Второй Карибский кризис

Этот ход определяется стратегическими (успешными) решениями Путина и стратегическими ошибками президента Зеленского. Президент Зеленский уволил Залужного из политических соображений и дезорганизовал управление армией. Президент Зеленский так и не смог построить на пути российской армии укреплений (хотя деньги на эти укрепления исправно выделялись и исчезали в неизвестном направлении). Президент Зеленский промедлил с мобилизацией: и пока он медлил, российские «Ланцеты» уничтожали украинскую артиллерию. Западные политики открыто заявляют, что при Зеленском было разворовано до 50% западной помощи Украине.

Если бы Залужный оставался во главе армии, если бы мобилизация была проведена вовремя, а не отложена ради лайков, если бы укрепления были построены, — то российская армия попросту разбилась бы об эти укрепления так же, как ВСУ разбилось об укрепления в Запорожье, на фронте был бы позиционный тупик Первой мировой, и никаких ATACMS бы и не требовалось.

Зеленский действовал в надежде именно на помощь правящего в США аппарата демократической партии. Его расчет был на то, что Украине не дадут проиграть. Чем хуже были дела у Украины — тем глубже США были обречены впутываться в войну. Расчет был на то, что пока Зеленский сражается с Путиным, он проиграет. А если вспыхнет мировая война — то тут Украина на закорках американских саней приедет к победе.

Перед выборами Зеленский приехал в США с «Планом Победы», который в целом в этом и заключался. США должны были воевать за Украину по той уважительной причине, что Зеленский поувольнял способных генералов, не построил укреплений и не провел мобилизации.

В администрации Байдена над этим посмеялись и предложили встречный план уже согласованной всеми сторонами заморозки войны. Предполагалось заморозить войну по линии боевого соприкосновения и дальше переговариваться до морковкина заговенья. Прекращение войны должно было добавить перед выборами очков Камале Харрис.

Но Зеленского этот план не устраивал: ведь в случае заморозки войны надо было проводить выборы, а выборы, — как нам сообщает недрогнувшим голосом президент Зеленский, — «губительны для Украины». Куда важнее сосредоточиться на борьбе за демократию.

Победил Трамп. Ситуация Зеленского стала еще хуже. Российский военный каток, неумолимо надвигаясь, перемалывал украинские войска на Донбассе. Фронт понемногу сыпался. Даже ситуация в Курской области, где масштабные атаки российских войск приводили к ничтожным российским продвижениям и ужасающим российским же потерям, не спасала положения. В конце концов, курская группировка армии РФ — это 50 тысяч человек, а на Донбассе воюют 300 тысяч. Приоритеты Путина из этого совершенно ясны. Можно даже заподозрить, что курский плацдарм для Путина, несмотря на всю политическую его унизительность, — это замечательная машинка для удержания и перемолки лучших украинских частей, которых так не хватает в Донбассе.

Трамп недвусмысленно дал понять, что он ждет уступок как от Путина, так и от Зеленского. Новое соглашение на глазах становилось реальностью. Риторика Зеленского и его офиса становилась всё отчаянней. Зеленский заявил, что Украина — суверенная страна, которой США не смеют диктовать, чем вызвал ехидное замечание Илона Маска: «Отличный шутник этот Зеленский».

Дальнобойные ракеты не изменят стратегической ситуации сейчас, когда российские войска давно адаптировались к новой войне, и большинство складов и аэродромов российской армии давно рассредоточено или выведено за радиус действия ATACMS. Но они, разумеется, имели бы сокрушающее значение полтора или два года назад.

Тогда, однако, администрация Байдена ATACMSов не дала. Более того. Тогда, под действием ядерного шантажа, она поменяла свой план войны в Украине.

Этот план, видимо, прошел три этапа. На первом этапе — как это довольно красноречиво описано в недавней книге Боба Вудворда — администрация Байдена сделала всё, чтобы, если войны еще можно было бы избежать, она стала бы неизбежной. Путина тогда заверили, что война не выйдет за пределы Украины, участия американских войск не будет.

Путина в этот момент планировалось задушить санкциями с участием Китая и Индии, а Украине отводилась участь Афганистана: партизанская война в завоеванной Украине должна была надорвать и стереть Путина. Зеленскому тогда — 19 февраля 2022 года — Камала Харрис при встрече в ответ на его вопрос: «Что же мне делать?» ответила: «Подумать над правительством в изгнании».

Следующий этап наступил в апреле 2022 года, когда стало ясно, что план Залужного, против ожидания администрации Байдена, сработал. Генералу Залужному удалось нанести российским войскам неприемлемые потери, Путин запросил мира, в Стамбуле начались переговоры. Тогда администрация Байдена дала понять, что она готова снабжать Украину серьезным оружием. Цели этих поставок министр обороны США Ллойд Остин точно обрисовал 24 апреля, за два дня до первого Рамштайна: «Мы хотим видеть Россию ослабленной до такой степени, чтобы она не могла делать вещи вроде тех, которые она сейчас делает в Украине».

Третий этап наступил в октябре 2022 года, после успешного наступления ВСУ на Харьковщине. Тогда Белый дом получил известия о том, что Путин готов применить ядерное оружие. Задействованы были все мировые лидеры: от Си до Моди, которые выразили свою озабоченность. А между председателем объединенного комитета начальников штабов генералом Марком Милли и главой российского Генштаба Герасимовым состоялся звонок, в ходе которого Милли спросил, при каких условиях Россия может применить ядерное оружие. «В случае катастрофического поражения на поле боя», — ответил Герасимов. «Ну, тогда всё в порядке», — заверил его генерал Милли.

«Мой анализ ситуации на поля боя, — заявил он, — показывает, что вы не потерпите катастрофического поражения» («My analysis of the battlefield is I don’t think you’re going to be suffering a catastrophic loss»).

Вскоре после этого разговора ВСУ — вместо того чтобы, как настаивал генерал Залужный, атаковать сухопутный коридор, совершенно не защищенный тогда, лишенный укреплений и войск, — начали кровавую, на истощение, атаку на массы российских войск под Херсоном.

Потом ВСУ истощили о зэков под Бахмутом. А после этого, летом 2023 года, — недоснабженной, недоукомплектованной украинской армии велели себя разбить о построенные Суровикиным укрепления в Запорожье.

В любой из этих моментов — и в 2022, и в 2023 году — передача Украине ATACMS и других важных вооружений переломила бы ход войны. Да что ATACMS! Просто позволить ВСУ наступать осенью 2022 года на сухопутный коридор означало выход ВСУ к Крыму.

Но тогда администрация Белого Дома запретила украинской армии побеждать. В значительной степени — именно из-за ядерной угрозы Путина. Они полагали, что загнанный в угол диктатор с высокой вероятностью применит ядерное оружие, и не хотели его в угол загонять. Она также не собиралась помогать Зеленскому еще месяц назад.

Победа Трампа всё изменила. Желание насолить Трампу оказалось сильнее всего. Сильнее опасений ядерной войны. Сильнее соображений о полной стратегической бесполезности ATACMSов.

Ни просьбы Зеленского, ни угрозы Путина в этом уравнении не участвовали. Никакой стратегической надобности ставить мир на грань Карибского кризиса не было. Единственное, что двигало администрацией Байдена, — это осознание того, что Трамп действительно остановит войну, которую они завели в тупик.

Надеяться остается только на одно: что Трамп использует эту подставу для триумфального объявления о разрешении Карибского кризиса 2.0.

То, что Путин начал эту войну, — это хуже, чем преступление. Это ошибка. Но это не отменяет того, что Байден решил покурить на складе с ядерным оружием просто ради удовольствия затушить бычок о ботинок Трампа.

Демократы опасались два года загнать в угол Путина, а в итоге загнали в угол Зеленского. И перед занавесом дали ему ATACMS.