Воланд против цензуры

Москва, 1930-е годы. Успешный столичный Писатель готовится к премьере своей постановки «Пилат», обещающей стать сенсацией. У входа в театр, где вовсю идет генеральная репетиция, красуется афиша, а текст пьесы печатают в «Новом мире». Ничто не предвещает беды, как вдруг чиновники снимают спектакль с репертуара, потому что он перестал соответствовать линии партии. И чтобы за рубежом ни у кого и мысли не возникло заявить, мол, в СССР нет свободы слова, участники съезда великодушно предлагают переписать «политически вредное и опасное произведение». Например, вместо истории о Понтии Пилате и Иешуа Га-Ноцри поведать публике о подвигах советских рабочих. Писатель, конечно же, отказывается — и в тот же вечер теряет место в профсоюзе. Вскоре после этого гонимый литератор знакомится с загадочной Маргаритой, замужней женщиной, которая становится его любовницей и вдохновляет на написание нового романа. Главный герой рукописи — зловещий интурист Воланд, профессор черной магии.

Впервые о проекте заговорили еще в апреле 2018-го года. Режиссером избрали специалиста по ура-патриотическим блокбастерам Николая Лебедева, а среди продюсеров, помимо основателя «Марс Медиа» Рубена Дишдишяна и главы студии «Профит» Игоря Толстунова, числился гендиректор «Первого канала» Константин Эрнст. Несмотря на наличие готового сценария и раскадровок, из-за финансовых проблем и пандемии коронавируса производство тогда не сдвинулось с мертвой точки. В итоге место Эрнста занял владелец «Амедиа» Леонард Блаватник, а Лебедева сменили Михаил Локшин и Роман Кантор, чьи «Серебряные коньки» только что отгремели в российском прокате и были проданы стримингу Netflix. Дуэт переделал сценарий, съемки стартовали в июле 2021-го года, а выпуск назначили на 1-е января 2023-го года. Однако после полномасштабного вторжения РФ в Украину выход фильма вообще оказался под вопросом: дистрибьютор Universal покинул Россию, а государство до последнего тянуло с выдачей денег на постпродакшн (по сведениям «Новой газеты Европа», отъезд и антивоенная позиция Михаила Локшина, гражданина США, была одной из проблемных точек на переговорах с Министерством культуры. Продюсерам удалось оставить постановщика в кресле режиссера. — Прим. ред.) С горем пополам создание «Мастера и Маргариты» завершилось, при этом бюджет возрос с изначальных 800 миллионов рублей до 1,2 миллиардов. И лишь теперь, 25-го января 2024-го года, многострадальная экранизация вышла в отечественных кинотеатрах. Как выяснилось, в самое подходящее время.

Главное, что важно знать перед просмотром «Мастера и Маргариты», — это не побуквенный перенос книги на экран, как было у Владимира Бортко, а фантазия по мотивам. Вместо того чтобы пытаться уместить громоздкий мультижанровый роман в два с половиной часа хронометража, Локшин и Кантор изобрели иной путь: они взяли за основу биографию Михаила Булгакова и уже на нее нанизывали ключевые сюжеты романа.

Как известно, Булгаков всю жизнь сталкивался с цензурой и разгромной критикой, а многие произведения классика были опубликованы уже после его смерти. 1930-е годы выдались наиболее тяжелыми: его прекратили печатать вовсе, пьесы одна за другой изымались из репертуара. Писатель, лишившийся возможности творить, даже хотел покинуть СССР и в порыве отчаяния позвонил самому Сталину, требуя выпустить его за границу. Тиран убедил Булгакова — автора его любимых «Дней Турбиных» — остаться, дав ему должность во МХАТе. Но ситуация не изменилась: работы Михаила Афанасьевича браковались и дальше, а сам он жил в нищете и страхе быть репрессированным. Именно в те непростые годы он тайно писал «Мастера и Маргариту», зная, что книга всей его жизни, вероятно, никогда не будет опубликована. Образ Мастера — очевидное альтер-эго Булгакова, тогда как прообразом Маргариты выступила его третья жена Елена Сергеевна, по сути являвшаяся редакторкой романа.

События фильма происходят в двух реальностях: в повседневной Москве, где кипит «стройка века», и в воображении литератора, работающего над той самой книгой. Связующее звено — трагичная история любви, разворачивающаяся в обоих мирах одновременно. Сыгравший центральную роль Евгений Цыганов поразительно похож на Булгакова, каким мы его знаем по фотографиям, да и Юлия Снигирь будто бы рождена для того, чтобы играть ведьм. В целом актерский ансамбль получился не менее звездным, чем в телесериале нулевых, — Воланда изобразил немец Аугуст Диль, от одного взора которого кровь стынет в жилах, а рядом скачут его эксцентричные приспешники: пищащий фальцетом Фагот Юрия Колокольникова, вампирша Гелла в исполнении Полины Ауг, звягинцевский актер Алексей Розин в качестве Азазелло и вездесущий Юра Борисов, мурлыкающий за кота Бегемота. Ложка дегтя — присутствие здесь людей вроде путиниста Алексея Гуськова, женоненавистника Марата Башарова и Леонида Ярмольника, у которого «Россия находится на той стороне, которая борется за победу света». Но их роли эпизодические, а персонажи (совпадение?) — сугубо отрицательные.

Учитывая затраченные ресурсы, неудивительно, что новая версия «Мастера и Маргариты» выглядит дорого-богато: художник-постановщик Денис Лищенко воссоздал на экране антиутопическую Москву, усеянную величественными высотками с изображением вождей, мимо которых летают дирижабли. Спецэффекты в кои-то веки не режут глаз, а наряды, созданные художницами по костюмам Галиной Солодовниковой и Ульяной Полянской, — все как на подбор.

Размах постановки и впрямь феноменальный, однако формальная сторона не доминирует над содержанием — вычищенным от свойственной блокбастерам по-русски квазипатриотической пропаганды. В одной из сцен герой Александра Яценко, анализируя «Пилата», провозглашает: «Это же всё не про древнюю Иудею, это всё про сейчас!» И эскапистское на первый взгляд ретро-фэнтези Локшина и Кантора тоже, понятное дело, «про сейчас».

Появление фильма о гонениях на творческую интеллигенцию при потворстве властей оказалось пугающе своевременным. Если отбросить мистическую часть, то в сухом остатке получится следующее: чиновники обнаруживают в пьесе уважаемого писателя деструктивную информацию («То, что вчера еще можно, — сегодня уже нельзя»), а когда инакомыслящий автор отказывается продвигать через свое творчество провластные идеи, то его лишают возможности публиковаться. Чтобы работать, драматург подумывает о выезде из страны и между делом пишет в стол еще один «опасный» текст. Когда на него доносит коллега-иуда, помещенного в «черный список» творца обвиняют в измене родине и отправляют за решетку, выбивая из него покаяние.

Ничего не меняется: как и во времена Ершалаима, «добрые люди» продолжают оправдывать убийц и казнят за слова. В стране, где сажают за стихи и находят оправдание терроризма в постановках, напротив, романтизм террора разоблачающих, подобный сюжет звучит особенно остро. Хотя говорить через прошлое о настоящем Локшину и Кантору не впервой: в «Серебряных коньках», несмотря на формат новогодней сказки и дореволюционный сеттинг, фигурировали весьма нехарактерные для массового российского кино темы — там говорили об освобождении женщины от уз патриархата, а недовольных режимом буквально избивали дубинками.

«Мастер и Маргарита» — наглядный пример того, как нужно экранизировать общеизвестную классику. Использовав сюжеты и героев Булгакова (не только «Мастера и Маргариты», но и, к примеру, «Театрального романа»), Михаил Локшин и Роман Кантор создали нечто свое, но при этом — абсолютно булгаковское. Их многослойное кинопроизведение работает и как зрительский киноаттракцион, и как история большой любви, и как высказывание о цензуре. На фоне заполонивших кинопрокат бесконфликтных киносказок, патриотических военных фильмов и оторванных от реальности байопиков, когда даже за малейшее отклонение от «нормы» фильмы отправляются на «полку», такое кино кажется чем-то экстраординарным и смелым. Если бы не внешние факторы, у него мог бы быть и международный успех.