Боги, крадущие время

В центре внимания Монтага бизнес-модель, господствующая в Кремниевой долине. За использование сервисов юзер расплачивается личными данными, которые очень полезны для рекламщиков (власти и спецслужбы, надо полагать, тоже жаждут утолить любопытство). Зарабатывая на данных, компании вроде Google, Meta и Amazon заинтересованы в том, чтобы пользователи проводили как можно больше времени на их платформах, оставляя цифровой след и, соответственно, информацию о себе, нужную для таргетированной рекламы.

Такое полное погружение психологи называют состоянием потока. По мысли автора термина Михая Чиксентмихайи, это наиболее счастливое из всех доступных человеку состояний, когда он полностью растворяется в моменте и своем занятии. Онлайн-платформы конструируются таким образом, чтобы погрузить пользователя в поток и ни в коем случае не дать ему забеспокоиться или заскучать. Ведь тогда он высвободится — виртуальный «дзен» тоже хрупок.

Корпорации ведут постоянную борьбу за внимание юзера, заваливая его килотоннами «комфортного» контента, а если он все-таки ускользнул, навязчивыми уведомлениями пытаются снова выдернуть его из реальности. Воруя время, они, по мысли Монтага, отнимают у нас и без того редкую возможность побыть наедине с собой и погрузиться в продуктивное «блуждание ума». Речь здесь идет не только о способности человека мыслить, но и о его взаимодействии с реальностью вообще. Созерцание, чувственное восприятие пространства и своего присутствия в нем во время прогулки на природе или по городу, всматривание в архитектурные детали и — незаметно, чтобы не смутить, — в лица прохожих, живой поток мыслей, когда разум, отпущенный на волю, легче и изобретательнее нащупывает новые ходы… Все эти сентиментальные человеческие ценности и сейчас уже смотрятся архаично — как повадки мамонта, такого нелепого в отражениях витрин. В онлайне другие скорость и плотность восприятия информации.

Да уже скучно. И сложно. Хорошо, что всегда можно нырнуть в поток — в спасительную «невесомость» и «искаженное время» уже родной сети.

На то, чтобы удерживать юзера в состоянии потока, нацелена, например, умная лента Facebook. Искусственный интеллект анализирует лайки пользователя, сообщества, где он ищет информацию, круг онлайн-общения и привлекшие его внимание посты, а затем, опираясь на эти данные, конструирует интересную для него ленту, которую к тому же можно до бесконечности прокручивать вниз.

По тому же принципу работает и автовоспроизведение новых видео на YouTube или следующей серии любимого сериала на Netflix. Галочки в WhatsApp созданы, чтобы постоянно возвращать пользователя в мессенджер. Сначала он будет проверять, зажглись ли они уже желанным синим цветом прочитанного сообщения. А потом заглядывать в поисках ответа. Если его нет слишком долго, жертва ожидания, вероятно, накрутит себя и обидится. Для адресата это веский повод ответить поскорее и активировать таким образом цепкий круговорот обмена быстрыми сообщениями. Еще один способ деликатно мотивировать юзера почаще уделять внимание любимой соцсети: сториз в Instagram. Впервые похожий принцип был использован в Snapchat, где непрочитанные сообщения из групповых чатов через 24 часа исчезают. Сториз любимого блогера тоже скоротечны. Это, кстати, способ эксплуатации «боязни пропустить важное» — FoMO, тревожного психического расстройства, весьма распространенного у активных пользователей соцсетей.

Онлайн-платформы великолепно умеют направить человеческую природу в нужное русло. Банальный лайк, например, опирается на принцип обусловливания, описанный русским физиологом Павловым. Удовольствие от одобрения поста подталкивает юзера выложить новый и заслужить еще одну порцию похвалы. А поведение, приводящее к приятным эмоциям, закрепляется, превращаясь в привычку. Даже наличие подписчиков оказывается способом удержать пользователя, опирающимся на эффект обладания. Не станете же вы порывать с соцсетью, в которую долго и кропотливо привлекали своих читателей. Стремительное распространение фейков также обусловлено нашей природой, пишет автор: «Такие сообщения часто сенсационны, а мозг по-особому воспринимает новости, ведь в каменном веке от них нередко зависела жизнь человека». В соцсетях эмоциональные посты, особенно вызывающие гнев и возмущение, непременно пользуются спросом у аудитории. Поэтому алгоритмы охотно подхватывают их и распространяют по умным лентам.

Информационные пузыри, о которых так много говорится в последнее время, возникают не без участия тех же алгоритмов, выстраивающих для каждого комфортное онлайн-пространство.

Это неизбежно ведет к искажению картины реальности: так, может оказаться неожиданно, что плоскую Землю населяют исключительно единомышленники — все как один готовы встать плечом к плечу, чтобы остановить экспансию инопланетных рептилий с Гейтсом и Цукербрином во главе. Цель, конечно, благородная. Впрочем, смешного, на самом деле, мало. Монтаг приводит в пример историю с самоубийством 14-летней Молли Рассел, искавшей в Instagram материалы о суицидах и селфхарме. Постепенно умная лента окружила ее контентом такого рода и, по мнению некоторых, отчасти подтолкнула к уходу из жизни. Это все-таки крайний случай, но он вполне иллюстрирует разрушительный потенциал механизма. Отдельно стоит отметить работу Роэ Леви, которая цитируется в «Новых богах». Там утверждается, что столкновение в сети с материалами авторов, имеющих другие политические взгляды, могло бы смягчить негативное отношение к ним, тогда как информационные пузыри, кажется, способны только радикализировать «комфортное» мировоззрение. Другое дело, что обычно такая изоляция — личный выбор человека. В конце концов, ничто не мешает ему получать сведения из разных, пусть порой и не самых приятных источников.

Ближе к концу «Новых богов» Кристиан Монтаг рассказывает о том, как одну из его идей яростно раскритиковали в интернете.

— пишет психолог и замечает, что, взаимодействуя в офлайне, «мы знаем, что… можем мгновенно столкнуться с чужими негативными эмоциями… нам приходится вдумчивее подбирать слова». Этот короткий сюжет отчасти проливает свет на радикализм в соцсетях и в том числе на полемику в фейсбучных комментариях, где порой и у «этически безукоризненных» пользователей кровь капает с клыков, а из самых либеральных суждений почему-то выглядывает сталинская трубка. Отчасти, может быть, дело и в раскрепощающей юзера безнаказанности. Но Монтаг, думается, имеет в виду другое — искажение, возникающее между собеседниками в сети. По сути, это всегда общение живого человека с аватаром без голоса, мимики и, похоже, чувств. Разве фотографии и нескольким напечатанным репликам по силам его оживить? Только специальные усилия воображения, попытка эмпатии на расстоянии способны превратить аватар в человека, и не то чтобы многие стараются их предпринять.

Общались-то вроде аватары, а обиды и искаженные сетевой жесткостью представления о мире почему-то оказались реальными — как и разрастающиеся разломы и без того переломанного общества. Совсем невеселая картина, особенно если учесть, что онлайн-общения с каждым годом становится только больше. Всё же хочется верить, что со временем аватары в восприятии начнут оживать чаще, а слова про эмпатию на расстоянии не будут звучать так странно.

«Преступление» технологических корпораций заключается, конечно, не только в манипуляциях, направленных на получение персональных данных. В борьбе за внимание они изменили саму структуру повседневной жизни пользователей. Всплывающие уведомления, сигналы о новых постах в ТГ-каналах или сообщениях, на которые лучше бы поскорее ответить, — всё это дробит день на множество коротких временных отрезков и не позволяет сосредоточиться ни на работе, ни на отдыхе. По мысли Монтага, условия «фрагментированной» реальности снижают концентрацию и производительность, затрудняют обучение и познание. Человек лихорадочно мечется между офлайном и онлайном, а его время постоянно утекает сквозь пальцы прямиком в экран смартфона.

Последние главы «Новых богов», как и обещал подзаголовок, предлагают рецепты по возвращению свободы. Для начала можно, например, изменить некоторые базовые настройки в соцсетях и мессенджерах, потому что компании часто пользуются неосведомленностью юзеров и их готовностью мириться с неудобствами. Однако большая часть предложений адресована не отдельному читателю, но обществу и корпорациям. Некоторые идеи Монтага смотрятся неожиданно архаично. Скажем, он предлагает сделать так, чтобы электронные письма до часа Х копились в облаке, а потом скопом приходили человеку — всего несколько раз в день. Немного напоминает старого доброго почтальона, который доставит корреспонденцию лишь в определенный час и вовсе не намерен носиться туда-сюда. Часть деловой переписки Монтаг предлагает заменить когда-то привычными офлайн-обсуждениями, снижающими вероятность недопонимания и часто экономящими время. В соцсетях он хочет установить «уведомления об отсутствии», предупреждающие отправителя, что адресат зайдет в профиль и ответит не раньше среды. А для борьбы с распространением фейков автор призывает корпорации настроить алгоритмы соцсетей таким образом, чтобы широкое распространение получали только те новости, достоверность которых подтвердили три независимых «рецензента» от общества. Очень напоминает принцип работы «Википедии» (весьма успешный) и научных журналов.

Предложений, на самом деле, очень много. Некоторые выглядят вполне реалистичными, другие — утопическими. Однако сам подход здесь интереснее, чем конкретика. Онлайн-реальность — особое пространство, требующее сложной адаптации. Современное общество, как кажется, готово к нему лишь отчасти. Пока мы не сумеем выстроить здоровые отношения с виртуальным миром, раз за разом будем клевать на его уловки и попадать в хитро расставленные капканы. Говоря проще, окажемся в его власти. И это ведь касается многих достижений научно-технической революции, от которой катастрофически отстала гуманитарная мысль. В противном случае мы вряд ли оказались бы в такой досадной близости от ядерной войны. Размышляя, Монтаг пытается заземлить виртуальную реальность, переорганизовать взаимодействие с ней в более человечном русле. И ради цели он не боится смотреть одновременно в будущее и в прошлое. Ведь прогресс не линеен. Сделав ставку на технологии, мы явно отстали в каких-то других, очень важных вещах. Может быть, сейчас пришло время притормозить, отдышаться и оглядеться по сторонам? Тогда, возможно, и удастся выстроить здоровые отношения. И не только с виртуальной реальностью, но и с обычной, земной. Возникает же иногда ощущение, что шарик вот-вот выскользнет из-под ног?