Пятьдесят центов для сельского учителя

«Взбесившийся принтер» теперь печатает на грузинском

Уличные протесты в Грузии продолжаются беспрерывно уже больше 80 дней — это абсолютный рекорд для страны. Пытаясь отбить у граждан привычку бунтовать, власти приняли целый список законов, который усложняет проведение уличных акций. Теперь Грузия уже не та страна, которая была известна своим лояльным отношением к протестам, — за каждый выход на улицу можно получить огромный денежный штраф, уголовное обвинение и реальный тюремный срок.

Отношение властей к участникам протестов за последние три месяца прошло разные стадии: началось с того, что на митингах запретили использовать пиротехнику и носить балаклавы (и это в декабре!), а закончилось принятием в ускоренном порядке (за два дня) целого пакета поправок в Кодекс об административных правонарушениях, Уголовный кодекс и «Закон о собраниях и манифестациях».

Теперь широко трактующийся «призыв к насильственным действиям» расценивается как уголовное преступление и наказывается сроком до трех лет тюрьмы, а максимальный срок административного ареста увеличился с 15 до 60 суток. Это гораздо больше, чем в России (30 суток) и Беларуси (25 суток).

В 2014 году срок административного ареста в Грузии был сокращен с 90 до 15 дней как раз по инициативе «Грузинской мечты», которая тогда ссылалась на европейские законы. Напомнивший об этом бывший глава отделения по защите прав человека МВД Грузии Гога Хатиашвили считает, что международные стандарты «Мечте» уже не подходят: «По тому же пути идут в России и других авторитарных странах, и мы движемся в том же направлении».

Новые запреты удивили даже пророссийских сторонников «Грузинской мечты». «Таких законов не было даже при Саакашвили», — возмутился лидер движения «Альт-инфо» Зураб Махарадзе.

Очень бросается в глаза, что парламент Грузии принимает законы без оппозиции: 5 февраля депутаты «Грузинской мечты» «сожгли мосты» и удовлетворили заявление 49 оппозиционеров об отказе от мандатов. Так «Мечта» дала понять, что не собирается вести какие-либо переговоры с оппозицией, чтобы вернуть их в парламент. Пока формально сохраняют свои мандаты 12 избранных депутатов от оппозиционной партии экс-премьера Георгия Гахария «Гахария за Грузию». Там объясняют это тем, что не захотели обращаться к руководству парламента, чтобы, тем самым, даже формально не признавать его легитимность. В партии Гахария считают, что к маю их все равно автоматически лишат мандата согласно регламенту — за непосещение заседаний.

За принятие законов в ускоренном порядке оппозиция, по аналогии с российской Думой, в последнее время часто называет парламент Грузии «взбесившимся принтером».

За что в Грузии теперь можно сесть?

Когда читаешь перечень запретов, понимаешь, какой свободной страной была Грузия еще недавно. И какие именно формы протеста больше всего раздражают правящую партию.

В авторитетной неправительственной организации Transparency International Georgia (TI — Georgia) назвали законодательные изменения «нападением на неотъемлемые права граждан». В TI подчеркивают, что многие нововведения повторяют «стратегии автократических и диктаторских режимов».

Например, за что в Грузии можно получить до 60 дней ареста?

За критику госслужащих в соцсетях, которые теперь могут рассматривать как общественное пространство. При этом публикации, «нарушающие общественный порядок» или «мешающие покою граждан», могут признать уже хулиганством (раньше это было действие, нарушающее порядок в общественном месте). Наказание — штраф до 3000 лари (около 1 тысячи долларов) или административный арест до 20 суток, а при повторном нарушении — до 60 суток тюрьмы и штраф до 5000 лари (около 1700 долларов).

За оскорбление чиновников в связи с их работой теперь может быть наложен штраф до 6000 лари (около 2 тысяч долларов) или арест до 60 суток. С 15 до 60 суток увеличился и арест за нецензурную брань в адрес полиции, штраф по этой статье увеличился с 4500 до 6000 лари. К тому же

За проведение спонтанных протестных акций. Например, раньше для проведения митинга практически в любом месте в Грузии не требовалось никакого уведомления властных структур — если количество собравшихся на акции людей не помещалось на тротуаре, полиция перекрывала движение транспорта. Теперь подобные «спонтанные акции» в Грузии запрещены. Внезапные протесты по важным общественным поводам требуют уведомления муниципалитета. Специалисты полагают, что это сделает спонтанные протестные акции практически невозможными.

Также теперь возможен запрет на установку палаток и сцены — в том случае, если власти решат, что это «опасно», мешает полиции или работе учреждений и предприятий.

Для проведения протеста в закрытом помещении теперь требуется письменное согласие его владельца — эта мера явно нацелена против студентов, которые проводят протесты в фойе своих университетов.

Запрещено блокировать входы в здания, мосты, дороги, транспортные узлы и железные дороги.

Также запрещается блокировать входы в здания суда и проводить акции протеста возле дома, в котором проживает судья.

Нарушение правил демонстраций будет наказываться штрафом до 2000 лари (около 700 долларов) и арестом до 60 суток.

В TI считают, что таким образом власти не только максимально ограничивают свободу собраний, но и вверяют контроль над протестами МВД.

Кстати, решение о разгонах протестов теперь принимает само МВД, не дожидаясь сигнала от местных властей.

Сейчас по уголовным обвинениям задержаны около 50 человек, которых участники протестов считают политическими заключенными и ежедневно требуют их освобождения. Среди задержанных по таким статьям — актеры, общественные деятели, организаторы акций протеста… За насилие в отношении полицейского сидит журналист и медиаменеджер Мзия Амаглобели, которая уже 37 дней держит голодовку. Проявлением насилия со стороны Мзии власти считают то, что она дала пощечину оскорбившему ее начальнику полиции Батуми.

Много протестующих и мало тюрем

Протестующая часть общества не намерена сдаваться и пытается найти уязвимые места в принятых властями драконовских мерах.

Известный юрист Саба Брачвели согласен с тем, что «Мечта» максимально пытается остановить протест, однако у правительства просто нет ресурса для организации массовых репрессий: для этого недостаточно тюрем, полиции и судей.

«Давайте посмотрим на новые репрессивные законы под другим углом. Максимальный срок административного наказания вырос в четыре раза, до 60 дней. Этим мы в два раза обогнали Россию и Беларусь. Однако это не означает, что автоматически увеличилось количество мест в изоляторах. Например, в городе Телави все еще только пять (двухместных) камер, в Зестафони — четыре, и так далее.

Эти камеры также необходимы для размещения других нарушителей закона. Поэтому на 60 суток могут показательно посадить только несколько человек, не больше — просто не будет места для размещения новых. С начала протестов в ноябре была только одна такая ночь, когда в масштабах всей Грузии задержали больше 40 человек. Тогда им пришлось отпустить всех [под расписку]. Аналогичная ситуация со штрафами. Парламент может увеличить количество штрафов — однако ограничено число судей, которые могут оформить правонарушение. Судебная система так загружена, что на прошлой неделе нескольким судьям пришлось перенести все процессы».

По мнению правозащитника, многое из принятых изменений — «только дымовая завеса для устрашения общественности», так как «приближается день, когда туман начнет рассеиваться».

Голос Грузии

Несмотря на принятые меры, власти действительно с трудом справляются с протестами. Из заявления главы патрульной полиции Тбилиси Важи Сирадзе стало известно, что ведомство не справляется с оформлением штрафов в отношении 593 человек. Начальник патруля просит департамент полиции МВД оказать «правовую помощь» для представления исков в суд, где сотни таких дел и сжатые сроки производства. У самой патрульной полиции не хватает людей, чтобы просматривать десятки часов видеозаписей и проводить идентификацию лиц. Между тем на проспекте Руставели, где митинги проводятся ежедневно, недавно установили еще 120 новых камер наружного наблюдения.

По информации «Ассоциации молодых юристов Грузии», на начало февраля общая сумма штрафов, наложенных на участников акций протеста, превысила 600 тысяч лари (около 207 тысяч долларов). По данным на 7 февраля 2025 года, производство по административным правонарушениям велось в отношении более 1 600 человек.

Одним из тех, кто получил штраф за прогулку по уже перекрытому толпой проспекту Руставели, недавно стал оперный певец Паата Бурчуладзе.

Если в «Метрополитене» и «Ла Скала» Бурчуладзе известен своим выдающимся басом, в Грузии его также знают как общественного лидера оппозиции. Видимо, из-за этого оперной звезде отказали в проведении юбилейного концерта в государственном Тбилисском оперном театре. Поэтому 12 февраля свой 70-й день рождения Бурчуладзе решил отметить на ежевечернем протесте на проспекте Руставели. Перед зданием оперы, которая находится где-то посередине проспекта, поставили небольшую сцену, на которой юбиляр и другие артисты исполняли оперные арии и грузинские песни. Все было очень мирно и красиво, однако уже на следующий день к Бурчуладзе явился полицейский, который вручил ему квитанцию — штраф на 5000 лари за «незаконное блокирование проспекта Руставели», причем указывалось, что он мешал движению возле парламента.

Мы справимся и с этим! Боритесь до конца! Свободу Мзии Амаглобели и узникам режима!» — написал Бурчуладзе в соцсети. Кстати, свой штраф он планирует обжаловать, как и советуют юристы.

Обнять свидетеля

Еще одна певица — известная джазовая исполнительница Нино Катамадзе — получала штраф за нарушение правил проведения манифестаций уже дважды. Первый штраф ей присудили на судебном процессе, который вполне можно назвать показательным.

Все началось с того, что 26 января девять человек провели акцию протеста возле дома судьи Малхаза Окропирашвили в городе Кутаиси. Они были возмущены тем, что судья отказался рассмотреть апелляцию арестованной в Батуми журналистки Мзии Амаглобели, которая к этому времени уже неделю как проводила в тюрьме голодовку.

Группа протестующих, в которую кроме Нино Катамадзе также входили еще семеро достойнейших участников, постояла с плакатом возле дома судьи, записала видео и мирно разошлась. Повестка в суд пришла участникам только две недели спустя. Было удивительно, что Нино Катамадзе, которая почти каждый день выходит на протесты, станут по-настоящему судить.

В итоге зал суда оказался забит зрителями и журналистами. Судя по ремаркам в протоколе, процесс проходил в близком городу Кутаиси жанре трагикомедии.

Перед тем как войти в зал заседаний, Нино Катамадзе и другие обвиняемые спели гимн Грузии.

На суде было два свидетеля, оба полицейские. Один из них — заместитель начальника Первого отделения Кутаисской полиции — сообщил, что «совершал обход», когда обнаружил, что у дома судьи Окропирашвили собрались люди с «баннером» в руках. Полицейский подтвердил, что у него не было коммуникации с участниками акции — он просто постфактум написал рапорт и представил его начальству.

Учитель Ладо Апхазава (участник акции): «Почему вы не подошли к нам, не сообщили, что мы нарушаем порядок, не проследовали за нами после того, как мы отошли от дома судьи Окропирашвили? А вдруг мы собирались идти к дому другого судьи?»

Свидетель-полицейский: «Я стоял рядом с участниками акции, говорил по телефону с женой… Потом просто перешел на другую улицу».

Смех в зале. 

Судья: «Это не смешно!»

Реплика из зала: «Да тут плакать пора…»

Второй свидетель-полицейский: «Не происходило ничего такого, чтобы я действовал. Они свернули плакат и ушли».

Ладо Апхазава: «Мы нанесли кому-то ущерб?»

Свидетель-полицейский: «Не имело место физическое соприкосновение с домом, двором или же противостояния с судьей».

Ладо Апхазава: «Раз другой правоохранитель разговаривал с женой, вы сами могли бы подойти к нам и сказать, что мы нарушаем закон».

Полицейский: «Это был мой начальник, и я соблюдал субординацию».

После этого диалога джазовая дива, дожидавшаяся своей очереди давать показания, попросила у судьи разрешения «обнять свидетеля».

Несмотря на весь этот театр абсурда, Кутаисский городской суд признал всех участников акции виновными в нарушении правил проведения манифестаций и оштрафовал каждого на 5000 лари.

Выступая на процессе, Ладо Апхазава, который, кстати, помимо победы в национальном учительском конкурсе, в 2019 году вошел в десятку лучших педагогов мира «Global Teacher Prize», попросил судью не назначать ему такой большой штраф.

Апхазава работает учителем в обычной школе гурийского села Чибати. Вместе с родным сыном он воспитывает и приемного, страдающего психическим расстройством. Апхазава известен тем, что вместе с учениками занимается благотворительностью, помогает продолжать обучение детям из бедных семей. В 2022 году начатая им в соцсетях кампания позволила собрать 700 тысяч долларов на помощь Украине.

В мае прошлого года из-за участия в протестах, на которые Апхазава выходил с лозунгом «Нет России! Да Европе!», на него напали и пытались избить, по его словам, неизвестные «немного пьяные мужчины».

На процессе Апхазава сказал , что из-за небольшой зарплаты учителя вынужден работать в трех школах, причем везде успевать пешком, так как недавно у него украли велосипед. Однако судья Цицино Мосидзе выслушала это выступление с не выражающим эмоций лицом.

«Сегодня я должен был быть на уроке, но мне пришлось прийти в суд. У простых людей должно быть место для протеста или что-то такое, чтобы выразить искреннее несогласие. Я еще никогда не был на такой мирной акции. Мы не использовали плохих слов, мы просто выразили свою солидарность. Оказывается, солидарность наказуема. Это очень прискорбно», — сказал Апхазава.

В итоге штраф педагог получил такой же, как и другие участники акции.

Уже на следующее утро стало известно, что около шести тысяч педагогов со всей Грузии перевели на счет Ладо Апхазава сущую мелочь — по 1.50 лари (около 50 центов). В итоге за считанные часы ему собрали сумму больше, чем требовалось для уплаты штрафа. Еще через день грузинские эмигранты сообщили, что покупают сельскому педагогу автомобиль.

Обрадованный Апхазава сообщил, что «с ним произошло чудо», что он смог насчитать 5 800 педагогов, так как именно они перечисляли по 1,50 лари, а потом сбился со счета. Оставшиеся после уплаты штрафа деньги он решил направить на помощь другим оштрафованным и «журналистам, которые твердо стояли в суде за своих коллег».

По мнению учителя, штрафы, которыми власти надеялись сломить протест, сделали людей сильнее: «Этот судебный процесс убедил нас в том, что тысячи людей думают так же, как мы. Я понял, что нас очень много. «Грузинская мечта» погибла, это ее конец».

По стопам России

Ситуация в Грузии и России похожа не только потому, что власти принимают репрессивные законы, но и тем, что в обеих странах оппозиция оказалась практически вне политического поля.

Например, пятый президент Грузии Саломе Зурабишвили, приглашенная на Мюнхенскую конференцию по безопасности, так и не смогла дать внятный ответ на вопрос, каковы планы грузинской оппозиции. На западе видят только факт, что целых четыре оппозиционных блока прошли в парламент, однако отказались признавать легитимность парламента и свои мандаты, поэтому не участвуют в заседаниях, надеясь вызвать политический кризис и назначение новых выборов.

Зурабишвили еще раз рассказала в Мюнхене о том, что митинги в Грузии не организованы оппозиционными партиями и что это поистине народный протест. Но в дискуссиях в самой Грузии все чаще звучит вопрос: каким может быть политический выход из ситуации? Пока все зашло в тупик — нет ни малейших признаков того, что правительство готово идти на уступки. Протестная общественность, проголосовавшая на выборах за оппозицию, не признает ни одного конкретного оппозиционного политика своим общим лидером. Общие у протестов и оппозиции только цели: возобновление процесса переговоров о вступлении Грузии в ЕС и назначение новых выборов парламента.

Довольно символично, как о протестах в Грузии недавно высказалась и вдова лидера российской оппозиции Алексея Навального Юлия Навальная. Как и Саломе Зурабишвили, в которой Запад видит лидера грузинской оппозиции, Юлия Навальная была приглашена на Мюнхенскую конференцию по безопасности.

В беседе с грузинской службой Радио Свобода Юлия Навальная говорила о грузинской оппозиции, подразумевая под этим всех, кто стоит на акциях:

«Прежде всего, я хотела бы выразить свое восхищение грузинской оппозицией. Мы все видели этот протест, и очень воодушевляет, сколько людей вышло на улицы».

Грузия, по мнению Навальной, важна как страна, где чувствуется влияние Кремля: «Путин очень хорошо владеет методами гибридного вмешательства во всех близлежащих странах. Потому критически важна поддержка грузинской оппозиции».

Она отказалась давать советы Грузии, которая оказалась товарищем по несчастью, но все еще активно сопротивляется: «Сложно давать совет, потому что мы в том же положении. Наверное, наоборот, мы должны просить у них совета, спросить, как и что нам делать, так как мы видим, что они очень хороши в этом деле».