Молдова (не) Грузия?

В Молдове 20 октября прошли выборы президента и референдум о евроинтеграции. А Грузию на этой неделе ждут важные парламентские выборы. И Майя Санду в Молдове, и правящая партия «Грузинская мечта» в Грузии будут бороться за сохранение власти. Но есть нюанс.

Соседи по несчастью

Грузию и Молдову часто сравнивают, и у них действительно много общего. У обеих стран схожие демографические показатели, территория Молдовы лишь немного меньше, чем Грузии. Близок и уровень экономического развития: ВВП на душу населения в Молдове около $7,5 тыс, в Грузии — почти $8,8 тыс. Обе страны — парламентские республики.

После распада СССР в обеих странах начались войны, из-за которых они потеряли часть своих территорий. Грузия утратила контроль над Абхазией и Южной Осетией, а Молдова — над Приднестровьем. Сейчас на этих территориях находятся российские войска — формально для предотвращения нового конфликта. Но на практике российское присутствие и нежелание Кремля выводить оттуда войска лишь усложняет разрешение этих конфликтов.

Еще одно сходство между Молдовой и Грузией — Россия по-прежнему оказывает значительное влияние на эти страны и стремится его сохранить. Долгое время Москва считалась значимым политическим и экономическим партнером стран. Однако в Грузии после прихода к власти Михаила Саакашвили и войны 2008 года связи с Москвой резко ухудшились. Молдавско-российские же отношения оставались относительно стабильными даже после подписания Кишиневом в 2014 году Соглашения об ассоциации с ЕС. Конечно, Москва манипулировала ценами на газ или ограничивала импорт молдавских яблок и слив, ссылаясь, например, на обнаруженных в них вредных насекомых. Но, несмотря на это, взаимодействие стран продолжалось.

Кардинальный пересмотр отношений с Россией начался после её полномасштабного вторжения в Украину. Молдова однозначно поддержала Киев, почти полностью прекратив контакты с Москвой и присоединившись к антироссийским санкциям. Грузия, которую долго считали самой прозападной страной постсоветского пространства, выбрала нейтральную позицию и не стала занимать чью-либо сторону в конфликте. Это решение грузинские власти обосновали тем, что уже пережили одну войну с Россией и не хотят втягиваться в новую. Такая позиция принесла стране экономическую выгоду: экспорт грузинского вина на российский рынок значительно вырос, а параллельный импорт, идущий в Россию через Грузию, стал еще одним важным источником дохода.

У Молдовы есть фундаментально важное и ценное отличие от Грузии: отсутствие границы с Россией. Российское влияние в стране, однако, по-прежнему ощутимо. Например, Приднестровье продолжает получать газ от «Газпрома», который используется для выработки электроэнергии для Кишинева и всего правобережья Днестра.

В Грузии отношения с Москвой тоже занимают значительное место в предвыборной кампании. Однако ни одна из партий, борющихся за места в новом парламенте, не призывает к дружбе с Россией. Напротив, российский фактор используется как инструмент запугивания электората. Правящая партия «Грузинская мечта», стремящаяся сохранить парламентское большинство, подчеркивает необходимость поддержания рабочих контактов с Москвой, чтобы избежать судьбы Украины. Оппозиция призывает власти не манипулировать страхами войны и активно поддерживать Украину. Это противостояние привело к крупному предвыборному скандалу.

Во время избирательной кампании в Тбилиси и других грузинских городах появились баннеры с изображениями разрушенного российской армией Мариуполя рядом с фотографиями процветающих грузинских городов. На каждом баннере красуется надпись «Нет войне!». Заказчиком этой предвыборной агитации выступила партия «Грузинская мечта», которая позиционирует себя как сила, способная предотвратить украинский сценарий в Грузии. Многие телеканалы отказались транслировать аналогичный видеоролик, посчитав его аморальным. Однако власти не отступили и, несмотря на возникший скандал, оставили баннеры.

Еще одной ключевой темой предвыборных кампаний в Молдове и Грузии стала перспектива их членства в ЕС. После начала широкомасштабной войны в Украине, и во многом под её влиянием, обе страны получили статус кандидатов в ЕС. Молдова недавно даже начала официальные переговоры о вступлении и рассчитывает к 2030 году стать полноправным членом союза. В Грузии же процесс евроинтеграции был приостановлен по решению Брюсселя. Это ужесточение связано с принятым в стране законом «Об иностранном влиянии», который во многом напоминает российский закон «Об иноагентах». Он обязывает СМИ и НКО, получающие зарубежные гранты, маркировать себя как агентов внешнего влияния, что ограничивает свободу слова. Кроме того, ЕС выражает недовольство тем, что грузинская власть возвращается к авторитарным методам управления.

Правящая партия «Грузинская мечта» отвергает эти обвинения и утверждает, что по-прежнему нацелена на евроинтеграцию. В то же время, власть выдвинула встречные требования к ЕС: ей хотелось бы, чтобы Запад не вмешивался во внутренние дела Грузии и «не провоцировал новую войну с Россией» в регионе. Более того, «мечтатели» неожиданно обвинили ЕС и США в том, что якобы под их давлением в 2008 году началась война между Грузией и Россией. Теперь своей миссией правящая партия видит возвращение Абхазии и Южной Осетии под контроль Грузии, даже если для этого придется отложить вступление в ЕС. Тем более, соцопросы показывают, что восстановление территориальной целостности гораздо важнее для грузинского общества, чем членство в ЕС.

«Мягкая сила» подкупа и шантажа

Россия, которую опасаются в Молдове и Грузии, безусловно, заинтересована в сохранении своего влияния в этих странах. Однако в настоящее время все ее внимание сосредоточено на войне в Украине. Это не означает, что Кремль ничего не предпринимает, чтобы удержать или привести к власти в этих странах лояльные ему режимы. Особенно сейчас, в разгар предвыборных кампаний как в Грузии, так и в Молдове, Москва традиционно готова поддерживать тех политиков, которые не выступают с антироссийской повесткой.

Некоторых из них, например, беглого молдавского олигарха и его ставленников, Кремль еще и финансирует. Однако назвать это осмысленной стратегией Москвы нельзя. Для большинства молдаван, даже тех, кто симпатизирует Москве, Шор — это мошенник и аферист. Поддержка таких кандидатов скорее играет против них. Тем не менее, Кремль пока не проявляет особой разборчивости. Для него важнее иметь хоть каких-то агентов влияния в Молдове, на которых можно будет положиться после оккупации всей Украины, на что Россия, похоже, все еще рассчитывает.

— объясняет в беседе с NewsMaker научный сотрудник Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Максим Саморуков.

Схожий подход Россия применяет и в отношении Грузии. Однако, в отличие от Молдовы, Кремль вполне удовлетворён действующей грузинской властью, которая не присоединилась к антироссийским санкциям и даже в условиях войны в Украине выступает за нормализацию отношений с Россией. Вскоре после приостановки переговоров о евроинтеграции Россия отменила визовый режим для граждан Грузии, введённый ещё в 2000 году. Нельзя сказать, что жители страны массово поехали в Россию: грузинское общество давно ориентировано на ЕС, куда люди ездят на учёбу, работу или в путешествия. Тем не менее, этим символическим жестом Москва дала понять, что ей явно по душе ухудшение отношений Грузии с Западом. При этом российские элиты не скрывают, что хорошо знакомы с основателем и неформальным лидером правящей партии «Грузинская мечта» Бидзиной Иванишвили, который считается одним из самых богатых людей Грузии. До вступления в большую политику он жил в России и заработал своё состояние, ведя там бизнес.

Несмотря на лояльность грузинских властей к России, нет никаких признаков того, что Кремль готов помочь вернуть Абхазию и Южную Осетию под контроль Тбилиси. Единственной реакцией Москвы на риторику «мечтателей» о воссоединении Грузии стало заявление главы российского МИДа Сергея Лаврова, что Москва не против налаживания отношений между тремя народами. При этом министр подчеркнул, что Абхазия и Южная Осетия — соседи Грузии, что указывает на отсутствие готовности Москвы отозвать признание их независимости.

Еще одна причина, по которой Россия не хочет вступать в переговоры с Грузией по таким сложным вопросам как реинтеграция территорий — это проевропейский настрой почти ста процентов грузинского общества. И это еще одно отличие от Молдовы, где хотя большинство и поддерживает евроинтеграцию, но достаточно велик процент и тех, кто все еще выступает за «русский мир» в Молдове. В случае с Грузией глупо давать какие-либо обещания о возвращении Тбилиси отторгнутых территорий, если есть риск, что антироссийски настроенная оппозиция Грузии вернется к власти.

Жители по обе стороны Днестра свободно перемещаются и торгуют друг с другом. Об абхазах, осетинах и грузинах такого не скажешь. Поэтому отношение грузинского общества к России крайне настороженное и негативное. Даже у проевропейски настроенных граждан Молдовы нет такого негатива к Москве», — объясняет NewsMaker политолог, специалист по Грузии Александр Атасунцев.

Друзья России: кто они?

Видимо, опасаясь возвращения к власти антироссийской оппозиции, Кремль начал поддерживать и небольшие партии, выступающие за улучшение отношений с Москвой. Если они пройдут в парламент, это станет хорошей поддержкой для «Грузинской мечты», которая на предстоящих выборах может потерять большинство. Объединившись с этими партиями, «мечтатели» смогут сформировать коалиционное правительство.

Примечательно, что если в Молдове Россия традиционно поддерживает левые партии, которые выступают за социальную справедливость, то в Грузии Кремль сделал ставку на ультраправые силы. Они отстаивают консервативные христианские ценности и активно критикуют ЛГБТ. Хотя в их риторике нет прямых пророссийских лозунгов, они считают, что Кремль лучше не злить и решать все мирным путем.

Среди наиболее заметных ультраправых партий, связанных с Россией, можно выделить «Аль-Инфо», «Консервативное движение», «Альянс патриотов Грузии», «Христианско-демократическое движение» и «Монархическую партию». Почти все они утверждают, что финансируются за счет донатов и пожертвований своих сторонников. При этом суммы, которые некоторые из них получают, весьма значительны. Например, «Аль-Инфо» ежемесячно получает до 30 тысяч долларов — это довольно много для нишевой партии. Члены этих партий часто приглашают российских спикеров, среди которых регулярно появляется российский философ и один из идеологов войны в Украине Александр Дугин.

Большинство нишевых ультраправых групп в Грузии поддерживает российскую версию причин начала войн в Украине, утверждая, что Запад натравливал Украину на Россию, а президент Зеленский не пощадил свой народ ради НАТО. Они считают, что аналогичная ситуация может произойти и с Грузией, если Запад не прекратит вмешиваться в её дела.

В преддверии парламентских выборов ультраправые партии решили объединиться и идти на выборы единым блоком. Подобно новому политическому блоку «Победа» Илана Шора в Молдове, в который вошли мелкие пророссийские партии, грузинские правые акцентируют внимание на антизападной повестке. Они называют себя грузинскими патриотами и утверждают, что будут отстаивать в парламенте исключительно интересы страны. По их мнению, сейчас эти интересы должны сосредоточиться на восстановлении сотрудничества с Россией.

Совокупный уровень поддержки этих партий в обществе едва ли превышает 5%. Открытие их офисов часто сопровождается акциями протеста и обвинениями в связях с Кремлем. Тем не менее, они продолжают свою агитационную кампанию. Однако ни один из опрошенных NewsMaker экспертов не верит, что эти партии смогут пройти в парламент.

— поясняет грузинский журналист и политолог Гела Васадзе.

Провальный момент в деятельности этих партий Васадзе связывает как раз с тем, что они позиционируют себя как ультраконсерваторы, стоящие на страже истинных грузинских ценностей. В действительности же грузинское общество не так консервативно и воцерковлено, как это представляется в медиа, убежден Васадзе.

— объясняет Васадзе.

Скептически к поддержке нишевых партий в Грузии со стороны России относится и Александр Атасунцев. Он не видит в этом смысла, поскольку у власти уже находится максимально лояльная к Кремлю партия Иванишвили. «Несмотря на падение рейтингов «Грузинской мечты», их политика соответствует желаниям большинства грузин: не допустить новой войны с Россией, развивать экономику и, если возможно, вернуть Абхазию и Южную Осетию. Конечно, большинство граждан выступает за членство в ЕС и НАТО, но они считают, что это не противоречит стремлению не обострять отношения с Москвой», — рассуждает Атасунцев.

Политические силы, выступающие за нормализацию отношений с Россией, в том числе «мечтатели», влиятельны еще и потому, что Запад это принимает, полагает политолог и руководитель Школы международных отношений Грузинского института общественных дел Торнике Шарашенидзе. «Переговоры о евроинтеграции Грузии приостановлены, но это не значит, что Запад перестанет после этого иметь дело с грузинской властью. Если «мечтатели» снова выиграют на этих выборах, а Запад признает их легитимными, то значит «Грузинская мечта» достигнет своей цели», — объясняет он.

Выходит своего рода парадокс: грузинское общество почти единодушно настроено на евроинтеграцию, но грузинскую власть всё чаще обвиняют в развороте к Кремлю. В молдавском же обществе, казалось бы, идеи «русского мира» укоренены больше, чем в Грузии, что позволяет Кремлю эффективнее манипулировать общественным мнением. Но власть и большинство элит — последовательно проводят проевропейский курс.

Впрочем, предстоящие президентские выборы в Молдове и референдум о евроинтеграции покажут, в каком направлении склоняется молдавское общество. Как и то, насколько сильным остаётся влияние России.

Автор: Галия Ибрагимова