«После 7 октября журналистика для меня умерла»

Основные выводы исследования

С февраля по май 2024 года исследователи изучили 1378 статей из крупных мировых СМИ («Би-би-си», CNN, The New York Times, The Washington Post, The Guardian, Associated Press, Reuters и Австралийская вещательная корпорация (ABC)), в которых упоминались жертвы в секторе Газа.

Ключевые результаты: 

• •98% публикаций ссылаются на данные, предоставленные боевиками ХАМАСа. Всего в 3% всех публикаций указываются данные израильской армии (97% публикаций приводят данные ХАМАСа, не указывая данные ЦАХАЛа).
• •В 19% публикаций данные ХАМАСа предоставляются без указания источника — как установленный факт.
• •Лишь 1% источников признают, что данные ХАМАСа не могут быть проверены.
• •Только 5% исследуемых СМИ привели цифры, опубликованные израильскими властями.
• •Данные Израиля подвергаются сомнению в 50% публикаций, где они фигурируют.

«Эти результаты свидетельствуют о значительном дисбалансе в представлении и изучении источников, что может повлиять на общественное восприятие», — говорится в докладе.

Как замечают исследователи, в СМИ практически никогда не указывают, что среди жертв в секторе Газа есть боевики. При этом авторы доклада обращают внимание на то, что ХАМАС не делает различия между комбатантами и гражданским населением в своих отчетах. По данным подконтрольного боевиками Минздрава, более 44 тысяч жителей сектора были убиты в ходе войны. Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) отчитывается только о гибели среди боевиков: по ее данным на август, в секторе погибли более 17000 членов ХАМАСа.

Автор исследования HJS Эндрю Фокс пишет, что в отчетах Минздрава Газы нет информации о смертях, не связанных с войной. Автор доклада утверждает, что около 5000 случаев естественной смерти, которые произошли бы и без войны, могли быть добавлены в список жертв. Ссылаясь на документы министерства, Фокс рассказывает о нескольких конкретных случаях, когда в списки погибших включили людей, которые позже, спустя более двух недель, появились в списках больных онкологическими заболеваниями.

Фокс также обращает внимание и на другие несостыковки в отчетах из Газы: неоднократные случаи, когда погибших лиц с мужскими именами (например, Мухаммед) записывали как женщин, а взрослых — как детей (например, пишет Фокс, человек в возрасте 22 лет был указан как четырехлетний, а 31-летний — как младенец). «Такие искажения преувеличивают количество жертв среди детей, что оказывает эмоциональное воздействие и сильно подчеркивается в глобальных отчетах», — добавляет автор доклада.

Отдельный блок в докладе посвящен методам предотвращения предвзятости во время проведения анализа. Авторы подчеркивают, что все отобранные цитаты проходили дополнительные проверки, а команда исследователей состоит из волонтеров, которые находятся в разных географических точках, не связаны ни с одной организацией и работают без денежной компенсации. «Мы принципиально не подавали заявки на гранты, не получали частных пожертвований», — уточнила Глезер.

— Татьяна, расскажите, пожалуйста, как появилась группа Fifty Global и как возникла идея проведения исследования?

— Идея возникла у меня после событий 7 октября, когда я читала ведущие мировые СМИ. В преддверии войны с Украиной я читала CNN, считая, что они дают хорошую картину того, что происходит, с обеих сторон. Когда случилось 7 октября, я увидела, что в их статьях нет той же непредвзятости, которую я ожидала увидеть. Я начала анализировать другие издания и обнаружила ту же проблему.

Сначала я не знала, что с этим делать. Но позже поняла, что это подходящая тема для исследования, которое было бы максимально прозрачным и лишенным разных интерпретаций. Исследований очень много, но не каждое из них вызывает доверие из-за субъективных трактовок. Здесь же был шанс провести анализ, основанный чисто на математических данных: посмотреть, сколько раз журналисты уточняют, были ли боевики в составе жертв, когда они цитируют общее число погибших в Газе, и посчитать источники, которые они приводят.

Я обсудила идею с одногруппником и другом Витей Вахштайном, а также другими коллегами. Все поддержали проект. В феврале я разместила пост в фейсбуке о поиске волонтеров. Мы начали с пилотного исследования: проанализировали всего 200 материалов из пяти СМИ, чтобы проверить гипотезу. Результаты показали, что работа перспективная, и мы расширили выборку до 1378 источников, добавив два новостных агентства — Reuters и Associated Press. Позже к нам присоединились австралийские волонтеры, предложившие включить ABC.

Мы стали сотрудничать с International Institute of Social and Legal Studies, потому что там работал Вахштайн. В команде института много и других замечательных людей: адвокат Алекс Зернопольский, Вадим Клювгант, Марк Новиков, Елена Зеленцова и другие.

В сентябре мы начали сотрудничество с британской Henry Jackson Society, пытаясь привлечь внимание англоязычных СМИ. Это оказалось сложно: у нас не получалось пробиться как новой организации, чтобы нас услышали.

которые помогали с продвижением.

В итоге с HJS случился отличный мэтч, потому что они провели работу, которая прекрасно дополняет нашу. Они анализировали, почему цифры ХАМАСа не могут быть достоверными. Им удалось каким-то образом получить материалы из Минздрава Газы и проанализировать документы. Например, они обнаружили, что ХАМАС вписывает естественную убыль населения в состав жертв. Или что погибших мужчин записывают как женщин и детей.

HJS показывают, как сформировались цифры, а мы — как они были растиражированы СМИ без цитирования данных израильской стороны. Лишь 2% статей упоминали о невозможности проверки данных ХАМАС, тогда как израильские данные ставили под сомнение в половине случаев, где они фигурировали.

— Почему этот вопрос стал для вас таким важным?

— Мотив у меня был личный, но это никак не отразилось на качестве исследования. В нашем исследовании есть целый блок, посвященный тому, как мы избегали предвзятости. Мы не включали в анализ кейсы, которые можно интерпретировать двояко: например, эмоциональные высказывания журналистов, в которых они указывали цифры. Мы просто решили их не трогать, чтобы не создавать почву для предвзятости.

Я решила этим заниматься, поскольку мне показалось, что происходит что-то очень странное. После 7 октября для меня фактически умерла журналистика, потому что считанные единицы пытались соблюдать нейтралитет и понимали ответственность за все данные, которые они предоставляют. Причем многие журналисты это делали [публиковали данные лишь с одной стороны] не потому, что они не любят Израиль, а просто потому, что у них отсутствуют какие-то критерии. Я бы хотела дальше исследовать журналистскую этику при освещении военных конфликтов в целом, не только в Израиле. Потому что такое ощущение, что она она существует только формально. Тут, конечно, возникает вопрос свободы слова, что журналист может писать то, что хочет, но при этом должно быть понимание ответственности за те данные, которые предоставляют как факты. Я думаю, что если бы я увидела такое же систематическое нарушение не в Израиле, меня это могло точно так же заинтересовать.

— Вас не обвиняют в предвзятости? Мол, только недавно переехали из России и защищаете Израиль.

— Пока не слышала, но такие комментарии наверняка будут. Я еще являюсь создателем сообщества «Тыквенное латте» в фейсбуке и за последние почти два года привыкла к подобным обвинениям. Я не считаю, что они заслуживают ответа, потому что это не более чем личная неприязнь.

— Чего вы ожидаете от исследования? Надеетесь на реакцию СМИ?

— В идеале мы ожидаем хотя бы, что этим СМИ станет гораздо сложнее искажать данные, как раньше. И я очень рада тому, что цифры и графики, которые видела я и мои коллеги, теперь видят те журналисты, до которых мы пытались достучаться все это время. Я не знаю, сделают ли они вывод, но, судя по другим исследованиям, которые уже делали в адрес Би-би-си, им будет сложнее делать то, что они делали. Они должны будут как-то отреагировать.

— Как, на ваш взгляд, СМИ лучше освещать конфликты, учитывая сложность получения достоверной информации?

— Журналисту, конечно, должно быть интересно, откуда берутся цифры. Но тут даже не вопрос достоверности. Журналист должен, на мой взгляд, понимать, что в военном конфликте есть две стороны, и их нужно приводить обе. Хорошо,

Журналист должен писать, что данные невозможно проверить, когда это так. Должна быть нейтральная подача и должен соблюдаться принцип нейтралитета при освещении статистических данных. Есть много разных жанров, где журналист может высказать свое личное мнение, но если он занимается освещением новостей, там, на мой взгляд, должны быть четкие стандарты на уровне редакционной политики, которые говорят о нейтралитете.

Реакция

Глава Палестинской миссии в Великобритании Хусам Зомлот назвал выводы исследователей «морально и профессионально отвратительным» способом защитить действия Израиля в Газе.

«Многочисленные международные организации и агентства ООН, включая ВОЗ, не только подтвердили эти цифры, но и указали на то, что они сильно занижены. Потому что мы не знаем, сколько людей все еще погребены под завалами или были убиты косвенно в результате израильских нападений на сектор здравоохранения, подрывающих все медицинское обслуживание, голода и тотального разрушения инфраструктуры, в результате чего 1,9 миллиона человек остались без крова», — прокомментировал он.

Редакция Би-би-си заявила: «Точно сообщать о числе погибших в Газе сложно, поскольку Израиль не допускает туда международных журналистов. BBC News действует четко и прозрачно, цитируя доступные источники и указывая, что они контролируются ХАМАСом. Помимо этого, мы используем ряд источников, чтобы понять влияние войны в Израиле и Газе на мирных жителей, включая Армию обороны Израиля, Министерство здравоохранения в Газе и ООН».

Обновлено (16:57 мск): уточнены данные в ключевых результатах исследования 

Обновлено 24.01 (17:30 мск): уточнена формулировка про жителей, включенных в списки погибших, а затем попавших в списки на эвакуацию