«Отшибло память, военный билет и деньги пропали»

Привокзальный батальон

Заключить контракт и отправиться на войну сейчас проще простого: можно пойти в одно из добровольческих подразделений, подать заявление на Госуслугах, откликнуться на «Авито» — или отправиться на войну прямо из тюрьмы. Правда, некоторые желающие заработать денег оказываются не в военкомате. И вместо увлекательных армейских будней им светит уборка навоза в коровниках или тяжелая работа в поле за еду.

В октябре прошлого года проект «Альтернатива», волонтеры которого борются с современным рабством, рассказали историю девушки по имени Анна (какие-то более конкретные данные и, в частности, регион ее проживания «Альтернатива» не раскрывает).

Анна подала заявку на военную службу через «Госуслуги». И хотя статус ее заявления оставался без изменений, через несколько дней ей позвонил неизвестный, который знал, что Анна хочет идти в армию. Человек, вышедший на связь, велел ей ехать в Москву, где девушку должны были встретить и направить дальше. Анна так и сделала.

В Москве ее действительно встретили и посадили на поезд до Перми, а после «пересадили в автобус с толпой людей». «На тот момент девушка была уверена, что всё в порядке, а происходящее — обычная практика, ведь заявление она подавала официально», — отмечают волонтеры в своей публикации. Но в итоге Анна оказалась на ферме и несколько дней прожила в заброшенном здании. Потом, наконец, «на место приехали мужчины, которые скомандовали, что пока нет начальства, надо будет поработать на птицефабрике», — говорится в публикации.

Героине этой истории повезло: она смогла сбежать через дырку в заборе, пока не начались работы, и догонять ее никто не стал. За день Анна добрались до села Фоки, где ее приютила местная жительница. Оттуда она смогла связаться с родными, а после сообщить общественникам о своем побеге. «Новой газете Европа» не удалось ничего узнать о дальнейшей судьбе Анны. По просьбе пострадавшей волонтеры не разглашают никаких дополнительных подробностей. Неизвестно, в частности, писала ли она заявление в полицию, но о случившемся сразу заговорили в СМИ. Несмотря на это, пермские силовики проигнорировали эту историю. Во всяком случае, ни о каких проверках по факту случившегося не сообщалось.

Еще одна подобная история произошла в Москве. Пострадавший также обратился в «Альтернативу». В декабре 2023 года мужчина, которого волонтеры называют Антоном, приехал на Ярославский вокзал: «Он был в военной форме с рюкзаком, полным снаряжения, возвращался домой, так как в его дивизионе [подразделении] до января закрылся набор».

Прямо на вокзале к нему подошли двое незнакомцев, представившихся бойцами чеченского «Ахмата», и предложили подписать контракт. Мужчина согласился, после чего «представители «Ахмата»» увезли его в частный дом.

На следующий день мужчину повезли на работу, но, выйдя из машины, он бросился бежать. Как сообщила «Альтернатива», пострадавший успешно добрался до дома и сейчас у него «все хорошо». «Однако есть и плохая новость, — пишут волонтеры, — похищение людей таким образом — больше не единичный случай».

Все в окопы!

Истории Андрея и Николая, которые также опубликовал проект «Альтернатива», не связаны с подписанием контракта, но укладываются в общую фабулу. Оба мужчины жили или, по крайней мере, находились в Москве. Прежде знакомы не были, на вид и тому, и другому около сорока. Летом 2024 года неназванные вербовщики предложили Андрею и Николаю подработать — перевозить мебель в столице. Жертвы согласились, после чего их отвезли в город Курчатов Курской области, где заставили рыть окопы. После того как они выразили намерение обратиться в полицию, им начали угрожать побоями.

В августе 2024 года — а именно тогда произошла эта история — рытье окопов в Курской области неожиданно стало очень популярным занятием. На фоне вторжения ВСУ в регион местные власти бросились сооружать окопы и ДОТы. К работе массово привлекали гражданских, в том числе через «Авито» и частные фирмы. За это предлагали 150–210 тысяч рублей в месяц.

Андрей и Николай вместо этого получили за месяц своей работы по 3–4 тысячи рублей, после чего решили уйти. На дороге их сразу же обнаружили полицейские: «вся приграничная территория находится под особым контролем, поэтому без документов у мужчин было мало шансов самостоятельно оттуда выбраться», — пишут волонтеры.

Беглецам повезло: сотрудники правоохранительных органов отвезли их в Курск, где передали в центр помощи военнослужащим. Но разбираться с подозрительным предприятием они не стали. О возбуждении уголовного дела не сообщалось, хотя в СМИ неоднократно писали о подобных случаях в Курской области. В одной из таких историй работнице фруктового сада не заплатили за работу, но силовики не увидели в ее случае признаков принуждения:

— рассказала журналистам руководитель пресс-службы УМВД по Курской области полковник Лилия Каменева.

Отпуск в работном доме

Всё чаще в подобных ситуациях оказываются и те, кто только вернулся с войны. Несмотря на все рассказы чиновников и обещания превратить участников боевых действий в «новую элиту», многие из ветеранов оказываются на самом дне: одни снова «встают на скользкую дорожку», другие пытаются вернуться к нормальной жизни, но попадают в работные дома.

Так, в мае прошлого года издание 360.ru написало о том, как действущий военный исчез, как только ушел в отпуск. Командир его подразделения сообщил, будто мужчина должен был прибыть на поезде из Москвы в Вологду, но пропал по дороге и теперь не выходит на связь. Вскоре пропавший сам позвонил матери и сообщил, что его «удерживают в рабочем доме» в подмосковном Пушкино. Освобождать его отправилась не полиция, а местные ультраправые — активисты «Русской общины».

— рассказал 360.ru представитель «Общины».

На место прибыли командир пропавшего и полиция. Они и освободили бойца. После спасения он рассказал им, что не доехал до дома, потому что разговорился с незнакомыми ему людьми, после чего у него отшибло память, а затем из карманов пропали удостоверение ветерана боевых действий, военный билет и деньги. Так он оказался в работном доме, откуда никак не мог уйти.

Находившийся на месте представитель «администрации» рабочего дома сообщил собравшимся, что все находящиеся там работают добровольно.

В итоге освобожденный боец снова отправился на фронт, а в Следственном комитете Московской области пообещали провести расследование по факту незаконного лишения свободы участника «СВО» (ч. 2 ст. 127 УК РФ) и доложить обо всем начальству.

Спустя почти год никакой свежей информации по этому делу не появилось.

Добровольная депортация

В октябре прошлого года в Аксайском районе Ростовской области была обнаружена очередная ферма, где в антисанитарных условиях жили и работали за еду 18 человек. Руководил учреждением 44-летний Радж Лиманский по кличке Батя. Батю быстро упрятали за решетку. По статье об использовании рабского труда (ч. 2 ст. 127.2 УК РФ) ему грозит до 10 лет колонии. В ходе расследования выяснилось, что среди работников Лиманского находился гражданин Кыргызстана Рустамжон Галимов, еще в 2022 году воевавший в Украине в рядах российской армии.

Галимов получил ранение, а выйдя из госпиталя узнал, что его часть расформировали и возвращаться ему некуда. Он решил искать работу и в августе 2024 года попал на ферму Лиманского, где у него забрали документы и телефон. Пока Галимов работал в поле на Батю, все законные сроки его пребывания в РФ истекли. 17 освобожденных узников фермы отправились по домам, а в отношении Галимова суд вынес «решение о добровольной депортации» в Кыргызстан, где ему грозит тюремный срок за наемничество. В итоге при помощи адвоката Галимову все-таки удалось избежать депортации, и он снова отправился на фронт.

Следственный комитет не видит проблемы

Примерно в это же время волонтеры обнаружили подобную ферму в селе Ровно Тульской области. Как рассказали активисты «Альтернативы», с ними связалась женщина, которая сообщила, что ее муж Александр Коваценко находится в неволе:

«Сашка мне позвонил и огорошил: «Лилька, я в рабстве, выручай!» Говорит, что увезли в какой-то поселок, предлагали две тысячи рублей в день за работу, а по факту — ничего не платят и не дают уйти. Благо он догадался кнопочный телефон спрятать в носке. Саша находится там уже две недели», — рассказала она.

Волонтеры и стражи порядка выехали на место, где обнаружили бараки и яблоневые сады. Из бараков вышла целая толпа работников (около пятидесяти человек), десять из них, включая Коваценко, сообщили полиции, что находятся здесь не по своей воле и хотели бы уехать. Как отмечали волонтеры, полицейские прекрасно знали об этом месте и регулярно там бывали. Это подтвердил и освобожденный Коваценко: полицейские действительно несколько раз приезжали на ферму, но даже не пытались поговорить ни с кем из невольников. Кроме того, мужчина заявил, что работать приходилось без выходных, денег работники не получали, а провинившихся хозяева избивали.

Как выяснилось, на ферме трудился и бывший участник боевых действий, который спустил все деньги и искал, где подзаработать. Эта деталь тут же оказалась во всех заголовках: «Ветерана СВО и еще девятерых держали в рабстве у цыган», «СК проверит сообщения о цыганах, взявших в рабство участника СВО».

Однако дальше новостных сообщений дело не пошло. В январе этого года Тульский СК отчитался о том, что «на территории яблоневого сада действительно были установлены определенные порядки, но сведений о нарушениях конституционных прав получено не было». По мнению следователей, все освобожденные люди жили и работали на ферме добровольно, труд их оплачивался, а свобода не ограничивалась:

«В том числе и участник СВО, о котором так много говорили в СМИ, попал на так называемую ферму добровольно, никто его не удерживал… В связи с отсутствием в деянии лиц, которые организовали работы по сбору яблок, состава преступления уголовное дело было прекращено», — сообщил глава регионального СУСК Владимир Усов.