Наука для своих

Что изучает наукометрия?

Наукометрия — это своего рода наука о науке, позволяющая «посчитать» международную научную деятельность. Эта дисциплина статистически обрабатывает научную информацию, анализирует ее и приводит к общему знаменателю, позволяя измерить научный вес ученого, публикации или издания.

— объясняет научный сотрудник лаборатории наукометрии. — В середине прошлого века эта идея была не столь очевидна, как сейчас. В 1956 году [американский лингвист] Юджин Гарфилд основал Институт научной информации, который стал пионером в создании индексов цитирования — библиографических баз данных, содержащих информацию не только о вышедших научных публикациях, но и о том, какие статьи были в них процитированы.

Первым таким индексом стал SCI (Science Citation Index), созданный как раз в Институте научной информации и представляющий собой суммарное число ссылок на работы ученого. Затем появился еще один индекс, названный по имени его разработчика, физика Хорхе Хирша, — индекс Хирша (h-индекс). Первоначально этот показатель оценивал результативность работы только физиков, но впоследствии распространился на все сферы науки. Данный критерий основан на учете числа публикаций исследователя и числа цитирований этих публикаций.

Свой критерий оценивания есть и у научных изданий — импакт-фактор. Его значение указывает, сколько раз была процитирована статья в течение двух лет после ее публикации в журнале.

В чем смысл таких подсчетов?

Если коротко, они дают понять, кто есть кто в научном мире.

На основе этих данных оценивается значимость отдельных научных работ, ученых и коллективов, определяется перспективность научных тематик и строятся многочисленные рейтинги, на которые опираются политики и администраторы от науки при принятии решений.

— Многие считают, что при принятии решений необходимо опираться на экспертное мнение, а не на цифры, но это противопоставление не совсем верно, — поясняет наш собеседник. — На самом деле, хорошие эксперты опираются на результаты и количественных, и качественных исследований. Именно этот подход позволяет исключить ситуацию, когда «эксперт» представляет свое личное мнение без опоры на доказательства.

В то же время научный подход, основанный на количественных и качественных исследованиях и на цепочке доказательств, уже давно показывает свою эффективность.

Как это работает?

Вся информация о научных публикациях собрана в специальные банки данных — системы цитирования, которые позволяют отслеживать количество ссылок на авторов и научные публикации, анализировать научную деятельность. Крупнейшие системы цитирования и по объему данных, и по степени авторитетности — Web of Science (WoS) и Scopus. Они дополняются аналитическими инструментами InCites и SciVal, использующими эти данные. Эти интернет-платформы объединяют огромное количество научной рецензируемой литературы по самым разным направлениям. WoS, которая начала формироваться еще в середине прошлого века, содержит преимущественно научные работы по естественным, техническим, общественным, гуманитарным наукам и искусству. «Конек» более молодой платформы Scopus, созданной в начале века нынешнего, — точные и естественные науки. При этом платформы сильно пересекаются, и большая часть статей есть на обеих платформах.

В последние десятилетия появилось множество альтернатив, но WoS и Scopus остаются наиболее авторитетными, поскольку очень тщательно отбирают научные источники и отсеивают случайные или лженаучные публикации.

Сегодня много говорят о том, что российские ученые оказались в изоляции. Есть ли у них доступ к этим базам данных?

Доступ сохранился, но в ограниченном виде. Обе платформы платные, до начала войны эти расходы ложились на государство: Российский центр научной информации (ранее — РФФИ) как оператор национальной подписки централизованно закупал доступ к информационным ресурсам. В 2017 году цена контракта составляла примерно 10 млн долларов. Сейчас бюджет РФ доступ к этим базам больше не финансирует. Есть бесплатный доступ, но к ограниченному функционалу, которым российские ученые могут воспользоваться. И в WoS, и в Scopus можно зарегистрироваться с российскими адресами электронной почты, они не блокируются.

Кроме того, у российских ученых осталась возможность получить доступ и к полной базе данных Scopus. Такую опцию крупнейшее научное издательство Elsevier предлагает ученым за рецензирование научных статей в журналах издательства и его партнеров. И многие такую возможность используют.

Сохранилась ли у российских ученых возможность публиковаться в зарубежных научных изданиях?

А вот с этим есть проблемы. Публикации в зарубежных научных изданиях, разумеется, представляют интерес для российских ученых. Тем более что в той же базе Scopus индексируется большое количество российских научных журналов.

Но еще в 2022 году вышло постановление правительства РФ, которое ввело мораторий на необходимость учета публикаций ученых в изданиях из этих баз. Это фактически означает, что все индексы цитирования в WoS и Scopus, которые были у ученых или научных публикаций, в РФ теперь ничего не стоят и никак не учитываются. В некоторых случаях российские ученые и сами вынуждены отказываться от публикаций в научных изданиях или участия в конференциях, если организаторы открыто декларируют, что часть доходов идет на помощь Украине. В современных реалиях это может грозить обвинениями в «финансировании терроризма» с очень неприятными последствиями в виде больших тюремных сроков.

Но в России есть свой аналог международных баз цитирования?

Да, в России создана национальная информационно-аналитическая система Russian Science Citation Index (RSCI), в которой собраны несколько миллионов научных публикаций российских авторов и информация об их цитировании. Есть и собственный индекс цитирования — РИНЦ (Российский индекс научного цитирования). Кроме того, был создан и так называемый «белый список» из наиболее авторитетных российских и зарубежных журналов, индексируемых в WoS и Scopus и российской RSCI. Сейчас Минобрнауки подготовило проект, по которому именно «белый список» должен стать критерием оценки публикационной активности вместо «дискредитировавших себя» (формулировка ведомства) международных баз, и на его основе будут отбирать претендентов на гранты на обучение и для доступа к центрам коллективного пользования научным оборудованием, созданным на бюджетные средства.

В принципе, национальные системы индексирования есть во многих странах. В Японии, Китае и Тайване — собственные платформы и критерии публикационной активности, в Норвегии и других скандинавских странах — национальные белые списки научных изданий.

Отчасти такой подход оправдан, национальные базы делают акцент на результаты своих ученых и таким образом поддерживают национальную научную периодику. За рубежом эти базы являются дополнительным инструментом и не заменяют международные.

Россия же планирует заменить известную формулу «журналы из Web of Science и Scopus» на формулу «журналы из белого списка».

Почему этого недостаточно?

— Наука не может быть «национальной», а тем более «местечковой», — считает научный сотрудник лаборатории наукометрии. — Поэтому важно, чтобы ученые существовали в мировом контексте, читали статьи зарубежных коллег и публиковались в изданиях, которые читают ученые по всему миру. В противном случае

Примеры таких «автохтонных» областей достаточно многочисленны: в Советском Союзе практически все общественные дисциплины были оторваны от мирового контекста, в отличие от естественных наук. В результате российские физики, химики, биологи, математики работают на мировом уровне, а вот науки об образовании и частично медицина более изолированы от мировой науки. Сейчас к ним присоединяются общественные науки и экономика.

Это не значит, что национальные индексы не нужны. Но надо понимать, что РИНЦ, как и другие национальные системы, не охватывает всего многообразия научных исследований в мире, поэтому не может обеспечить возможность эффективной навигации для ученых.

Как изоляция отразится на российской науке?

На первый взгляд кажется, что особо никак, поскольку очень широкого распространения в российской научной среде международные базы данных не получили, а научную информацию многие черпали из других источников — из своего списка журналов, из публикаций коллег и известных в своей области ученых. Наконец, есть поисковая система научных статей Google Scholar.

При этом российские ученые находились в общемировом научном пространстве, у них была возможность обмениваться знаниями, конкурировать — всё это является стимулом для дальнейшего прогресса.

— Но сегодня практически все ресурсы и возможности страны уходят на поддержание бессмысленной и преступной войны, — считает ученый Александр Кукалев.

для представления и обсуждения своих исследований на международном уровне. Наука по определению интернациональна, и чем сильнее будет изоляция РФ — тем хуже будет науке.