Бегущий по космическому кораблю

Молодая работница добывающей промышленности Рейн (Кэйли Спейни, призерша Венецианского фестиваля за роль Присциллы Пресли в байопике Софии Копполы) выясняет, что корпорация переводит ее на бессрочную барщину. В альтернативной вселенной «Чужого» все без исключения работают на ресурсодобывающие компании, живут под постоянным контролем и время от времени получают пустые обещания о релокации на планету Ивага, где есть природа и (хотя бы) светит солнце. Большинство молодых людей поколения Рейн — сироты, как и она сама: рабский труд на корпорацию связан с огромными рисками для здоровья, так что большинство не доживает даже до зрелости. Не желая повторить участь родителей, Рейн присоединяется к группе приятелей, которые хотят добраться до заброшенного космического корабля, чтобы дозаправиться там топливом и долететь на Ивагу, не спрашивая официальных разрешений.

Для этой миссии принципиально участие Энди (прекрасная и многогранная роль Дэвида Джонсона), поломанного синтета-репликанта с белой кровью, которого воспитали для поддержки и охраны Рейн. Несмотря на искусственное происхождение Энди, Рейн относится к нему по-сестрински: заботится, постоянно разговаривает и считает близким существом. В Энди при форматировании поместили много старых (что важно, забавных) анекдотов отца Рейн, которые она слышала миллион раз и которые ее часто раздражают, но это ее единственная ниточка к относительно радостному прошлому. Прилет на промежуточный пункт дозаправки обернется катастрофой для всей группы. На корабле дремлют и ждут людей неутилизированные ксеноморфы: они стремительно размножаются, невероятно быстро передвигаются, а при ранении распрыскивают разъедающую кислоту. Помощи извне ждать не от кого, а топливо надо добыть любой ценой. Так что хитрость, смекалка, скорость и коллективные действия — единственная гарантия выживания ребят.

В «Чужом: Ромуле», несмотря на введение в повествование принципиально новых героев и дистанцирование от легендарной Рипли, оба эти условия полностью соблюдены. В короткой экспозиции авторы настолько емко обрисовывают безнадежный мир нового пролетариата, пропитанный запахом гари, измором и усталостью, что сердце сжимается от сочувствия к молодым людям, которые мечтают отправиться на верную смерть — из надежды увидеть лучи рассветного солнца.

Антиутопичные картины «Чужого» не кажутся такой уж выдумкой, когда читаешь новости об очередных эпидемиях, пожарах, засухах и наводнениях, когда кожей чувствуешь перегретый асфальт или мокнешь под никогда не лившими в родном городе дождями. Многие в поп-культуре играются с приближающимся апокалипсисом, но мало кому по силам передать его в ужасающе знакомых подробностях. Равнодушное брезгливое лицо, с которым начальник обезличенно сообщает, что отрабатывать предстоит всю жизнь, — то, как на большинство молодых (которые не в состоянии позволить себе дом, еду и уход за здоровьем) смотрят их начальники. Поэтому за вчерашних подростков, которые не боятся смертельного квеста, — лишь бы перестать чувствовать себя насекомыми — действительно болеешь душой.

Если же говорить о главных героях, то химия Кейли Спейни и Дэвида Джонсона в кадре — очень редкое для мейнстрима событие.

эмпатию, заботу о других, героизм в мелочах и храбрость, которая появляется в самый неожиданный момент. Твист с героем Энди, когда он из подавляемого участника экспедиции превращается в эксперта, облеченного властью (и так же меняется манера игры Джонсона), — одно из самых интересных актерских перевоплощений в кадре. И Спейни, и Джонсон выходят из авторского кино в мейнстрим без какого бы то ни было ущерба для харизмы и мастерства: а масштабное кино нечасто может предложить такое молодым актерам.

Если раньше сага про космического монстра вас никогда особенно не захватывала, Феде Альварес и его соавторы придумали абсолютно автономный фильм, который увлекательно смотреть и вне сложившейся мифологии, — и это тоже редкость для франшизы с обширным наследием. Данный набросками фантастический мир «Чужого», экранное воплощение ксеноморфов в CGI, мощные скримеры, интересный саунд-дизайн и цельные декорации вместе — фильм в себе, в котором можно ориентироваться интуитивно и пребывать в состоянии саспенса, необходимого космическому экшену. В общем, не стоит недооценивать талантливых авторов слэшеров. Возможно, именно их понимание эмоционального напряжения и развития героев столь необходимо уставшим легендарным франшизам, чтобы они наконец свободно задышали 2024-м годом, а не питались отравленным топливом ностальгии.