«Есть всё же чувство юмора у нашего президента!»

Но попытка договориться и официально заявить о себе фактически провалилась. На все обращения власти отвечают либо отказом, либо молчанием. Единственный согласованный «митинг» прошел в Новосибирске: за закрытыми дверями местного дома культуры его участников выслушали представители военной прокуратуры и Минобороны, а большинство пришедших журналистов просто не пустили в зал.

Вскоре против активистов движения была запущена информационная кампания, в рамках которой Z-каналы, депутаты ЕР и пропагандисты обвиняли «Путь домой» в работе на иностранные спецслужбы.

Теперь активисты призывают россиян подписать их петицию, которую они опубликовали еще 12 ноября. Он содержит следующие требования:

• •вывести из зоны боевых действий всех мобилизованных;
• •установить на законодательном уровне предельный срок службы по частичной мобилизации — не более одного года с момента призыва;
• •обеспечить гарантированные Конституцией права на социальный протест и публичные собрания;
• •восстановить социальную справедливость и равенство в правах и обязанностях для каждого, в том числе для мобилизованных;
• •соблюдать Конституцию и права человека, в том числе военнослужащих.

Авторы манифеста подчеркивают, что они против «узаконенного рабства», в рамках которого срок пребывания на фронте для контрактников и и мобилизованных никак и ничем не ограничен, а также против «игнорирования проблемы со стороны руководства страны», произвола командиров и репрессий в отношении военнослужащих и их родственников, «расчеловечивания простых людей в интересах пропаганды», «отношения к военным как к расходному материалу».

«Новая-Европа» направила в чат-бот телеграм-канала «Путь домой» сообщение с просьбой более подробно рассказать о некоторых пунктах манифеста, а также в целом об инициативе, но пока не получила ответа.

Зарождающееся протестное движение разношерстно и разрозненно. В телеграме можно найти десятки групп, в которых общаются эти люди, некоторые из них закрыты для посторонних. Как правило, они образованы по территориальному признаку и никак (во всяком случае гласно) не связаны с другими подобными объединениями по стране. Так,

А родственники мобилизованных из Амурской области, встретившись с руководителем местной президентской приемной Игорем Шиповым, решили дождаться «прямой линии» с Владимиром Путиным и вообще отказались от проведения акций.

Единственное, что объединяет все эти группы, — подчеркнутое избегание оценок войны как таковой. Они также очень осторожны в общении с антивоенными медиа и правозащитными проектами. «Движение сознательных отказчиков» (ДСО) консультирует граждан по вопросам сознательного отказа от воинской службы, а также тех, кто уже оказался на фронте, но не хочет воевать. Волонтеры ДСО пытались связаться с женами мобилизованных и предложить свою помощь, но, как рассказал «Новой газете Европа» координатор движения, отклика они не получили: «Я написала в бот им с предложением проводить онлайн-консультации и кратко описала наш опыт . Они ответили: «Спасибо». И всё».

И всё же «Путь домой», имеющий 25 тысяч подписчиков, на сегодняшний день остается самым крупным ресурсом, представляющим интересы родственников мобилизованных. И, как показывают последние недели, у этого ресурса довольно заметный консолидирующий потенциал.

Так, 28 ноября в канале опубликовали фотографии восьми машин с наклейкой «Vерните мужа Я Zаебалась», которые были присланы подписчиками как минимум из пяти регионов: Москва, Алтайский край, Удмуртия, Амурская и Орловская области. Скоро журналисты обратили внимание на то, что купить такие наклейки можно было на Wildberries, однако после публикации этих сведений товар из продажи пропал.

Вот так спустя полтора года с начала войны призывы «Zа победу» на задних стеклах авто начали сменяться куда более грустными констатациями. Интересно, что при этом движение за демобилизацию продолжает использовать символику войны. Социальный антрополог Александра Архипова в своем телеграм-канале «(Не)занимательная антропология» обратила внимание на то, что протест в рамках уже существующей идеологии может быть эффективным (или единственным возможным вообще), и применила к этому явлению термин «оружие слабых»: