Утка, конь и ледоруб

Незабываемый конфликт

Советский политик Лев Троцкий во многих латиноамериканских странах до сих пор считается героем. Он родился 7 ноября 1879 года в селе Яновка Херсонской губернии. В революционное движение пришел в 1896 году, через два года был арестован и отправлен в ссылку в Сибирь. Оттуда благополучно сбежал сперва в Лондон, потом в Швейцарию. Участвовал во Втором съезде РСДРП, где поддержал Ленина по основным пунктам программы партии. Но уже в 1912 году Троцкий занял меньшевистскую позицию, создал оппозиционный Ленину Августовский блок (который, впрочем, быстро развалился). После Февральской революции 1917 года с Лениным они всё же помирились, и Троцкий фактически стал идеологом и организатором уже Октябрьской революции.

Разногласия же Льва Троцкого и Иосифа Сталина были результатом не личных взаимоотношений, а разных взглядов на мировую политику. Троцкий рассматривал Россию как плацдарм для мировой революции, а Сталин был уверен, что сперва стоит построить справедливое общество в отдельно взятой стране и не разбрасываться на заграницу. Хотя личные мотивы для серьезного конфликта тоже имели место. В 1918 году Троцкий был председателем Реввоенсовета и фактически создал Красную Армию. Поезд Троцкого колесил по всем фронтам гражданской войны, сколачивая из разрозненных отрядов боеспособные соединения. Осенью 1918 года он оказался в Царицыне (нынешний Волгоград), оборона которого была возложена на Иосифа Сталина и Климента Ворошилова. Троцкий подверг организацию обороны Царицына резкой критике. Его поддержал ЦК ВКП(б) и лично Владимир Ленин, но местные коммунисты приняли сторону Сталина, не желая подчиняться распоряжениям «еврейского выскочки».

Лев Троцкий в то время проводил вербовку в Красную Армию офицеров и генералов бывшей царской армии. Иосиф Сталин был резко против привлечения в РККА «военспецов», но Ленин и Яков Свердлов (в 1918-м — председатель ВЦИК и фактически второе лицо после Ленина) приняли позицию Троцкого. Несмотря на это, в 1918 году Сталин стал противодействовать назначенному Троцким командующему обороны Царицына генерал-лейтенанту Андрею Снесареву. В результате Снесарева отозвали в Москву, а Ворошилов возглавил оборону Царицына. Затем последовали два штурма города белогвардейцами и казаками, которые удалось отбить только чудом.

Царицын был захвачен войсками барона Петра Врангеля в июне 1919 года (Исаак Дойчер. Вооруженный пророк. Лондон, 1963 г. С. 101–130).

В советской истории оборона Царицына преподносилась безапелляционно: товарищи Сталин и Ворошилов делали всё правильно, а Троцкий им мешал, завидуя успехам. Но мемуары белогвардейских офицеров, изданные в Турции, Франции и США, не оставляли от этой версии камня на камне: сомнений в том, что Сталин с Ворошиловым были плохими военачальниками, больше не было. И эти факты дошли даже до далекого от военной науки Ленина. Именно тогда, в конце 1918 года, и началось противостояние Сталина и Троцкого.

После окончания гражданской войны позиции Троцкого в ЦК ВКП(б) заметно ослабли. В 20-х годах, после смерти Ленина, в партии началась ожесточенная борьба за власть, в которой Лев Троцкий принимал активное участие. Как известно, в этой борьбе победил Сталин, а Троцкий оказался в оппозиции. Некоторое время он пытался сопротивляться, но в интригах Сталин оказался сильнее.

В 1929 году Льву Троцкому настоятельно рекомендуют покинуть пределы Советского Союза. Он отправляется в Турцию, прихватив с собой архив (28 ящиков секретных документов), часть которого позже будет продана Гарвардскому университету.

Но и из этой страны ему вскоре приходится уехать. В 1936 году он с разрешения тогдашнего президента страны Ласаро Карденоса переезжает в Мексику.

Не срослось

Когда Лев Троцкий еще жил в Норвегии, к нему «подвели познакомиться» советскую разведчицу Африку де Лас Эрас. Об этой незаурядной женщине, отдавшей свою жизнь советской разведке, написано немало книг и снято немало фильмов. По версии авторов фильма «Женщина под грифом секретно» из сериала «Поединки» (в аннотации сказано, что он основан на реальных событиях и рассекреченных документах 1-го отдела КГБ и Главного управления разведки Генштаба МО СССР),

Необычное для испанки имя Африка будущая разведчица получила по решению отца. Офицер испанской армии Соило де Лас Эрас Хименес был сослан в Марокко за оппозиционные высказывания в отношении существовавшего в начале XX века в Испании режима. В то время за контроль над Марокко спорили Испания, Франция и Англия. Это была испанская колония, но в 1904 году Франция заняла в стране большинство портов в Средиземном море, а страну заполонили французские военные. Так Африка де Лас Эрас, родившаяся 26 апреля 1909 года в городе Сеута, получила имя по названию континента, давшего пристанище опальному испанцу. Девочка жила в многоязычной среде, говорила по-испански, по-французски, знала английский и русский.

В 1933 году отец Африки умер, и она воспользовалась внезапной свободой. Самовольно уехала в Мадрид, где поступила на работу на текстильную фабрику. Там же вступила в коммунистическую партию. А вскоре оказалась в вооруженных отрядах республиканских дружинников.

Существует несколько версий по поводу того, кто именно из советских разведчиков разглядел в испанской девушке перспективную разведчицу. То ли это был резидент НКВД в Испании Александр Орлов, то ли Наум Эйтингон, то ли Каридад Меркадер, мать Рамона Меркадера, будущего убийцы Троцкого. Существует легенда, что Африка и Меркадер имели романтические отношения в середине 30-х годов, которые разрушила как раз Каридад Меркадер, которая и отправила Африку в Норвегию. Так или иначе, но в 1935 году Африка де Лас Эрас под именем Мария де Лас Эрас вошла в окружение Троцкого и стала одной из основных его переводчиц.

Когда Троцкому в 1936 году посоветовали покинуть Норвегию, он уже знал, что его ждут в Мексике, куда он, собственно, и оправился, прихватив с собой успевшую зарекомендовать себя переводчицу «Марию».

Первоначальный план устранения Троцкого, который к тому времени уже успел отметиться революционной деятельностью в Испании, а потом вступил в близкие отношения с британской и американской разведками, строился на том, что в окружение Троцкого внедряется агент советской разведки. Сама Африка настаивала на личном участии в ликвидации Троцкого. Она не могла простить Троцкому путч в Барселоне в июле 1936 года, где «троцкисты» фактически сыграли на стороне монархистов и фалангистов. И хотя республиканцы мятеж подавили, но в уличных боях погибло много друзей Африки.

Однако в Москве по поводу Африки де Лас Эрас были другие планы. Ее успешное внедрение и активная работа в стане Троцкого произвели впечатление на руководство НКВД.

Красавица Африка, как сказали бы сегодня, «окрутила» одного из охранников и полностью перетянула его на свою сторону. Именно на этой связи и строился первоначальный план нападения на дом Троцкого. Влюбленный в Африку охранник должен был открыть неприметную калитку в заборе и впустить внутрь поместья киллеров. Но этому плану не суждено было сбыться.

В июле 1938 года бывший резидент советской разведки в Европе Александр Орлов отказался подчиниться приказу и вернуться в СССР. Орлову было известно о массовых репрессиях в среде спецорганов, и он не захотел ехать на расстрел. Сбежал в США, попутно отправив письмо лично Сталину, что если его не будут трогать, то и он не выдаст никого из агентуры в Европе. Орлову тогда поверили, но многих агентов, о которых знал разведчик Орлов, с заданий отозвали. В их числе была и Африка.

«Партия вас не забудет!»

Устранение Троцкого по плану номер два было поручено вновь назначенному замглавы нелегальной разведки Павлу Судоплатову. Вот как он сам позже описывал это в своей книге «Разведка и Кремль»: «Левое движение находилось в состоянии серьезного разброда из-за попыток троцкистов подчинить его себе. Тем самым Троцкий и его сторонники бросали серьезный вызов Советскому Союзу. Они стремились лишить СССР позиции лидера мирового коммунистического движения. Берия предложил нанести решительный удар по центру троцкистского движения за рубежом и назначить меня ответственным за проведение этих операций. В заключение он сказал, что именно с этой целью и выдвигалась моя кандидатура на должность заместителя начальника Иностранного отдела, которым руководил тогда Деканозов.

Возникла пауза. Разговор продолжил Сталин.

— В троцкистском движении нет важных политических фигур, кроме самого Троцкого. Если с Троцким будет покончено, угроза Коминтерну будет устранена.

Он снова занял свое место напротив нас и начал неторопливо высказывать неудовлетворенность тем, как ведутся разведывательные операции. По его мнению, в них отсутствовала должная активность. Он подчеркнул, что устранение Троцкого в 1937 году поручалось Шпигельглазу, однако тот провалил это важное правительственное задание. (Сергей Шпигельглаз, руководитель внешней разведки СССР в 1938 году, получивший прозвище “инквизитор” за ряд успешных ликвидаций перебежчиков и невозвращенцев, арестован в 1938 году, расстрелян в 1940 году. — Прим. ред.)

Затем Сталин посуровел и, чеканя слова, словно отдавая приказ, проговорил:

— Троцкий должен быть устранен в течение года, прежде чем разразится неминуемая война. Без устранения Троцкого, как показывает испанский опыт, мы не можем быть уверены в случае нападения империалистов на Советский Союз в поддержке наших союзников по международному коммунистическому движению. Им будет очень трудно выполнить свой интернациональный долг по дестабилизации тылов противника, развернуть партизанскую войну.

Мне надлежало возглавить группу боевиков для проведения операции по ликвидации Троцкого, находившегося в это время в изгнании в Мексике. Сталин явно предпочитал обтекаемые слова вроде “акция” (вместо “ликвидация”), заметив при этом, что в случае успеха акции “партия никогда не забудет тех, кто в ней участвовал, и позаботится не только о них самих, но и обо всех членах их семей”. Когда я попытался возразить, что не вполне подхожу для выполнения этого задания в Мексике, поскольку совершенно не владею испанским языком, Сталин никак не прореагировал.

Я попросил разрешения привлечь к делу ветеранов диверсионных операций в гражданской войне в Испании.

— Это ваша обязанность и партийный долг — находить и отбирать подходящих и надежных людей, чтобы справиться с поручением партии. Вам будет оказана любая помощь и поддержка. Докладывайте непосредственно товарищу Берии и никому больше, но помните: вся ответственность за выполнение этой акции лежит на вас. Вы лично обязаны провести всю подготовительную работу и лично отправить специальную группу из Европы в Мексику. ЦК санкционирует поставлять всю отчетность по операции исключительно в рукописном виде».

Бесшумно не получилось

Руководить исполнением операции Судоплатов поручил разведчику и диверсанту Науму Эйтингону. Тот воевал в Испании и сохранил хорошие отношения со своими соратниками, многие из которых осели в Мексике. К тому же у него уже имелся опыт операций по устранению «врагов».

Для реализации операции «Утка» (от первых букв слов «устранить Троцкого») Эйтингон решил создать две независимые группы. Первую, получившую оперативное название «Конь», возглавил знаменитый мексиканский художник и участник войны в Испании Альфаро Сикейрос. Вторую, под кодовым названием «Мать», возглавила испанская революционерка Каридад Меркадер.

Сикейрос вместе с советским разведчиком Иосифом Григулевичем планировали вооруженный налет на виллу в пригороде Мехико, где жил Троцкий. Для этой операции были закуплены и нелегально ввезены в страну новейшие американские автоматы «Томпсон». Деревянные стены виллы не были препятствием для автоматных очередей. Некоторое время ушло на то, чтобы раздобыть план виллы. Дверь в воротах согласился открыть один из охранников Троцкого Шелдон Харт (не тот, что соглашался с Африкой). В ночь на 24 мая 1940 года группа «Конь» подобралась к вилле, проникла через открытые Хартом ворота внутрь и прокралась к вилле вплотную. И открыла ураганный огонь по спальне Троцкого.

По мнению Павла Судоплатова, причиной провала стала плохая подготовка группы: «Покушение сорвалось из-за того, что группа захвата не была профессионально подготовлена для конкретной акции. Эйтингон по соображениям конспирации не принимал участия в этом нападении. Он бы наверняка скорректировал действия нападавших. В группе Сикейроса не было никого, кто бы имел опыт обысков и проверок помещений или домов. Членами его группы были крестьяне и шахтеры с элементарной подготовкой ведения партизанской войны и диверсий».

Согласно рапорту Эйтингона, охранник Шелдон Харт пытался помешать операции и привел налетчиков в помещение, «где не было ни архива, ни Троцкого». Поэтому был ликвидирован на месте. Сам Троцкий считал Харта жертвой нападавших и даже распорядился прикрепить к дому мемориальную табличку с надписью «В память Роберта Шелдона Харта, 1915–1940, убитого Сталиным».

После провала группы «Конь» охрана дома Троцкого была существенно усилена. Стены были укреплены мешками с песком и дополнительной кирпичной кладкой, на окнах установлены стальные ставни, возле дома начали дежурить пять полицейских патрулей.

Согласно мемуарам Судоплатова, после провала покушения министр внутренних дел Лаврентий Берия пришел в ярость. Эйтингон заявил, что готов понести соответствующее наказание. Однако Сталин оставил это без последствий и приказал задействовать вторую террористическую группу.

Наступил черед группы «Мать», которая решила подобраться к Троцкому изнутри, через кого-то из близких к нему людей. Хотя следует сказать, что к моменту покушения группа «Мать» уже давно приступила к работе. Основная задача ложилась на сына руководительницы группы Рамона Меркадера.

Собственно, подготовка к операции началась задолго до того, как Сталин отдал приказ на ликвидацию Троцкого. Сначала целью было внедрение еще одного агента в ближайшее окружение Троцкого.

Ее сестра Рут была осторожной и подозрительной, а вот Сильвия отличалась некоторой ветреностью и легкомыслием.

Летом 1938 года Руби Вайль «неожиданно» получила наследство во Франции и пригласила подругу в Париж, где в это время уже находился Рамон Меркадер. Он успел познакомиться со многими троцкистами, которые вращались вокруг сына Троцкого, Льва Седова. Рамон не пытался втираться в доверие, не принимал участия в их делах и акциях, у него была скромная роль сочувствующего идеям мировой революции.

1 июля 1938 года Рамон Меркадер в кафе «случайно» встретил «свою старую знакомую» Руби Вайль, которая представила его своей подруге Сильвии. Как и рассчитывали в советской разведке, между молодыми людьми вспыхнул бурный роман. Но вскоре Сильвии пришлось вернуться в Нью-Йорк. Рамон пообещал подруге, что вскоре они опять встретятся, и не обманул. Вскоре он тоже приехал в США по паспорту канадского бизнесмена Фрэнка Джексона. Больше года он провел в США, успев познакомиться со многими видными троцкистами. Но ни в какие дела не лез и даже пробовать добывать информацию не пытался: у него была другая задача.

В октябре 1939 года Рамон Меркадер был «вынужден» выехать в Мехико по неотложным делам. Сильвии он сообщил, что задержится в Мексике надолго. Разработчики операции предполагали, что страстно влюбленная Сильвия найдет возможность последовать за ним. И опять оказались правы. Девушка смогла уговорить сестру порекомендовать ее Троцкому и вскоре тоже прибыла в Мехико, где стала работать секретаршей Троцкого.

И опять Меркадер не спешил. Он не пытался проникнуть на виллу или познакомиться с «вождем мировой революции». Но почти ежедневно приезжал к воротам, чтобы встретить свою подругу. Постепенно охрана к нему привыкла, а в марте 1940 года его впервые пригласили на виллу. Согласно записям охраны, за месяц он побывал там 12 раз, провел внутри в общей сложности более пяти часов, сумел познакомиться с Троцким и несколько раз побеседовать с ним. Перед Меркадером открылась возможность добывать информацию прямо из источника. В частности, именно он добыл подробный план виллы, который передал Эйтингону и Сикейросу, после чего, собственно, и стал разрабатываться план того неудачного налета.

Меркадер получил задание как можно ближе сойтись с Троцким. Однако после покушения тот стал еще более осторожным и избегал контактов.

В августе 1940 года, в очередной раз оказавшись на вилле, Рамон «случайно» встретил в саду Троцкого и, смущаясь, попросил высказать мнение о своей статье, в которой шла речь о троцкистских организациях в США. Троцкий заинтересовался, просмотрел статью (которую готовили настоящие специалисты, знавшие, чем «зацепить» Троцкого) и попросил молодого человека прийти к нему 20 августа 1940 года: чтобы высказать свое мнение, ему надо внимательно изучить статью.

Павел Судоплатов, «Разведка и Кремль»: «Зимним вечером в начале 1969 года я встретился с Рамоном Меркадером на квартире Эйтингона, потом мы пошли обедать в ресторан Дома литераторов в Москве. С момента нашей последней встречи минуло почти три десятилетия. И только теперь Рамон смог рассказать мне во всех подробностях о том, что произошло 20 августа 1940 года.

На встрече со своей матерью и Эйтингоном на явочной квартире в Мехико последний, по словам Рамона, предложил следующее:

— Я, — сказал мне Меркадер, — не согласился с этим планом и убедил его, что один приведу смертный приговор в исполнение.

Вопреки тому, что писалось о самом убийстве, Рамон не закрыл глаза перед тем, как ударить Троцкого по голове небольшим ледорубом, который был спрятан у него под плащом. Троцкий сидел за письменным столом и читал статью Меркадера, написанную в его защиту. Когда Меркадер готовился нанести удар, Троцкий, поглощенный чтением статьи, слегка повернул голову, и это изменило направление удара, ослабив его силу. Вот почему Троцкий не был убит сразу и закричал, призывая на помощь. Рамон растерялся и не смог заколоть Троцкого, хотя имел при себе нож.

— Представьте, ведь я прошел партизанскую войну и заколол ножом часового на мосту во время гражданской войны в Испании, но крик Троцкого меня буквально парализовал, — объяснил Рамон».

Герой через 20 лет

Лев Троцкий умер на следующий день, не приходя в сознание. Его похоронили во дворе поместья. Рамон Меркадер на суде утверждал, что это был акт борца-одиночки, и отказался давать показания. Несмотря на все попытки мексиканских властей выбить доказательства того, что он действовал в интересах СССР, никаких показаний у него получить так и не смогли. Приговор Рамону Меркадеру был вынесен в 1944 году. Он был приговорен к максимальному по мексиканским законам сроку — 20 годам лишения свободы. Он отсидел их полностью.

Уже после войны в советской разведке не раз поднимался вопрос об организации побега Рамона Меркадера. Резидентурам в Нью-Йорке и Мехико даже было дано задание разработать варианты операции. Однако Меркадер сам отказался от побега, объяснив это тем, что в случае провала операция обойдется слишком дорого разведсетям в Мексике и США.

Он был освобожден 6 мая 1960 года, полностью отсидев свой срок, и сразу уехал на Кубу. Оттуда его тайно вывезли в Советский Союз. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 мая 1960 года Рамону Меркадеру (принявшему советское гражданство и получившему имя Романа Ивановича Лопеса) было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». Он стал первым советским разведчиком, получившим это звание при жизни.

До 1974 года Роман Лопес жил в Москве, преподавал в институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. Но северный климат плохо сказывался на здоровье бывшего разведчика. В 1974 году он переехал на Кубу, где по просьбе Фиделя Кастро работал советником при Министерстве иностранных дел. Умер в 1978 году от рака. Согласно воле покойного, его прах был доставлен в СССР и погребен на Кунцевском кладбище в Москве.

В 1972 году Ален Делон сыграл Рамона Меркадера во французско-итальянском фильме «Убийство Троцкого». Фильм был воспринят негативно в СССР, но получил благоприятные отзывы кинокритиков на Западе. Историками разведки этот фильм был принят критически. В частности, историк советской разведки Николай Долгополов в своей книге «Легендарные разведчики» написал: «Лестно конечно, когда нашего разведчика играет такой красавчик, как Ален Делон. Но фильм, в котором он блестяще сыграл, имеет очень мало отношения к действительности. На самом деле всё было так и не так…»