕСПЧ толкует Конвенцию. Обязательным остается и Международный Пакт о гражданских и политических правах, и другие договоры ООН о правах человека.

— А куда теперь россияне могут обращаться, если их права нарушены российскими властями?

Потом альтернативой будут 4 комитета ООН: Комитет по правам человека, Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин, Комитет против пыток и Комитет по ликивидации расовой дискриминации. Сроки рассмотрения дел не удивят привыкших к [срокам вынесения решений] ЕСПЧ — ориентироваться надо на 5 лет. Комитеты указывают и на необходимость присуждения компенсации тем, чьи права нарушены, и на другие необходимые меры восстановления прав. Но суммы компенсаций [комитеты] не определяют. В силу международного и российского права акты Комитетов являются основанием для пересмотра судебных решений в России, так решили и Конституционный суд, и Вверховный суд. Но успешным пока можно признать только дело Светланы Медведевой, выигравшей в Комитете по ликвидации дискриминации в отношении женщин. Она обращалась туда из-за запрета на профессии для женщин: отказ в праве стать капитаном речного судна в ее деле был пересмотрен.

Важно не путать Совет по правам человека ООН и Комитет по правам человека. Это разные структуры, в первый Совет никто не обращается.

— Грозит ли России в будущем что-то за неисполнение решений ЕСПЧ сейчас, если в будущем, допустим, она вернется в Совет Европы?

— «Сколько у Страсбурга танков»? Международное право так не работает. Действительно, сейчас консенсус таков, что при попытке возврата России в Совет Европы ей будет необходимо выплатить все долги, чтобы быть принятой обратно. Естественно, никто не знает, когда это произойдет, возможно, потребуется много времени. Поэтому необходимы новые решения, чтобы компенсацию получали сами заявители, а не наследники их наследников. Возможно, временным решением может быть создание Трастового фонда, который мог бы выплачивать компенсации, если РФ это не делает, а потом взыскивать деньги со страны за счет имущества России — или получить их перед возвращением РФ в Совет Европы. Задолженность России может поражать частных лиц со скромным доходом, но это малозначительные суммы как для государств, так и для скамейки запасных «Челси».